Четыре жизни. 3. Производственник - Эрвин Полле

---------—

Уважаемый читатель! ТНХК создавался с нуля, продумана современная система техники безопасности. Основной контингент работников — растущая профессионально молодёжь, но погибали опытные специалисты на своём рабочем месте, то высококвалифицированный электрик, то аппаратчик 6-го разряда. Так, 02.04.1984 г. хорошо известный мне аппаратчик В.И.Обложко получил сильные ожоги тела, госпитализирован и через несколько дней скончался. Обложко выполнял рядовую газоопасную работу, очищал изнутри реактор полимеризации от наслоений полимера, по-видимому, не подготовив, как следует фронт работы (именно опытные специалисты зачастую ради ускорения процесса пренебрегали строгими правилами техники безопасности). Произошёл взрыв смеси паров гептана и воздуха. Ужасная трагедия! И тот факт, что десяток руководителей разного уровня (в т. ч. и Полле) «увешаны» дисциплинарными взысканиями, не смягчает непоправимости происшедшего.

Совсем нелепо выглядели самоубийства на ТНХК. Ранее («Начальник центральной лаборатории») я описывал смерть художника ЦЗЛ. Мотивы того хоть как-то можно было понять, имел дефект позвоночника, ни семьи, ни подруг. Но Фирдус Валиев, старший оператор цеха полимеризации пропилена? Воскресенье, прибегает домой начальник смены цеха: Фирдус удавился, помогите увезти тело в морг. Позвонил диспетчеру, попросил прислать автобус. Сам помогал нести ещё мягкое тело из квартиры в автобус. Фирдуса я неплохо знал с 1979 г., приехал из Казани на должность аппаратчика и стал одним из самых квалифицированных специалистов в цехе. Фирдус окончил техникум с отличием, но в ВУЗ не смог пойти по семейным обстоятельствам. Что произошло, точно не знаю, но удавился он в ванной в пьяном виде, закрыв квартиру изнутри на ключ. Во время похорон (а я единственный участвовал от руководства ТНХК, причём по личной инициативе) вдруг услышал, что жена Рая ревновала Фирдуса к Наде. Уверен, реальных оснований для этого не было (в предыдущей главе я писал, что Фирдус с друзьями помогал нам обустраивать мичуринский участок, любил со мной беседовать на возвышенные темы).

---------—

Уважаемый читатель! В 1989 г. вёл интенсивные переговоры по созданию института при ТНХК. Руководители Союзхимпласта и минхимпрома дали добро, но вот чиновники среднего звена откровенно запутывали проблему. Подготовил несколько вариантов организации института как с участием томского отделения «Пластполимер», так и без него. Первый вариант откровенно провалил самоуверенный Хандорин, который практически без подготовки пошёл на встречу с трудовым коллективом отделения «Пластполимер», в результате голосования большинство отказалось. Напомню, в СССР — пик «демократии», когда директоров даже академических институтов избирали на общем собрании с участием вахтёров, лаборантов и других важных, но не определяющих лицо института сотрудников. Жёсткая борьба между ТНХК и «Пластполимером» разгорелась за владение опытно-экспериментальной базой. Неоднократно я специально ездил в Ленинград, к спору обе стороны подключили министра и зам. предсовмина СССР Гусева. Гусев сначала действовал по принципу «ребята, давайте жить дружно!», затем поддержал позицию ТНХК, но юридически опытно-экспериментальная база осталась в ведении «Пластполимера», который когда-то при выделении из минхимпрома специальной строкой оговорил владение опытно-экспериментальной базой, даже не поставив в известность ТНХК. Вопрос создания института затягивался. В стране шли большие подвижки, непонятно даже, какая инстанция должна санкционировать создание института, а от этого зависели оклады научных работников. Мировая тенденция: 80 % отраслевой науки существует при промышленных предприятиях.

16.11.1989 г. встретился в министерстве с очередным начальником управления по науке и технике В.А.Курбатовым. Поставил вопросы (с попыткой обстоятельного объяснения истории) об институте при ТНХК, экспериментальной базе, передал приглашение на 4-е совещание по перспективам ТНХК. Натолкнулся на обычного чиновника, изображающего внимание, но думающего о чём-то своём. К сожалению, это типичная для России картина, когда провинциал (Курбатов только что из Нижнекамска) садится в высокое московское кресло. Никакого интереса к перспективным проблемам ТНХК. Стало ясно, по этому адресу обращаться бессмысленно.

23.03.1990 г. выступил на техсовете ТНХК с концепцией создания инженерно-исследовательского центра как промежуточного этапа перед созданием института при ТНХК. Два главных вопроса: самостоятельное юридическое лицо и статус научной организации. Работы выполняются по договорам. Центр должен был создаваться на базе трёх подразделений ТНХК: центральная лаборатория, проектно-конструкторский отдел и опытно-экспериментальная база (надеялись отобрать у «Пластполимера)». Время торопило, уровень зарплаты сотрудников центральной лаборатории и проектно-конструкторского отела опустился на уровень хозцеха, тогда как в создающихся на ТНХК кооперативах зарплата подскочила в несколько раз. Доклад принят с интересом, начал готовить документы. Неожиданно проектировщики решили создавать свой кооператив.

Плюнул на всё и начал создавать научно-исследовательский центр. Общим собранием центральной лаборатории и части технического отдела (новая техника, рационализация, информация) 13.08.1990 г. принято решение о создании арендного предприятия «Научно-исследовательский центр ТНХК». Документы готовил и оформлял самостоятельно. 14.09.1990 г. Октябрьский райисполком Томска принял решение о регистрации.

Чуть раньше, 06.07.1990 г. написал резкое заявление о выходе из партии по принципиальным соображениям и передал секретарю парторганизации заводоуправления. На требование А.И. Балаганского сдать партбилет ответил отказом: «пусть лежит на память».

Личная жизнь.

Уважаемый читатель! Пора и бытовые радости семи лет (1983–1990 гг.) описать. Мне повезло, Надя освободила меня от многих домашних мелочей. Я приносил приличную, по тем временам, зарплату, обеспечил нормальную квартиру. Жили в достатке, но без излишеств. Появился мичуринский участок. Потихоньку обустраивались, подрастали дети. Юлия ходила в детский сад, в отличие от моих первых детей, практически не болела. Я это связывал с опытом родителей, на болезнях старших детей и Надя намучилась.

Принципиальный качественный скачок в семейной жизни произошёл после покупки автомобиля. Задержусь.

В 1986 г. мы с Надей созрели для покупки собственного автомобиля, просто неприлично стало руководителям нашего уровня быть без личной машины. Приобрели распределённую профкомом ТНХК самую дешёвую и маломощную из выпускавшихся «Жигулей» ВАЗ 21013. Гараж построен несколько лет назад, использовался в качестве склада ненужных дома вещей и хранения осенних заготовок в погребе.