Чёрное. Белое (СИ) - Сергеева Елена Владимировна

Ощущаю, даже не видя парня, что он улыбается, и мои губы тоже слегка приподнимаются вверх и лепечут:

– Поздравляю.

Конечно, я уже не помню дату его дня рождения, но не сознаюсь в этом.

– Но это еще не все, – продолжает Макар. – Я от тебя хочу...

Загадочное молчание, и я краснею. Вижу, что Марк наблюдает за мной, и почему-то чувствую себя виноватой. В чем дело?!

– Я хочу, чтобы ты была моим подарком.

Замираю от услышанного. Как-то мне не очень нравится это выражение. Оно вызывает весьма сомнительный подтекст, и я возражаю:

– Нет. Я подарю тебе настоящий подарок.

– Главное, чтобы ты пришла.

Снова молчание и многозначительные точки в конце фразы, которые договаривают мне о том, о чем не было сказано вслух. Или я все напридумывала себе?! Все, стоп. Это просто приглашение на день рождения!

– Да, хорошо.

– Отлично. Это лучший подарок для меня! – довольно произносит парень. – Я отправлю смс с адресом. Кафе недалеко от твоего дома.

– Хорошо.

Отключаю вызов, сажусь в кровати, избегая смотреть на Марка и надеясь, что он не станет ни о чем спрашивать, но вопрос уже слетел с его губ и настиг меня:

– Кто звонил?!

По взгляду, что разъедает мой затылок, я понимаю – мужчина догадался и озвучил его только для того, чтобы припереть меня к стенке. Хорошо. Будем играть по его правилам. Оборачиваюсь и, смотря прямо в глаза, отвечаю:

– Одноклассник. Позвал на день рождения.

– Ты же хотела выспаться?!

Едва не закатываю глаза и отворачиваюсь. На всех нас влияют те, кто рядом. Это подобно тому, как Луна притягивает воду. И мы в той или иной степени становимся похожи на более сильного индивида, но лишаемся своих предпочтений. Но я не хочу окончательно терять свое «я» и подчиняться чужим решениям! Мне не нравится, что Марк на меня давит. Мы любовники, а не пара, и никаких серьезных чувств между нами нет.

Пожимаю плечами, показывая, что это мое личное дело и его оно не касается, и встаю с кровати, говоря, что разговор закончен.

За завтраком Марк не пытается как обычно вытянуть из меня слова. Мы молча едим, чувствуя звенящую разрушающую перепонки тишину, что действует на нервы, а после, также перекинувшись всего несколькими словами, идем в паркинг, и он везет меня домой.

Припарковав машину по моей просьбе подальше от моих окон, мужчина, повернувшись ко мне, не спрашивает, а ставит в известность.

– Я привезу тебя домой после… праздника.

Смотря прямо на него, возмущаюсь:

– Нет.

Глаза Марка темнеют, а я, вместо того чтобы подцепить от них вирус возмущения, неожиданно вспоминаю о том, как он мне помог в случае с шантажом, смягчаюсь и спокойно объясняю:

– Кафе в двух шагах от дома. Я сама дойду.

Чтобы угомонить его внутреннего демона, я, оперевшись рукой о центральную консоль, придвигаюсь и, запечатлев на его губах легкий, почти невесомый поцелуй, поспешно отстраняюсь, но сильные руки, тотчас взяв меня в плен, не позволяют вернуться на свое место, а губы берут то, что считают своим по праву, и мы оба тонем в бездне сумасшедшего поцелуя.

Лишь когда захват на моей спине ослабевает, я отодвигаюсь от Марка и поспешно сбегаю из его машины.

30 глава (продолжение) 

Громкая музыка, мерцающие кляксы света, танцующие под ее такт, повсюду люди, смешавшиеся в одну большую бесформенную двигающуюся субстанцию… И пусть я нахожусь не в стрип-клубе, но замечаю так много похожих зарисовок, что кажется: вот еще одно мгновение – и я почувствую на себе то покалывание на коже, а затем отыщу даже в бесчисленном людском столпотворении глаза, к которым так привыкла.

– С днем рождения! – вопят все вокруг стола, и улыбки на несколько мгновений перемешиваются с бокалами, взлетевшими в воздух.

Машинально делаю глоток горького напитка, бултыхающегося в прозрачном сосуде в моей руке, и вспоминаю приятный вкус фруктового коктейля, который пью на работе.

Ставлю бокал на стол, едва пригубив, и вздрагиваю от прикосновения чужих рук к моей талии. Оборачиваюсь и почти натыкаюсь на лицо Макара. Его голубые глаза, окончательно расплавившись от дурманящих напитков, выплескивают на меня бескрайнее море веселья. Однако близость парня меня напрягает, и не спасают та небольшая доза алкоголя, что в меня попала, и те витающие пары, что проникли внутрь меня от сидящих рядом гостей.

– Пойдем потанцуем, – говорит он, наклонившись к уху и запустив по моей коже щекочущие мурашки.

Отказать его взгляду невозможно. Да и зачем?!

Киваю, позволяю себя увести и, вливаясь в музыку, танцую рядом с именинником. После пары композиций хочу вернуться за стол, но звучит медленная мелодия, и меня останавливают его цепкие руки. Сглатываю. Почему-то чужие прикосновения вызывают отторжение, как чужеродный орган. Подавляю его в себе, позволяю ему обнять себя за талию и целомудренно кладу свои ладони на крепкую грудь.

Мы даже не танцуем, а скорее топчемся на одном месте, и все бы было ничего, но Макар начинает прижимать меня все ближе и ближе, и его ладонь все чаще сползает мне на ягодицу. Когда наша близость становится критичной, я упираюсь ему в грудь, чтобы восстановить нарушенные границы, и едва открываю рот, собираясь сказать ему в шутливой форме, что он перешел черту, как его губы накрывают мои. Первая секунда – шок. Вторая – я почему-то думаю о том, что от его поцелуя не кружится голова и ноги по-прежнему уверенно меня держат. Третья – осознаю, что мечты сбываются, хоть и с опозданием, и, возможно, оттого что у них закончился срок годности, они не вызывают того резонанса и тех ощущений, как представлялось когда-то.

Дальше я прихожу в себя и умудряюсь вырваться. Какое-то время мы смотрим друг на друга, глазами задавая вопросы и отвечая на них. Потом скорее не слышу, а читаю по губам.

– У тебя есть парень?!

Хороший вопрос. Только вот ответ на него я не знаю. Есть тот, с кем я систематически занимаюсь сексом, но кто он мне?! Точно не парень, ведь он ни разу не заговаривал ни о своих чувствах, ни о том, что происходит между нами, не озвучил планы о совместном будущем. Однако говорить об этом Макару я не собираюсь. Другие отношения мне сейчас не нужны, может, потом, когда глава стрип-клуб в моей жизни наконец закроется и я захочу все изменить, но только не сейчас.

В итоге, смотря в глаза парню, я обманываю:

– Есть.

– Любишь?!

Киваю, прячу глаза и бормочу: