Арестантка: Тюрьма Рая - Нина Вайшен

слишком откровенен. Что это звучит как-то совсем некрасиво. Или по-детски. Как-то не к месту. Отпустив руку Кали, я перевернулся на спину и взглянул в металлический потолок с вкраплениями зеркальных пластин. В одной из них отражался я.

Красивый. Харизматичный. С таким озорным прищуром. Вдруг рядом с моим отражением появилось ещё одно. Красивая и леденяще неприступная, как завораживающий и непригодный для жизни мир. От её взгляда по телу шли мурашки.

Кали легла мне на плечо. Я ощутил приятную тяжесть, тепло дыхания на шее.

— Спасибо, — прошептала она, приподнявшись, чтобы посмотреть в глаза.

Кали всё ещё выглядела холодной и равнодушной, но её голос казался искренним. Мне так захотелось снова её поцеловать, губы жгло от желания сладости её губ. В паху напряжение изнуряло. А ещё так зазывающе была расстегнута моя рубашка. Ложбинка между грудей манила обещанием удовольствия.

Пока я медлил, Кали наклонилась ко мне сама. Её нижняя губа почти коснулась моей, и я отвернулся, подставив для поцелуя щëку.

Кали отстранилась и удивлённо посмотрела на меня.

— Ты же хочешь меня отблагодарить? — с улыбкой спросил я. — Не стоит.

— Даже так? — усмехнулась Кали, а я провёл пальцем по её подбородку.

— Мне не нужно благодарности, — еле смог произнести я.

На самом деле я ужасно хотел этой благодарности, изнывал от жажды тела Кали. Только отчего-то тошно стало. Где же в этом чувства? Получать секс в благодарность я мог бы и у отца в борделе. Мне так не нравилось.

— Да причём здесь благодарность? — Кали откатилась от меня. — Мне просто стало любопытно… ну как хочешь.

— Трой тоже будет на приёме, думаю, что он найдёт, что с тобой делать, — я улыбнулся.

— Ничего себе, ты передумал? — Кали села, достала из-под одеяла трусики и быстро надела их.

— Просто понял, что мне игрушки и наложницы не нужны, — я подобрался к ней и застегнул несколько пуговиц своей рубашки, чтобы спрятать соблазн.

— А что тебе нужно?

— Построить на Веге город, где будут кофейни и пекарни, в которых будут печь круассаны, — ответил я, и это было правдой. — А ещё рядом нужна любимая женщина.

— Хорошие желания, — Кали мотнула головой, будто сбрасывая какое-то наваждение. — Как и ты. Ты оказался намного лучше, чем я думала.

Кажется, я даже покраснел. Мне думалось, почему я остановился? Было бы наверняка хорошо. Ну зачем? Чего испугался? Что мы переспим и всё этим лишь и ограничится? Или что переспав с ней, я влюблюсь так, что с ума сойду, а Кали так и останется равнодушной. Возможно и два оба этих страха. Потому что вся её ласка казалась снисходительной. Я не ощущал, что Кали ко мне влечёт.

— Раз я больше не наложница, дай мне штаны, что ли? — прерывая повисшую тишину, сказала Кали.

— Ты идешь сегодня на приём в высшем свете, — я улыбнулся, подходя к шкафу. — Никаких штанов. Только платья.

Лицо Кали моментом стало злее.

13. 2

Трой

Кажется, Принс немного смирилась со своей ролью. Согласилась надеть платье. Смотрела на меня так влюблённо, что я даже чувствовал неловкость. Правда, до того, как переоделась.

Гомер подобрал Принс красивое закрытое темно-синее платье, оснащенное меняющимся узором, программируемыми волнами драпировки. Пышная юбка иногда колыхалась так, словно дул лёгкий ветерок. Высокий воротник-стойку украшали прозрачные кристаллы, которые на свету бросали на лицо мистические блики.

— Очень красиво, — сказал я, и это ни капли не было враньём.

Правда, хмурое лицо и спутанные волосы немного портили картину. Принс посмотрела на себя в зеркало.

— А мне кажется, что не очень, и неудобно. Боюсь, что пока буду идти, запутаюсь в юбке. Мне в бронескафе комфортнее, чем в этом.

— Коза в платье, — улыбнулся Матео, окидывая её удивлённым взглядом. — Не думал, что когда-то такое увижу!

— Чувствую себя пугалом, — пробормотала Принс.

— А надо принцессой, — ответил Матео.

— Не умничай! — рявкнула Принс, а потом осеклась, посмотрев мне в глаза. — Пытаюсь привыкнуть, поворчу чуть-чуть. Можно?

— Без проблем, — ответил я, Конь подполз ко мне и положил одноглазую морду на моё колено.

«Уровень стресса повышен», — пришло сообщение от него.

«Знаю, — отослал ответ я. — Я волнуюсь».

— Всё будет хорошо, — сказал я, взял с тумбочки расчёску и осторожно коснулся волос Принс. — Можно?

— Я уже расчесалась, просто пока платье надевала, всё растрепалось, — процедила сквозь зубы Принс.

Вместо ответа я невесомо поцеловал её ухо, зарываясь носом в тёмные локоны.

— Давай я помогу?

Принс молчала, но я ощутил, как её плечи немного расслабились.

— Точно, помню, что когда тебя в первый раз увидела, твоя прическа впечатляла… — посмеиваясь, сказала она.

Я включил на расчёске режим «уход» и провел ею по волосам Принс, аккуратно придерживая их у корней.

— Это даже приятно, — сказала она.

— Ага, особенно, когда расчёска хорошая, — я сделал ей пробор на бок, но непослушные волосы не ложились, как надо.

Тогда я активировал режим «укладка». И пряди удалось приручить специальным гелем.

— Ну вот, получилось неплохо, жаль стрижка неровная, — неудовлетворенно произнес я.

— Всё-таки не выйдет из меня императрицы, — грустно выдохнула Принс, поворачиваясь ко мне. — Ну зачем ты это всё придумал?

— Отставить, Принс, — отчеканил Матео. — Покажи им всем. Я вот уверен, что ты их всех там свалишь наповал.

— Да я ж не против свалить их всех наповал, — сказала она, улыбнувшись. — Только я предпочитаю валить бластером.

Матео засмеялся, а я почему-то никак не мог унять нервозность. Нет. Я был уверен, что Принс справится. Справится. Даже сейчас я это чувствовал. А справлюсь ли я? Справлюсь.

Конь тёрся у моих ног, почти стреножил.

«Уровень стресса всё ещё выше нормы», — пришло оповещение. — «Рекомендовано погладить меня и обнять Принс».

Я засмеялся, скользнул рукой по металлическим пластинам на спине робота. Мой старый друг. Друг, которого оставила мне мама. Чтобы она там ни задумывала, я беззаветно любил её. И был ужасно благодарен за Коня.

Внезапно я поймал на себе взгляд Принс. Такой нежный, что по спине пробежали мурашки. Я тут же шагнул к ней и обнял. Обнял, крепко-крепко, с детской искренностью, пробужденной мыслями о маме. Почти до дрожи. Накрыл рукой голову Принс, словно защищая от всего мира.

— Всё у нас получится, — сказал я Принс.

— Да, мой император, — мягко и сочно произнесла она даже с толикой благоговения. — Нам уже пора?

— Почти. Ожидаем Сантьяго, — я глянул на хронометр. — Минут через пятнадцать придёт.

— Алисия так и сидит в комнате? — обратился я к Матео.

— Да. Она собирается пойти на приём, но не хочет проводить время с Принс в одном помещении, как я понял.

— А у вас ночью всё было