Ликвидатор, или Когда тебя не стало - Юлия Шилова

– Начнем варить каши. У тебя вермишели целый шкаф, – пыталась я подбодрить подругу. – Ты запаслась по-крупному.

– Я вообще запасливая, – засмеялась Маринка.

Паша подошел к окну и посмотрел вниз.

– Сидят? – спросила я с дрожью в голосе.

– А где ж им быть? – вздохнул он. – Сидят, родимые.

Неожиданно он присел и осторожно приподнял голову. Затем встал и пробежал вдоль балкона. Почувствовав неладное, я с испугом спросила:

– Паша, что случилось? Ты что задумал?

– Жаль, что у меня нет оружия с оптическим прицелом. Хватило бы одной винтовки.

– Ты что, хочешь их всех перестрелять?

– Я смог бы это сделать.

– Нет, Паша, только не это.

– Почему?

– Потому что здесь живет Маринка. У нее нет другой квартиры, и мы не имеем права ее так подставлять.

– Как это мы ее подставим?

– Паша! Это ты больше десяти дней нигде не задерживаешься, а Маринка здесь постоянно живет. Улавливаешь разницу?

– Улавливаю.

– Так вот, я не позволю тебе этого сделать. Ты постреляешь и свалишь, а человеку тут всю жизнь жить.

Маринка жалобно произнесла:

– Пашечка, пожалуйста, не надо никого стрелять.

– Никто и не стреляет, – пробурчал Пашка в ответ и сел на свое место.

– И запомни впредь, если ты что-нибудь вздумаешь делать, то посоветуйся сначала со мной. Ты теперь не один, – пригрозив ему пальчиком, я залпом выпила коньяк.

Маринка посмотрела на часы и грустно заметила:

– На работу я уже опоздала.

– Да бог с ней, с этой работой. Я предлагаю лечь поспать.

Так как делать было больше нечего, мы разошлись по комнатам. Я легла на Пашкино плечо, он нежно перебирал мои волосы.

– О чем ты думаешь? – спросила я.

– О тебе. О нас.

– И что ты думаешь обо мне?

– Ты спала с этим Серегой?

– С каким?

– Ладно. Не делай вид, что не знаешь. С тем самым, с которым ты разговаривала по телефону.

– С чего ты пришел к такому выводу?

– Не знаю. Наверное, мне просто показалось.

– Я тоже так думаю.

– Извини. Я дурак. Так сильно тебя люблю и вдруг начинаю подозревать. Самому стыдно.

– Слава богу, что ты хоть это признаешь.

– Знаешь, надо как-то выбираться отсюда. Не можем же мы торчать тут так долго.

– Паша, не забывай, мы теперь несем ответственность за Маринку. Если мы ее оставим, то они надругаются над ней, а затем убьют.

– Что же нам с ней делать?

– Уходить надо втроем и желательно незамеченными.

– Давай попробуем выбраться через чердак. Главное, чтобы дверь на чердак была не закрыта. Я чуть позже попытаюсь сходить и проверить.

– Дальше. Мне нужно встретиться с Графовым Гавриилом.

– Это кто?

– Это брат Графа.

– А зачем тебе с ним встречаться?

– У меня есть для него важная информация. Я знаю, кто убил его брата. К тому же у меня есть доказательства.

– А может, он и сам знает, кто убил его брата?

– В том-то и дело, что не знает. Мне необходимо натравить Гавриила на Серегу. Тогда, считай, одной головной болью будет меньше. Особенно я переживаю за Маринку. Мы сами ее втянули, хотя не имели на это никакого права. Надо все сделать для того, чтобы она жила спокойно и ей ничего не угрожало.

– Столько всего навалилось. Мы, наверное, до твоих обидчиков так и не доберемся. Я хочу одного – чтобы все это закончилось и нам ничего не угрожало.

– Ты хочешь сказать, что увезешь меня в Испанию?

– Хотя бы и так.

– Только кто же нас отсюда выпустит? Ты – киллер, а я в розыске. Мне никто не сделает визу.

– За деньги даже отпетым рецидивистам делают визу.

– Каким образом?

– Сначала покупают новые российские паспорта, где проставлена другая фамилия, а затем выписывают и новые загранпаспорта.

– Что-то с трудом верится. Неужели в ОВИРе так много продажных людей?

– Они есть в любой организации. Без них было бы жить очень скучно.

– Тогда и Маринку надо забрать. Что она будет здесь делать одна? Вряд ли она пробьется в театр. Заберем ее с собой и найдем ей там достойного кандидата в мужья.

– Она может играть в постановках для эмигрантов, – неожиданно поддержал меня Пашка.

– Здорово! А затем мы перевезем мою дочь. – Повернувшись к Пашке, я посмотрела ему в глаза.

– Базара нет, – улыбнулся он.

– Если из этой страны выпустят киллера-профессионала и убийцу, которая числится в розыске, то я начну верить в чудеса.

– Жанка, я заставлю тебя в них поверить! Только для начала надо найти твоих обидчиков, чтобы ты жила спокойно и ни о чем не жалела.

– Кого именно?

– Ну хотя бы этих лохмачей.

– Я их уже нашла и наказала!

– Не понял.

– Паша, я их вчера убила.

– Как?! – Он даже подскочил на кровати.

– Выстрелила в голову. Два раза – и все в десятку.

– Ты сумасшедшая!

Не обратив на его слова никакого внимания, я поведала свою вчерашнюю историю, даже не знаю, с каким концом – то ли с печальным, то ли со счастливым. Для тех двоих исход, конечно, был печальный, а для меня сложилось все как нельзя лучше. Паша внимательно слушал меня, не перебивая. Его лицо было напряжено, взгляд сосредоточен. Когда я закончила, он опять повторил:

– Я всегда знал, что ты сумасшедшая.

– Я думала, что ты меня похвалишь.

– За что?

– За то, что два раза и оба – в десятку.

– Послушай, а ты в психушке не проверялась? Тебе справку не мешало бы выписать. Ты хоть сама считаешь, сколько человек уже замочила?

– А ты свои жертвы считаешь?! – Я обиженно прищурила глазки.

– Знаешь, тебя совершенно нельзя оставлять одну. В прошлый раз ты отомстила за меня, в этот – за себя.

В комнату вошла Маринка и присела на край кровати.

– Я одна боюсь. Мысли всякие в голову лезут. Мне уже на работе пора быть. Что без толку лежать, все равно не усну. Мне все время кажется, что ключ в замке поворачивается. Лежу и прислушиваюсь. Взломают дверь и перестреляют нас всех. Нужно вместе держаться, а то разбрелись по комнатам. Меня грохнут, вы и не услышите. Я вам не помешала?

– Глупости. Конечно, оставайся с нами. Мы как раз тут думаем, как нам отсюда выбраться, – улыбнулась я.

– Жанка, возьмите меня с собой! Я здесь одна оставаться боюсь.

– Конечно. Как же мы можем тебя здесь оставить? Ты будешь с нами, пока тебе не перестанет угрожать опасность.

Пашка встал с кровати и подошел к окну. Я села рядом с Маринкой и слегка ее приобняла.

– Ты только не переживай, подружка моя дорогая. Все будет нормально, – прошептала я ей на ушко.

– Ну что, я, наверное, попробую подняться на чердак. Посмотрю, там дверь открыта или нет.

Я накинула халатик и посмотрела в окно. Во дворе стоял серебристый «Опель».

– А где джип?