Тело сдал — тело принял. Книги 1-7 - Александр Борисович Шорников

не обошлось — сегодня им пришлось копать братскую могилу на четверых. Согласно заведённому ритуалу на могиле поставили крест. Никитин прочёл краткую молитву, войско почтило павших в бою минутой молчания, после чего его караван вновь тронулся на север вдоль Змеиных гор.

Неожиданно с ближних холмов раздалось ржание, но тревогу никто по этому поводу не поднял — это оказались бесхозные лошади степняков. Небольшой табун этих низкорослых лошадок не захотел видимо переходить на вольные хлеба и неотступно следовал за их отрядом.

Рядом с Никитиным послышался мягкий топот копыт и Колтоп, с важным видом восседавший на трофейной лошадке поравнялся рядом с его фургоном.

— Я хочу выразить вам своё восхищение проведённым боем — теро насколько позволяло его положение на лошади, почтительно склонил голову. — Уничтожить такое количество неприятеля и при этом потерять всего несколько бойцов! Я не помню ни одной такой битвы в нашей истории, где мы могли бы похвастаться чем-нибудь подобным! — польстил он ему.

Сергей вежливо кивнул, принимая похвалу от теро. Тот ещё минуту рассыпался в похвалах, потом перейдя на деловой тон, попросил, что бы теро пересели на степных лошадок. Никитину это было как то безразлично, пешие они будут или на конях. Немного подумав, он кивнул разрешая.

— В конце концов, почти двести конных лучников смогут оказать ощутимую помощь, бойцам Росо с их арбалетами.

Росо только обрадовался такому положению вещей, так что в скором времени порядка трёхсот бойцов постоянно крутились на близлежащих холмах, надёжно охраняя караван на марше. Заканчивался очередной день их пребывания в степи, но впереди ещё было много опасных приключений.

* * *

Погода тем временем вновь стала ухудшаться. Небо затянули обложные тучи, из которых к вечеру начал сыпаться мелкий, колючий снег. Никитин натянул капюшон и плотно завязал его под подбородком. Встречный ветер бросал снежную крупу, в глаза заставляя, его непрерывно щурится.

Вскоре его осенила одна идея, и он нахлобучил прямо на капюшон свой шлем и опустил прозрачное забрало. Сразу стало намного комфортнее ехать.

Неожиданно впереди послышались тревожные крики. Никитин нашарил и быстро взвёл свой арбалет, сунул в паз болт и принялся всматриваться в белую муть — уже за сто шагов ничего нельзя было разглядеть.

Телохранители тут же сгрудились рядом с фургоном, привычно вытаскивая свои щиты, рядом раздались зычные команды десятников и сотников. Бойцы, сжимая оружие, вглядывались в снежную круговерть и прислушивались, но пока всё было тихо.

— Если на нас сейчас нападут, то нам придётся действительно туго — недовольно подумал Никитин.

Караван встал, все ждали сообщения от разведки. Вскоре послышался мягкий конский топот и из снежной круговерти выскочили всадники. Никитин на всякий случай, навел арбалет на ближайшую фигуру, а телохранители встали в ряд, перед фургоном выставив вперёд короткие копья. Узнав скачущего впереди своих бойцов Росо, телохранители раздвинулись, пропуская его к командиру.

— Ну чего там такое? — спросил землянин у командира конников, опуская арбалет.

— Да так ерунда! — сотник махнул рукой. — Там на дороге, дырявый фургон, а там старуха с ребёнком. Бык там у них подох! Старуха, что то лопочет, ничего не поймёшь!

— Ладно поехали вперёд. — решил Сергей. — И кто-нибудь кликните там этого теро-переводчика!

Росо кивнул головой и один из его подчинённых помчался в хвост колонны, где находился отряд Колтопа.

Фургоны вновь тронулась вперёд. Вскоре тёмным пятном на заметаемой снегом дороге проявился небольшая повозка. Никитин остановил свой фургон, откинул прозрачное забрало шлема и, морщась от летевших в глаза снежной крупы пошёл к повозке.

Подойдя поближе он заметил, что рядом с ней валяется дохлый бык, контуры тела которого уже большей частью скрыл снег. Землянин вместе с неразлучными телохранителями зашли к фургону сзади, один из них откинул дергающийся под ударами ветра полог. Землянин всмотрелся в темноту фургона, там вяло шевелились два тела, одно побольше другое поменьше.

То, что побольше стала, что то негромко говорить, но никто так ничего и не понял. Понял только отдельные знакомые слова на кепо — «девочка» и «надо».

Прибежал переводчик. Сергей кивнул ему вглубь фургона. Теро затараторил сперва на одном языке потом на другом.

— Эта старуха просит, что бы мы спасли её ребёнка. Она, мол, вырастет красивая и будет хорошо согревать вам постель.

Из фургона вновь послышалась тихая временами заглушаемая ветром речь.

— Она умоляет, что бы взяли хотя бы её дочь, её можно не брать… — перевёл теро.

— Ишь ты! Ладно пускай вылезает! — распорядился Никитин. — Пусть берут свои пожитки и выходят!

Переводчик перевёл. Одно маленькое пятно стало пробираться к ним из темноты фургона. Никитин оттеснил одного из телохранителей и подошёл поближе. Пятно, наконец, добралось до выхода и на Никитина из под накинутой шкуры глянули испуганные детские глаза.

Сергей протянул ребёнку руку и мысленно послал ему ободряющий импульс. Девочка доверчиво протянула ему холодную ладошку и он, поднатужившись, вытащил ребёнка из фургона. Большое пятно внутри фургона не шевелилась.

— Скажи ей, что бы она вылезала оттуда!

Переводчик что-то требовательно прокричал. Женщина зашевелилась и тоже стала ползти к ним.

— А зачем старуху то брать? — проворчал один из сидящих неподалёку на лошади бойцов Росо.

— А что лучше оставить здесь подыхать? — мрачно взглянул на него Сергей.

— Дык я чего! — забормотал парень — Я это конечно пускай живёт. Светлый Лос, нам завсегда завещал помогать… э…

— Помощник выискался! — презрительно процедил землянин — А ну давай все вперёд чего столпились! Кто за дорогой будет наблюдать мать вашу! — гаркнул он на конных.

Бойцы с гиканьем пришпорили своих коней и скрылись впереди в белой круговерти.

— Давай этих веди к знахарю! Пускай напоит их горячим!

Женщина несмело прикоснулась к его руке и стала его о чём-то просить. Никитин вопросительно поглядел на переводчика.

— Она просит, что бы мы взяли один сундук с её вещами.

Никитин махнул рукой и ткнул пальцем в теро и двух телохранителей.

— Возьмите её вещи и помогите её добраться до санитарного фургона.

— Давай трогай! — громко крикнул он первым фургонам.

Колёса заскрипели, и фургоны медленно начали движение. Один из телохранителей вскинул девочку себе на руки и пошёл навстречу идущим друг за другом фургонам. Другой телохранитель помогал идти поминутно спотыкавшейся женщине. Шествие замыкал, что-то недовольно ворчащий себе под нос теро, волочивший по земле большой сундук с пожитками женщин.

Караван упрямо двигался вперёд по еле видной из-за снежных заносов дороге, особых вариантов у них не было — только вперёд. На стоянке они даже не пытались оградить лагерь частоколом, бойцы были слишком сильно измучены, и вкопать колья в уже промерзшую