Я не сдаюсь... - Александр Авраменко

– Первый взвод, азимут двести пять, дистанция сто десять – зенитная батарея.

– Вас понял, командир!

Прозвучало в наушниках, и через мгновение на месте тараканьих пушек возникли огненные шары разрывов. Ещё через миг по подошвам бронесапог ударила земля. Королёв чуть качнулся, привычным движением отстрелил ранец, и уже на лету, прыгая за камень, выстрелил в мелькнувшую впереди тень. Громкий треск дал понять, что он поступил правильно…

– Первый взвод, прямо двести пять. Бункер. Не лезьте, пусть тяжеловесы подтянутся…

Взвод тяжёлого оружия. Переносные противотанковые и противовоздушные комплексы. Майор часто их применял против таких укреплений. Полтора метра пластобетона залитой карболитом поверхности, успешно противостояли ручному оружию. Но против танкового пробойника, прошибающего метровой толщины корабельный композит с километра устоять они не могли… Огненная струя вспыхнула чуть позади – кто-то из солдат пустил в дело огнемёт. Вырос огненный столб взрыва, это взлетел на воздух второй дот, получивший ракету прямо в амбразуру…

Олег не суетился. Он уже просчитал оборону противника, и теперь потихоньку стягивал свои силы к левому флангу, где трескуны держали наиболее ожесточённую оборону. Его солдаты знали своё дело, и, гася отдельные очаги сопротивления, уже подбирались к неприметному бугорку, под которым, как Королёв вычислил, и было убежище, или гнездо их высшего командования…

Внезапно кто-то завопил от ужаса – из массивных дверей расположенного неподалёку бункера полезли шестиногие, в уродливых шрамах от грубо состыкованных массивных броневых плит танки. Вот первый из них пошевелил овальным стволом пушки, раздался режущий уши свист, и позиция взвода тяжёлого оружия исчезла в огне. Человек скрипнул зубами – разведка прозевала наличие техники. Впрочем, этого стоило ожидать на такой хорошо защищённой базе. Лихорадочно осмотрелся – вот оно! Мощный стационар врага, возле которого валялись куски хитина и оторванные конечности. Зарядный ящик был пристёгнут, но как стрелять из оружия, рассчитанного на шесть лап?! Одному не дотянуться ни до уродливых рычагов управления, ни до гашетки. Как?! Взгляд упал на валяющийся возле пушки унитар. Может, он поможет? Ухватил тяжеленный, рассчитанный на мышцы таракана снаряд, напрягая все силы, поволок его к ближайшему танку. Трескуны почему-то игнорировали его, предпочитая удалённые цели и выбивая одного десантника за другим. Вот и первый, вышедший чуть вперёд жуткий механизм. Торчащие бронированные трубопроводы, яркое облако тепла от выхлопа двигателя на забрале шлема. Но слишком далеко – не докинуть! Не хватит сил… И он, зажав под мышкой снаряд, бросился прямо под шагоходы. Сбросил с рук ношу, почти под центром корпуса, метнулся назад и, уже падая в щель между вывернутыми взрывом плитами, ощутил страшный удар в спину. Мгновенно стало горячо и мокро под щитками обмундирования и защиты. Но кибердок делал своё дело, и Олег ещё успел развернуться и, поймав в прицел снаряд, нажать на курок «нокка»…

…– Он жив?

– Да. Лучевое поражение. Словил выстрел. Если бы не снаряжение – мы бы его потеряли. Очень большая кровопотеря.

– Введите ему заменитель и плазму. Потом готовьте к операции…

То ли ему приснилось, то ли слышал сквозь помутнённое сознание, но майор пришёл в себя в палате госпиталя, лёжа на койке вниз животом. Спину пекло, но это было терпимо. Жутко хотелось пить, и рука сама потянулась к обычной стандартной тумбочке, на которой стоял графин с жидкостью…

Через неделю ему разрешили ходить, и Олег потихоньку ковылял по госпитальным коридорам, выбираясь во двор, чтобы посидеть на лавочке, подышать воздухом и погреться на солнышке. Сидя на лавочке в углу парка, читал книги или просто наблюдал, как суетятся невесть как попавшие на планету обычные земные муравьи. И отдыхал. От непрерывной мясорубки последних лет, от постоянного напряжения, от ежесекундного риска. Окрепнув, начал выходить и в город, просиживая вечерами в маленьком баре, расположенном неподалёку от госпиталя, в компании таких же, как он, выздоравливающих. Время шло, лечение подходило к концу, и вот уже офицер стоял перед комиссией…

– Майор Олег Королёв. Десантник. Лучевое поражение спины. Сожжено тридцать процентов мышечных тканей. Произведено восстановление. Рекомендовано – физиопроцедуры в течение месяца. Затем – полный допуск, без ограничений к продолжению службы.

– Ваше мнение, господа?

Пожилой доктор обратился к своим коллегам, увлечённо рассматривающим снимки. Те словно очнулись и перевели свои взгляды на майора. Наконец один из них проблеял:

– Э… Возражений нет, коллеги.

– Да, мы не возражаем. Направим пока майора в запасной легион на Пангею, а после окончательного выздоровления пусть возвращается в распоряжение отдела кадров ПДС.

