Леший - Григорий Давыдов

- Залп!

Ника с не свойственным ей девичьим визгом, скорее от неожиданности, нежели из-за страха, рухнула на землю, спасаясь от хлынувших из-за наших спин стрел. Надо было бы её предупредить, а то не знает, дурёха, что в нас точно не попадут. А вот орки-командиры превратились в ёжиков за считанные секунды, рухнув на землю и не успев издать даже крика, как и их волки, попавшие под шальные стрелы.

Лохматый Инги также рухнул с пронзённой стрелой головой, придавив своим весом вождя, а сама орчиха тихо хрипела, пытаясь вытащить попавшую ей в горло стрелу и борясь с болью от истыканных стрелами рёбер, груди и живота. Да уж, тут пришлось повозиться: слишком высок у неё уровень...

Не дожидаясь, пока Ника придёт в себя, или сюда прибегут местные жители, что непременно повлечёт за собой как минимум разборки, я подошёл к хрипящему вождю и ногой надавил на мёртвое животное, заставив Клыкастую вскрикнуть от боли. Но сейчас мне не было дела до жалости. Сейчас нужно было расставить всё по своим местам.

- Слушай меня внимательно, - постарался я сделать как можно более пугающий взгляд и загробный голос. Видимо, получилось ничего, так как Инга моментально застыла, боязливо разглядывая мою персону и лишь тихо похрипывая, держась свободной рукой, что не была погребена под тушей Лохматого, за окровавленную шею. - Теперь ты подчиняешься мне. Если, конечно, хочешь жить. И запихни наконец свои дурацкие убеждения и стереотипы туда, где ты сейчас оказалась. Я прикажу шаманам излечить тебя, а затем ты убеждаешь клан присоединиться ко мне, - при этих словах, для пущей убедительности, я сильнее надавил на тушку Лохматого, а затем, непонятно с чего, заявил: - Ибо теперь я - вождь Клана Секиры!

ГЛАВА 11

Логаут

Холод уже не являлся для меня чем-то нетерпимым, а, скорее, немного освежал, отчего скалистый пригорок, покрытый небольшими шапками снега, не вызывал у меня бурю негативных эмоций, как тогда, когда я в первый раз появился здесь. Моя выносливость с того момента заметно возросла, а вместе с ней и терпимость к холоду. К тому же на мне теперь были надеты пускай и лёгкие, но утеплённые мехом доспехи, с ног до головы прокрытые шаманскими чарами, и плащ, специально подогнанные под моё несоизмеримо более мелкое, нежели у орков, тело.

Я сидел на небольшом валуне, вглядываясь в сторону одного из расположенных здесь холмов, сокрытого между двумя возвышающимися высоко над землёй остроконечными скалами. Теперь мне стало ясно, почему Клыкастые не смогли обогнуть Ледяные Холмы. Это просто невозможно без воздушных средств передвижения, а, как выяснилось, ничего подобного в ходу у зеленокожего народа не имелось, пользовались они только ездовыми волками. Я покосился на с интересом разглядывающего меня Лохматого Демона и, не удержавшись, потрепал его за ухом. В который раз удивляюсь тому, как эти страшные, зубастые, огромные на вид монстры могут так уморительно щуриться и мурлыкать, словно домашние коты... Хотя это я сейчас без опаски могу гладить его за мохнатым ухом, не опасаясь, что лишусь руки. А как раньше я чуть ли не пускал в штаны при виде этого чудовища? Да уж, многое произошло за эти несколько дней...

Инга повиновалась и приняла меня, как нового вождя. Она чтила закон предков, который говорил, что тот, кто одолеет вождя в схватке, имеет право называться вождём. И пускай одолел её не я один, никто претензий на право трона не предъявлял, так что в этом плане всё прошло гладко.

Сложнее было с теми орками, что я не подчинил своей воле: а это всё гражданское население, которое могло оказать не хилое сопротивление в случае непринятия меня, как своего вождя. А к этому в начале всё и шло. Но когда вся военная мощь клана склонила колени, а Инга прилюдно, пускай и скрипя зубами, признала во мне повелителя, им, по сути, ничего и не осталось, кроме как присоединиться ко мне.

Дальше - больше. Как оказалось, с поглощением душ всё вышло не совсем так, как предполагалось. А именно: частички душ воинов, в которых я наглым образом поселил чужие души, отказались покидать тела своих хозяев и, пускай Клыкастые и стали подчиняться моей воле, но не превратились в тупые оболочки, а сохранили разум и прежнее сознание, пускай частично. И всё бы ничего, да вот только после серьёзного расспроса выяснилось, что не все из них были надёжны даже под властью Пожирателя Душ, и потому состоялась прилюдная массовая казнь. Да, жестоко, и да, в отличие от Ники я отводил взгляд в сторону каждый раз, когда на наскоро сколоченном деревянном постаменте рубили кричащих что-то на своём языке Клыкастых. Одним из них был Ранг, которого я приказал убить последним. Перед тем, как приговор был приведён в исполнение, я спросил его, будет ли он верно служить мне, но как только услышал рассказ о том, что он сделает с тем, что у меня между ног, и кому потом отдаст на съедение, мне оставалось лишь пожать плечами и отойти в сторону - чтобы не испачкаться в крови.

Затем началась массовая подготовка к предстоящему рэйду. Орки не совсем представляли себе, что происходит, но следовали приказам своего вождя, и потому не задавали лишних вопросов. Первое, что пришлось сделать: объявить массовые сборы. Еда, вода, походные снаряжения, амулеты - нужно было забрать всё, что только можно, ибо - об этом я сказал сразу - больше они туда не вернутся.

Конечно, такой поворот событий поверг Клыкастых в шок. Место, которое они защищали, в котором прожили всю жизнь и любили так, как ребёнок любит свою мать, нужно покинуть? Разумеется, это не укладывалось у них в головах. И потому сборы сопровождались причитаниями и проклятиями, и я уж было подумал, а не найти ли нам ещё какой-нибудь отрядик, у которого можно будет одолжить души, да подчинить оставшуюся часть клана?

Но помимо этого была и другая морока: оружие. Делиться новой профой я не горел желанием, да и по-простому опасался так раскидываться легендарной и уникальной, по сути, игровой плюшкой. Так что пришлось работать кооперативно вместе с Никой, только и успевая, что смахивать пот. Нам несли мечи и топоры, щиты и копья: всё это нужно было улучшить с помощью "Средневекового Инженера". Во многом помогали также и "зоркость" в купе со "Взглядом Инженера". Благодаря им я выискивал на оружии места, куда можно поместить части вооружения, созданного Никой, намного быстрее, и в итоге оружие выходило многократно более сильным, чем могло бы быть. К тому же беловолосой пришлось работать в два раза больше: на ней ведь были аптечки и ампулы, ибо силе шаманов, причём в таком скудном количестве, я не доверял - благо, ампулы с энергией пришлось подготовить только на меня, у орков такой проблемы не было.