Тайны парижских манекенщиц (сборник) - Пралин

У великого Чарльза-Фредерика возникла идея шить платья по меркам своей жены и отправлять очаровательную мадам Ворт на бега, на аллеи Булонского леса и даже в свой магазин, когда его посещали клиентки. Она и была первой манекенщицей. Очень быстро обычай вошел в привычку, и «девочек из магазина» – еще одно красивое название, напоминающее об эпохе, когда шуршали платья с турнюрами, – просили показывать модели покупательницам. После этого специалистам поручили «представлять коллекции», как обычно говорят, а за девушками сохранили название – манекенщицы.

Сегодня нас во Франции тысяча двести, почти тысяча из которых обосновалась в Париже, но состав их столь же неоднороден, как и толпа новобранцев во дворе казармы. Прежде всего из-за разницы в зарплате: дебютантка зарабатывает двадцать пять тысяч франков в месяц, а некоторые звезды – увы, крайне редкие! – оплачиваются фотографами по десять тысяч франков за час. Скажем для ясности, месячная зарплата манекенщицы колеблется от двадцати пяти до шестидесяти тысяч франков. Уже вижу гримаску какой-нибудь малышки Жизель из Каркассона или Сюзанны из Менильмонтана, которая мечтает красоваться целыми днями в тафте или мехах. Ей придется работать десяток лет, не потратив за это время ни сантима, чтобы купить себе одну норковую шубку из коллекции. Такова суровая правда жизни.

Дом моды начала ХХ века

Однако эта зарплата, равная зарплате почтовой служащей, к счастью, компенсируется некоторыми преимуществами профессии. К примеру, участие в прибыли: сумма от пятидесяти до двухсот франков в зависимости от Дома, которая ежемесячно выплачивается манекенщице за каждую проданную модель из ее коллекции. К концу месяца набегает до нескольких тысяч франков. Производственная премия. С другой стороны, модельер заключают договоры, чтобы мы могли раз в неделю бесплатно посетить парикмахера или получить косметические товары. И наконец, позирование для фотографий, особенно в период представления коллекций. Оплата производится двумя способами: либо почасовая (от четырех до пяти тысяч франков), либо за каждый снимок в отдельности (тысяча пятьсот франков за первую фотографию при каждом перемещении и тысяча франков за каждую следующую). Некоторые иностранные фотографы – о, магия валюты! – часто платят по две-три тысячи франков за снимок. За месяц набегает весьма приличная сумма: Жизель из Каркассона и Сюзанна из Менильмонтана могут сменить недовольную гримаску на улыбку.

Но не будем, однако, преувеличивать, ибо фотографы нуждаются в нас всего треть года. Остальное время надо жить, используя сбережения, поскольку зарплаты редко хватает до конца месяца. Ведь мы не можем устоять перед искушением в момент скидок, если хозяин позволяет купить за тридцать – тридцать пять тысяч франков платьице, которое мы так часто носили в салоне. И с восхищением показываем всем… после его оплаты (только один или два крупных дома бесплатно предлагают в конце сезона своим манекенщицам одну из моделей).

Парижская мода, 1955

К тому же подобное безумие доступно не всем. К примеру, «функционеркам». Я называю так манекенщиц, которые ежедневно приходят в кабину, словно на службу в министерство, чтобы усесться за свой стол. Зная всю подноготную профессии, они, быть может, не обладают искоркой гения, но служат надежным резервом. Как официанты, с блеском жонглирующие полными подносами над головами клиентов.

Модельер может быть спокойным: они умеют правильно снять манто или без паники спуститься по лестнице. Они исполняют свою работу, как истинные ремесленники. Более того, они очень полезны во время представления, позволяя публике отдохнуть между двумя яркими показами. Они надежны, если не произойдет чего-то непредвиденного, и могут долгое время работать в одном и том же Доме, но не позируют для фотографий или делают это крайне редко, а потому могут рассчитывать только на свою зарплату.

Имея тысячу франков в день, они считают подарком столовую, если она имеется, поскольку хозяин частично содержит ее, что позволяет очень дешево питаться. К примеру, у Диора тысяча человек в день платят за обед от восьмидесяти до ста восьмидесяти франков в зависимости от заработка, и к толпе мидинеток часто присоединяются такие манекенщицы. Именно для них и всяческого рода неудачниц организована касса взаимопомощи, президентом которой была Лаки[200], «звезда» у Диора. В ее членах состоит примерно шестьсот человек, они ежегодно вносят по две с половиной тысячи франков и пользуются солидными преимуществами: бесплатная медицинская помощь, выплаты из фонда взаимопомощи, пособие десять тысяч франков при рождении каждого ребенка… Также могут полностью оплачиваться некоторые эстетические операции, необходимые для выполнения профессиональных обязанностей. Нет смысла уточнять, что взносов не хватает и приходится прибегать к помощи богатых дарителей или организовывать благотворительные праздники, где, конечно, принимают участие модельер и манекенщицы-звезды. К тому же касса играет роль бюро по трудоустройству, куда записываются безработные манекенщицы или обращаются хозяева, которым необходимо обновить кабину или просто пополнить команду для заграничного показа.

Я сочла необходимым пойти на скучное перечисление подробностей и цифр, чтобы показать, это сознательно выбранное мною дело стало моей настоящей профессией. Здесь нет места периодически появляющимся красивым бездельницам, считающим, что стоит им только явить себя миру, чтобы затмить всех остальных, что главное в работе богато одеваться по двадцати раз на дню, а остальное время ухаживать за ногтями. Такие горе-манекенщицы, кстати, быстро исчезают с подиумов, но им на смену приходят новые претендентки, мешающие настоящим манекенщицам, кто хорошо работает и быстро создает себе прекрасную репутацию в нашем крохотном мире моды.

Поверьте, надо обладать мужеством, чтобы удержаться на плаву. Вы целый час торчите на берегу Сены, на скользкой набережной между двумя мостами, куда врывается «милый» февральский ветерок. Вас то и дело просят увеличить декольте муслинового платья, и вам приходится проявлять невероятную выдержку, чтобы не обругать последними словами закутанного до бровей фотографа, который жалуется, что у него окоченели кончики пальцев, а вас попрекает «не очень натуральной улыбкой». Вы превратились в айсберг, знаете, что у вас под макияжем синее лицо, но вам все равно необходимо изобразить настоящую весеннюю улыбку. Трагикомедия возобновляется через полгода с пыткой в виде меховой шубы под августовским солнцем.