– Да, так и сделаем, коллеги…

Он вышел из кабинета, отдуваясь и держа в руке предписание. Его встретила целая толпа страждущих, ожидающих своей очереди:

– Ну как там?

– Что говорят?

Парень взмахнул рукой.

– Да всё нормально. Не волнуйтесь…

В кладовой получил новенькое обмундирование, дубликаты наград. Примерил – всё сидело отлично. Повесил на шею ладанку, прицепил медали. А это что? Ого! Крест «За храбрость»! Новая награда. А и чёрт с ним… Вышел на улицу, под яркие лучи солнца. Прищурившись, посмотрел на плывущие по небу облака. Есть три дня. Куда деваться? Ни дома, ни семьи…

…Он стоял на кладбище, возле серо-алого гранитного обелиска, где лежал символический прах всех погибших в городке. Само поселение начали отстраивать заново. Уже суетились многорукие роботы, отливая стены, прокладывая коммуникации. Мостил мостовые пыхтящий паром сложный агрегат, от работы которого подрагивала под ногами земля. Постояв ещё немного, майор вновь надел фуражку, затем направился вниз, к стройке…

– Э, милейший, вы – подрядчик работ?

– Да, майор. Джон Скотт к вашим услугам, сэр. Чем могу служить?

Олег, вздохнув, полез за кредиткой.

– Я бы хотел приобрести дом. Вон тот, у озера. Я вижу, он почти готов…

– Пожалуйста, сэр. Я сейчас же отдам команду, чтобы его ввели в строй в первую очередь.

Подрядчик бросил короткий взгляд на панель компьютера и быстро пробежался пальцами по клавиатуре, отдавая короткую команду, затем вновь перевёл взгляд на майора.

– Если господин офицер подождёт ещё два часа, то он сможет въехать в полностью готовое здание…

– Отлично. Я буду поблизости.

Королёв перевёл деньги с кредитки на счёт фирмы и в ожидании заказа расположился в тихой аллее восстановленного парка. Теперь у него будет ДОМ… Место, куда вернется после войны. Почти там же, где стояло жильё его родителей… Впрочем, чего это он расслабился? Нужно дойти до магазина, заказать продукты, вещи. Не будет же он спать на полу? Поднялся, зашагал туда, где уже теснились постройки…

После плотного ужина тянуло в сон. Поднялся на второй этаж, сбросил обувь, улёгся на кровать. Немного тянуло спину, но это ерунда. Это – пройдёт…

…Внизу мяукнул звонок. Недовольно бурча, Олег поднялся с койки и прошлёпал по пластику лестницы к входу.

– Кто там?

– Майор Королёв?

– Я.

Открыл дверь, привычно выпрямляясь по стойке «смирно» – на пороге стоял молодой унтер-офицер.

– Прошу прощения, вам пакет. Распишитесь.

Касание сенсора, электронное перо планшета. Отдание чести.

Закрыв дверь, майор вскрыл пакет – отпуск откладывался. Впрочем, как и лечение…

…По получении сего предписания вам надлежит немедленно направиться в распоряжение командира базы «Лассиг-1» с космодрома «Эхо-2». Корабль «Адмирал Бенбоу» отходит в 12.00 следующего дня. По прибытии на «Лассиг-1» принять под командование 131-й гренадерский полк и в дальнейшем выполнять приказы высшего командования…

…Через два года первая война с негуманоидами будет закончена. Псевдотараканов полностью уничтожат, а их планеты будут выжжены дотла ядерными бомбами. Полковник Королёв получит новые погоны и новое назначение. В своём доме он будет появляться очень и очень редко. Но что это такое для двадцатилетнего офицера? Иметь впереди многие и многие годы жизни? К сожалению, ни полковник Королёв, ни многие другие в Метрополии не знали, что мирная жизнь окажется очень короткой передышкой. Три года, и вспыхнет новая война. Все ожидали, что на них нападут леггах, у которых закончился очередной шестидесятилетний цикл. Но неожиданно те взяли перерыв в своих войнах, занявшись непонятными делами в своих колониях. Недоумевали россы, ничего не понимали земляне. Вибрировали в раздумчивости внешним скелетом лидданы. Но простые люди, да и многие военные радовались мирным дням, без боли, без крови, без ужасов войны. Они спешили жить и радоваться, любить и работать. Против ожидания потери в войне с трескунами оказались не так уж и катастрофичны. Слишком хорошую школу прошли люди, слишком хорошими учителями оказались россы. И очень много вложили в своих новых союзников орти, лидданы, корварцы. Пусть пока люди играли роль щита для рас, проживающих в этом секторе. Но уже были первые звоночки того, что скоро люди перестанут смотреть на союзников снизу вверх. Некто Герберт Холл создал радар, который смог преодолеть невидимую маскировку трескунов. А принцип, на котором работал аппарат, назвали его именем. Уже Фёдор Бережков, учёный из бывшего Новосибирского академгородка с блеском разобрался с технологиями старших рас и тараканов, и на основе этого создал новое оружие – тяжёлый бластер «нокк-110», могущий разнести в брызги бронированный коптер. А по производству вычислительной техники и коммутативных систем земляне уже обогнали россов и подбирались к лидданам, признанным лидерам в этой области. Но всё это будет. А пока майор Королёв спешил на рейсовый катер, который доставит его на базу военно-космических сил «Эхо-2»…