Крестные дети - Николас Колридж

Сэффрон рассмеялась. Она совершенно забыла, как ей нравился Джеми. Он сильно похудел, на его лице появились морщинки, зубы стали темными и неровными. Но Джеми по-прежнему был привлекателен. Кроме того, он лучше, чем кто-либо, мог понять, через что прошла Сэффрон.

— Ты часто ходишь на эти собрания? — спросил он.

— Три-четыре раза в неделю.

— Должно быть, они тебе помогают. Ты прекрасно выглядишь. А вот мне там не очень-то нравится.

— Тогда почему ты ходишь?

— Родители сговорились и заставили меня. Угрожали отправить куда подальше, если я не послушаюсь.

— Может быть, так и нужно было поступить.

— Только не начинай! Господи, меня все уже достали своими советами. На свадьбе у Мэри Стюарт Болтон сказал, что мне нужно обратиться к врачу. Но у меня все совершенно нормально.

Все дело в Лондоне — тут слитком много наркотиков и очень сложно бросить.

— Тогда почему ты не уедешь?

— Я думал об этом. Хочу отправиться в Индию. Слышал, что там можно прожить на пять фунтов в неделю. — Он хотел было добавить что-то про цену гашиша, но передумал. — Мы обязательно должны поехать туда вместе месяца на два, Сэфф. Это было бы здорово.

Сэффрон, десять лет не покидавшая Англию, сразу же загорелась этой идеей. С детства она любила все индийское. В «Полуночном ковбое» ей задолжали один отпуск — Сэффрон не хотела отдыхать вместе с Амариллис, Лорканом и майором Бингом, а других планов у нее не было. Поездка с Джеми за границу казалась идеальным вариантом: она знала его почти всю жизнь, с ним было бы безопасно, они оба были завязавшими наркоманами и вместе ходили на занятия. В каком-то смысле эта поездка пошла бы на пользу им обоим.

— Я договорюсь в магазине об отпуске, — сказала она. — Но если ты снова начнешь принимать наркотики, каникулам конец.

Сэффрон сидела на широкой крыше гостиницы «Отель Вишну» в Джайпуре и размышляла, какие достопримечательности им с Джеми следовало бы посетить до отъезда; в руках у нее был путеводитель «Одинокая планета». Они провели в Раджастхане уже месяц и до сих пор ничего не увидели. Сэффрон просматривала списки местных храмов и дворцов, ожидая Джеми, который должен был вернуться с покупками.

Сэффрон вяло потягивала колу и думала о том, что здесь она совершенно перестала ощущать время.

Казалось, что они жили в «Вишну» уже несколько лет, все дни, проведенные здесь, перемешались в ее памяти. Она с нетерпением ждала Джеми, ей срочно было нужно принять что-нибудь.

Было около двух часов дня, и солнце стояло в зените. Ограждение и пол террасы тихо колыхались в потоках горячего воздуха. Они не посетили ни одной достопримечательности в частности и потому, что ни разу не встали раньше полудня. Проснувшись, они занимались любовью, потом вместе принимали душ в зловонной общей душевой, после чего Джеми шел покупать наркотики. Днем они расслаблялись, а прошлой ночью до самого утра просидели на крыше отеля с какими-то европейцами. Руки и ноги Сэффрон были разрисованы хной, она носила кольца на пальцах ног и бусы.

До своего отъезда из Лондона она не ожидала, что станет подругой Джеми, надеялась, что больше никогда не притронется к наркотикам. Но их знакомство с Индией происходило так тяжко и суетно, что ей пришлось забыть о своих лучших намерениях. Они прибыли в аэропорт около полуночи. Гостиницу они не забронировали, поэтому поехали на такси через весь Дели в старую часть города, где предположительно жил дальний родственник Джеми, у которого была своя ночлежка. Дверь открыл неряшливый мужчина с очень грязными ногами. За стойкой администратора спал человек. Они разбудили его, и он отвел их по скверно пахнущей лестнице в комнату без замка в двери. Внутри стояли три кровати без постельного белья, стены были забрызганы красным соком бетеля. Сэффрон сразу же захотелось вернуться домой — так сильно Индия отличалась от того, что она себе представляла. Но в ее билете (как и в билете Джеми, за который он обещал ей вернуть все сполна) нельзя было изменить дату вылета.

На следующее утро, ни на минуту не заснувшие и покусанные клопами, они отправились па поиски завтрака. К тому моменту, как они вернулись в ночлежку, половина их багажа оказалась украденной.

На то, чтобы покинуть Дели, у них ушло четыре дня. Покупка автобусных билетов и даже поиск билетной кассы оказались невыполнимо сложными задачами для такого непосредственного человека, как Джеми. Если бы не Сэффрон, чья красота немедленно собирала толпы воздыхателей, они бы никогда не покинули город.

После Дели Джайпур и «Отель Вишну» показались им настоящим оазисом. Большие чистые комнаты, западная обстановка и бар с европейской кухней сделали их самыми счастливыми людьми на свете. За два дня они обошли все улицы, время от времени покушал драгоценности и сари. На второй вечер Джеми принес марихуану.

— Ты ведь не собираешься курить это? — сказала напуганная и одновременно страстно желавшая закурить Сэффрон.

— Это ведь просто травка. Травка не в счет.

— Нет, травка тоже считается. Ты не должен принимать ничего.

Джеми пожал плечами и игриво улыбнулся:

— Только не в Индии. Здесь все этим занимаются. Парень, у которого я купил марихуану, сам за сегодня выкурил не меньше сотни сигарет, он балдел просто как ненормальный. Давай, Сэффрон, закуривай.

Она не нашла в себе сил противостоять соблазну, и сладкое радостное предвкушение взяло верх. Сэффрон как будто вернулась на пляж в Пэдстоу, где она курила самокрутки из травки, украденной у Ниола. Не будет преувеличением сказать, что она выросла на марихуане: Амариллис всегда хранила ее в лотке для зелени в холодильнике.

«В конце концов, — рассуждала Сэффрон, — мне ни в коем случае нельзя снова подсесть на героин. Ведь именно из-за героина, а не из-за марихуаны я попала в «Бродвей-Лонж». Джеми прав, травка не в счет». Они не испытывали друг к другу особенной страсти, скорее вместо нее было взаимное уважение двух очень привлекательных людей или радость от совместного пребывания в Индии. Как бы то ни было, тем же вечером они впервые занялись любовью.

Для постоянно дремавшей от травки Сэффрон крыша «Отеля Вишну» стала целым миром. Стоя у ограждения, она могла часами рассматривать плоские крыши домов и улицы города, где в тени сидели старики и выстиранное белье развевалось по ветру. Время от времени в воздух поднималась стая голубей. Вдалеке виднелся фасад Хава Махала — Храма Ветров. Сэффрон хотелось осмотреть его вблизи. Но их экскурсии никогда не продолжались дальше, чем до