Ты задолжал мне любовь (СИ) - Иванова Эмилия

Я ходила на осмотр в больницу. Врач сказал, что я не смогу забеременеть. Это было похоже на сон. Смерть ребенка лишила меня права быть матерью. Я не могу винить тебя, я не могу винить Татьяну. Я беру ответственность только на себя. Вы мои любимые и родные люди.

Тимур сказал мне, что ребенок умер не от удушья при рождении, а был деформирован. Видишь, я вообще не достойна быть матерью. Он выбрал меня, матерью, когда был на небе. Он так хотел стать моим ребёнком, что слишком торопился и забыл взять с собой все, что необходимо. Он так стремился ко мне, что я не успела встретить его должным образом. Руся, пожалуйста, прости меня за то, что я снова ухожу. Бесконечно благодарна тебе за Любу.

Руслан, я отступаю первая. Раньше я думала, что когда людям причиняют боль, они всегда должны мстить, но позже я поняла, что это просто ходьба по кругу. Я не хочу никому мстить, и я не хочу никого проклинать. Поэтому я решила отступить».

Поезд мчался на большой скорости

Всю дорого в окне проносились пейзажи гор и лесов, так красиво, что невозможно было дышать.

За несколько долгих дней я мимолетно увидела тусклые огни незнакомых городов, цветущие горы и леса и изредка проходящие мимо деревни и поселки. Это можно было сравнить с прошедшими годами. Оглядываясь назад, казалось, что все это для меня было просто сном. В этом сне я, в конце концов, стала прохожим.

Я прибила в Иркутск рано утром, нашла гостиницу возле вокзала и осталась на ночь. Я спала крепко, а когда проснулась, был уже полдень следующего дня. Мне нужно было сменить номер телефона. Я просто пошла в мобильную компанию и поменяла свою сим-карту на местную.

Почему в итоге я выбрала Иркутск? Кто-то однажды сказал мне, что если вы хотите держаться подальше от шума и суеты, то Иркутск – лучший выбор. Здесь было куда лучше, чем в Туле, город подходил для того, чтобы прожить в нем всю жизнь.

Дом, который Маша купила раньше, сохранился, я никогда не трогала его, он оставался записанным на имя Любы. После того, как я сменила кодовый замок, прибралась и завершила все формальности переезда, я находилась в лёгком оцепенении. Я вспомнила, когда Маша и я вместе приехали в Иркутск. Казалось, что все пронеслось за мгновение ока.

Тимур сказал, что он похоронил ребёнка на Иркутском кладбище. Вероятно, по причине, что я сказала во сне, что возьму его жить в Иркутск. Это было очень давно, точно не помню.

Уже был май. Погода становилась теплее, по дороге на кладбище многие люди несли в руках свежие цветы. Иркутск был не таким большим городом, темп жизни медленный, большинство людей здесь были местными.

Большинство людей до сих пор следовали традиционным обычаям старшего поколения.

Поэтому на родительский день большинство приходило на могилы своих умерших родственников с живыми цветами.

Я не могла даже плакать. Тимур выбрал для него имя Мирослав, чтобы ребёнок, наконец, смог обрести мир и спокойствие. Перед надгробием было плохо видно изображение ребенка, а могила заросла бурьяном. Я присела на корточки перед надгробием и начала вырывать траву, очистив все вокруг могилы.

Прислонившись лбом к могиле, я слегка улыбнулась:

— Сын, прости, твоя мама только сейчас пришла проведать тебя.

Я убегала столько лет, думала, что смогу отпустить, но не смогла.

Кто-то рядом тихо плакал, это была женщина лет тридцати.

Я покосилась на надгробие перед ней, там была женщина средних лет, вероятно, ее мать.

Утешать было бесполезно, я выбрала молчание, тихо наблюдая за ее плачем. В моей душе всё опустело, почему у меня совершенно не было слез?

Спустя долгое время женщина перестала плакать, заметила меня и на некоторое время остолбенела, но сказала хриплым голосом:

— Вы…

Я слегка улыбнулась:

— Пришла проведать ребенка!

Когда женщина посмотрела в мою сторону, то заметила фотографию на надгробной плите. Хотя она была немного размытой, можно было догадаться, что это ребенок.

