"Фантастика 2023-157". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Шелест Михаил Васильевич

— Точно! Я сидел на скамейке и размышлял.

— Идеальный случай, — подтвердила Любава. — Если хочешь, могу продемонстрировать расшифрованную запись твоих мыслей.

— Любопытно, что там записалось. Скажи, а вас после Терфы обследовали психографом?

— Нет, — покачала она головой. — Какой смысл? Прибор предназначен для записи видеообразов. С его помощью психиатры могут изучать искаженную картину мировосприятия некоторых больных. Установить наличие галлюцинаций, например. И все лишь при работе сознания. Но оно у нас сначала отсутствовало, а потом, когда вернулось, мы вполне нормально воспринимали окружающее… Ну что, будем смотреть запись?

— Давай.

Любава поддела ногтем крышечку психографа, о существовании которой я и не подозревал, извлекла маленький кристалл и вставила его в компьютер. Манипулируя с клавиатурой, вскинула на меня глаза, подмигнула:

— Не боишься? Ведь сейчас узнаю, о чем ты думал, сыщик.

— Боюсь, конечно, но что делать? — я хотел обойти стол, чтобы встать у нее за спиной.

— Нет уж, посиди, — остановила она. — Все тебе покажу, когда настрою. Не могу работать, если стоят над душой…

Я не возражал.

Компьютер пискнул — включилась программа. В глазах Любавы отразился осветившийся экран. С минуту она пристально вглядывалась в него. Выражение ее лица вдруг стало озабоченным, и она ввела какие-то дополнительные команды. Снова писк. Я догадался, что пошел повтор записи. Так повторилось несколько раз. Лицо Любавы все больше хмурилось. Наконец она пробормотала:

— Ничего не понимаю… Посмотрим, что дальше…

Я не вмешивался, ждал.

— Ага, — опять донеслось до меня, — здесь ясно… Но это… Иди сюда, — позвала она.

Наконец и мне предоставилась возможность взглянуть на экран. На светлом фоне нарисовалась темная горизонтальная линия. Один за другим последовательно на ней стали возникать разной высоты пики. Любава никак не комментировала происходящее, и мне оставалось лишь молча созерцать непонятные картинки. Внезапно нарисованная диаграмма потеряла четкость очертаний. Острые вершины пиков сгладились, сами они, пульсируя, стали расширяться. Когда основания нескольких сомкнулись, изображение пропало. Я уже хотел было обратиться за разъяснением, как экран вновь пересекла горизонтальная линия. Возникшая следом картина напоминала предыдущую, лишь несколько иным было расположение пиков, и мне показалось, что их количество меньше. На сей раз продолжение было другим: изображение стабилизировалось, под ним возникла колонка цифр и дальше, безо всякого перехода, появилась панорама озера с редкими деревьями на берегу. Следующие кадры воспроизвели пустынную аллею…

— Вот это да! — не удержавшись, воскликнул я. — Именно так все и видел, когда пытался прикинуть, откуда меня могут облучать! Сейчас будет лес за спиной — вот он, — а теперь бузина…

Куст появился. Одновременно на его фоне возникла схематичная фигура человека. Изображение вдруг размылось, сменившись цветными пятнами.

— Ты, вероятно, встал и пошел, — сказала Любава.

Я лишь кивнул. Должна была наступить развязка. Цветная мозаика вновь сложилась: на экране появился энергатор с четко выбитым номером на рукоятке. Дальше опять смазано. И вот, наконец, крупным планом психограф… Запись прервалась: оно понятно — я выключил прибор.

— И что же тебе непонятно? — спросил я Любаву. — Прибор сработал превосходно.

— Самое начало. Какая-то странная запись. Я специально дала тебе просмотреть все подряд, думаю, ты обратил внимание.

— Это где диаграмма расплылась?

— Да, — она вернула запись к этому месту.

— А что вообще означает эта диаграмма?

— Понимаешь, психограф настраивается на индивидуальный биоспектр человека, которого обследуют. Иначе невозможна идентификация видеообразов…

— Если можно, подоходчивей, пожалуйста, — попросил я.

— Я и стараюсь… В конце концов не неуч же ты!.. Метод настройки — резонансный. Каждому человеку присущ строго определенный набор биочастот — индивидуальный биоспектр, который, кстати, вместе с именем заносится в Общий каталог. Это, надеюсь, тебе известно?