Она была слегка ошеломлена, спросив:

— Сколько ему было?

— Полный срок! – Может быть, чуть больше.

Женщина посмотрела на меня, ее глаза все еще были красными:

— Жизнь пролетает в мгновение ока!

Я не сказала ни слова, только опустила глаза.

Когда я уходила с кладбища, женщина все еще оставалась, казалось, что она не хотела уходить.

Эта женщина рассказала мне историю о девочке, 8-летнем ребенке, у которой была счастливая семья, мать, отец и брат, и у семьи из четырех человек была прекрасная жизнь.

Но иногда в радости бывает и печаль. Случилась беда, которая забрала из жизни ее отца. Поскольку ее мать не могла вынести печали, она снова вышла замуж, забрала с собой младшего брата, а ее оставила на воспитание бабушке.

Бабушка была знахаркой, которая зарабатывала деньги гаданием. Ее доходы были скудны, поэтому ее существование сделало жизнь бабушки ещё более бедным и безрадостным.

Поэтому всю свою жизненную боль бабушка вымещала на ней в виде оскорблений и побоев. В своем юном возрасте она, в конце концов, решила покончить с собой прямо перед могилой отца.

Когда она рассказала мне это, я была немного ошеломлен и не понимала, почему она рассказала это незнакомому человеку.

Хотя я была шокирована ее рассказом, но всё-таки решила не брать в голову. Иркутск не мой дом, в конце концов, на этот раз я просто пришла, чтобы навестить ребёнка.

Вернувшись в квартиру, я долго спала, во сне я смутно видела, как ребенок машет мне рукой на прощание. Я заплакала и проснулась ото сна, после долго не могла заснуть. Воспоминания разрывали меня на части, боль была пронзительной.

***

На следующий день.

Когда я спустилась вниз, чтобы купить завтрак, я услышала, как владелица лавки с хлебом болтает со своим мужем.

— Как же жаль, прошлой ночью на Радищевском кладбище покончила жизнь самоубийством молодая девушка, – в ее словах были горечь и сожаление.

Ее муж, занятый делом, сказал:

— Не слушай эти сплетни.

Она, повысив голос, ответила:

— Это не сплетни, это правда. Я проснулась утром и прочитала это в Инстаграме. Ещё не опубликовали по новостям, но вот увидишь скоро опубликуют.

Ее муж вздохнул, вероятно, думая, что его жена немного мнительная.

Муж и жена понимали друг друга без слов, один упаковывал булочки для клиентов, а другой принимал деньги, не задерживая время ни одного клиента.

Я увидела новость о самоубийстве женщины только после того, как вернулась в квартиру: она покончила с собой, порезав себе вены.

Глава 466. Те, кто пришел последними, потеряны (часть 7)

Место было настолько знакомым, что, увидев труп под белой тканью, я какое-то время не могла прийти в себя. Я до сих пор помнила ее историю, но почему она покончила жизнь самоубийством? Какую роль она играет в рассказе?

У меня не было возможности изучить этот вопрос. Я увидела того, кого должна была увидеть, поэтому никаких сожалений не испытывала.

В Иркутске есть стариное святое место – Богоявленский собор. Люди там благоговеют к Иисусу Христу. Я отправилась туда. Храм располагался в истроическом центре города. Богоявленский собор был местом, где бесчисленное количество людей облегчали свои души. Многие приходили в храм не только для того, чтобы обрести душевное равновесие, но также найти успокоение.

Я покрыла голову красным шарфом и вошла в храм. Я следила за тем, как люди, склонив головы, ставили свечи и молились. Не было тех, кто молился вслух. Читая молитву про себя, грусть и боль отдалялись, печаль оставалась позади. Когда я ставила свечку, по неосторожности немного обожглась. Старик рядом со мной, увидев это, прошептал:

— Девушка, будьте осторожны. Так легко получить ожог.

Я подняла голову, глаза старика были влажными, на лице сияла мягкая и добрая улыбка.

Я улыбнулась в ответ:

— Все в порядке, чем больше я чувствую физическую боль, тем меньше ощущаю духовные страдания.