— Конечно.

— Так вот, в режиме настройки психограф посылает зондирующие импульсы биочастот, охватывая некоторый диапазон. Когда зондирующая частота совпадает с одной из собственных частот исследуемого, наступает резонанс: резкое усиление биополя. Такова реакция организма. Прибор это фиксирует. Таким образом он устанавливает весь биоспектр. Обычный человек этого не ощущает. Но у вас в Академии, насколько знаю, существует специальный цикл занятий по развитию биочувствительности.

— Было такое, — подтвердил я.

— Именно поэтому ты и почувствовал воздействие. А вот это, — Любава указала на диаграмму, — схематичное изображение биоспектра: каждый пик — всплеск биополя на конкретной частоте.

— Ага, — сказал я, — понял. Но что тебя смутило на этой картинке?

— Прежде всего — финал. Видишь, линии расползаются. Это может означать только одно — организм гибнет!

— Но как видишь, я жив и здоров…

— Не о тебе речь. Это не твой биоспектр. Смотри.

Любава включила режим сравнения. На экране попеременно стали возникать первая и вторая диаграммы. Резонансные пики явно не совпадали.

— Вот ты, — указала она, — а это кто-то другой… Обрати внимание вот на эти две линии. Они есть только на первой диаграмме, стоят особняком. Видишь, слева?

— Да, у меня таких нет…

— Не только у тебя. Ни у кого из людей их быть не может: биоспектр человека не охватывает эти частоты. Поверь на слово, для медика это азы. Вот я и недоумеваю, откуда они взялись… Основные линии, которые расположены в нормальном диапазоне, тоже со странностью: они несколько уширены. Сравни сам!

Убедившись в правоте ее слов, я спросил:

— И что это может значить?

Любава ответила не сразу.

— Понимаешь, если отвлечься от этих непонятных линий слева, я бы решила, что здесь наложены одна на другую записи двух чрезвычайно близких биоспектров. Явление, правда, крайне маловероятное. В нашей практике не встречалось. Представь, два практически идентичных отпечатка пальцев. Возможно такое?

— Криминалистика не сталкивалась…

— Вот. Здесь почти тот же случай… Можно было бы, конечно, допустить неисправность психографа, но эти линии! И потом, как испорченный прибор смог совершенно точно записать твои мыслеообразы?… — Любава замолчала. Потыкала клавиши, то уменьшая, то увеличивая странный спектр. Неожиданно произнесла: — Лезет в голову прямо-таки чертовщина…

— Ты о чем? — оживился я.

— Все о том же… Напрашивается вывод, что в одном теле сосуществуют два человека… Бред какой-то!.. Даже не так. Сосуществуют человек и еще некто с очень близким биоспектром.

— Почему некто?

— Говорю тебе, этих двух линий у человека быть не может! Кстати, если допустить такую невероятную возможность, кое-что станет понятно. Собственные биочастоты обоих индивидуумов практически совпадали. Эти две частоты за пределами человеческого спектра не сильно влияли на общую картину биополя. Вклад их незначителен: видишь, насколько меньше высота резонансных пиков? Короче, организм человека вполне мог приспособиться к слабому излучению в этом диапазоне. Но все резко изменилось при воздействии психографа. Резонансное возбуждение биополя на этих частотах сыграло трагическую роль: организм человека не приспособлен к такому. Нарушилась координация жизненно важных процессов, и следствие — гибель…

— А могла произойти остановка сердца? — как бы невзначай спросил я.

— Вполне, — ответила Любава. И тут же, вскинув голову, пристально заглянула мне в глаза: — Ты знаешь, кто это?!

Выдержав ее взгляд, я невозмутимо покачал головой:

— Понятия не имею. Просто так спросил… — И, стараясь уйти от дальнейшего разговора на эту тему, сказал: — Ты рассказала все так, будто уверена в своей правоте.

— Предупредила ведь — чертовщина! Но другого объяснения дать не могу… Чтобы там ни было, но за этим — она помедлила, подбирая слова, — субъектом почему-то наблюдала Служба безопасности. Увы, использовать психограф было нельзя, похоже, он его погубил…