Спецотдел-3 - Андрей Волковский

Макс нашёл звонок и нажал на чёрную кнопку.

Тут же ожил динамик над звонком и женским голосом слегка испуганно спросил:

— Кто вы? Что вам нужно?

Кошкин вытащил удостоверение, следом достали «корочки» все остальные.

— Максим Кошкин, специальный сотрудник. Ежова, Ким, Петров. Нам нужно поговорить с гражданином Зыковым. Он здесь проживает?

— Кто? — ещё больше испугалась невидимая женщина.

— Иван Леонидович Зыков.

— А, Ваня! Да, здесь проживает. Но сейчас его нету… никого нету: ни хозяина, ни его ребят.

— А где они?

— Не знаю. Мне ничего не сказали. Только что приедут утром.

— А вы…

— Я домработница, Вяткина Мария Ивановна.

— Вы могли бы открыть дверь?

— Ой, нет, простите! Мне нельзя никого пускать, когда хозяина нет дома. Простите, пожалуйста!

«Спецы» переглянулись: никаких законных оснований ломиться в дом Радковского у них нет, так что впускать их гражданка Вяткина действительно не обязана.

Максим попрощался с женщиной, и вся компания отошла от домофона.

Проверка знаками показала, что за высоким кирпичным забором нет никого опасного. Или что там, за забором, мощная защита.

— Всё же вряд ли Радковский организует бои у себя дома, — сказал Макс. — Скорее всего, он и правда уехал. Эд, подсади меня, будь добр.

Кошкин заглянул во двор и сказал, что дом Радковского тёмен: светится только одно окно на первом этаже. Машин не видно, охраны тоже. Конечно, автомобили можно спрятать в гараж, а охране — велеть затаиться, но зачем? На своей территории Радковский волен принимать любых гостей. А раз причин прятаться у него нет, то, скорее всего, хозяин Зыкова действительно уехал.

— Где он может быть? — Макс с досадой в очередной раз оглядел высокий забор. — Вариантов слишком много: мы до утра можем проездить по складам, промзонам и заброшкам.

— А сам Радковский может уехать из города после мероприятия, — мрачно добавила Вика. — Если он не идиот, то понимает, что лично мы и спецотдел вообще от него теперь не отстанем. Так что максимально разумно — провести то, что запланировал, и уехать обратно в Москву. Или вообще за границу.

— И мы его не достанем, — подытожил Аз.

Высоко в небе виднелась почти круглая луна: сейчас Радковский, по ощущениям Эда, был примерно так же недосягаем.

— Так, давайте мыслить конструктивно: если бы у нас была техническая база, мы могли бы отследить телефоны Радковского и Зыкова, — высказался Макс. — У нас её нет. Но у кого может быть?

— У полиции, — отозвалась Вика.

— Давайте Иваныча напряжём! — оживился Аз. — Он ведь всё равно с ними в связке работает.

Своего технического подразделения у спецотдела не было: достаточно одного «гремлина», пробравшегося внутрь здания, или проползающего мимо техночервя, чтобы вывести из строя все компьютеры, ноутбуки и прочие носители информации. А для поисков существ стандартный техотдел бесполезен: сверхъестественные монстры, паразиты и симбионты по большей части не попадают на камеры, никогда не пользуются средствами связи и не выходят в сеть.

Однако дозвониться до Иваныча не удалось никому.

— У кого-нибудь есть знакомые в техотделах? Любых? — спросила Вика после третьей попытки. — Если нет, придётся разузнать по поводу знакомых знакомых.

Зазвонил телефон — и все четверо вздрогнули.

Эд первым делом подумал: вдруг из больницы? С какими новостями?

Но оказалось, что звонит телефон Максима.

— Слушаю. Аллочка, да, я вас узнал.

Макс подключил громкую связь.

— Вы на громкой, Аллочка.

— Говорю, Иваныча тут со всех сторон зажали! И областные, и федералы из смежной организации. Они с ним даже в туалет, по-моему, ходят, — в торопливом шёпоте секретаря Антона Иваныча отчётливо слышались осуждение чужаков и беспокойство за начальника.

— Аллочка, душа моя, — встрял Азамат, — а не могли бы вы пробраться к незваным гостям и проверить, нет ли у них новостей?

— Так я потому и звоню! Они узнали, где Радковский! И уехали, вместе с Иванычем. И наш спецназ вызвали. А вам говорить не хотели, но вы же хотите знать! Если этот Радковский такое с Егором сделал…

Аллочка, кажется, всхлипнула, но взяла себя в руки и быстро добавила:

— Промзона на Луговке. В самом центре, там вроде бы здоровенный пустой склад. Я же тебе должна, Максим. Ты мне помог — весной, помнишь? Вот, возвращаю должок. Да и вообще, вы все имеете право знать! Езжайте туда. Если б этот гад Иваныча убить пытался, я бы поехала! Только будьте осторожны, пожалуйста!

Новую машину, серую «ладу гранту», хозяина которой вызвал Макс, ждать пришлось совсем недолго: минут десять. Вскоре она повезла Б-пять в сторону Луговки, разрезая тёмный январский вечер светом фар.

…Когда они приедут, что они будут делать?

Оснований для ареста Радковского у них по-прежнему нет. Возможно, федеральная служба, встревоженная взрывом, что-то нашла. А если нет? Федералы разгонят «собрание», организованное на пустующем складе — и что? Даже если там проводят бои, Радковский наверняка позаботился о подставных организаторах, готовых за хорошее вознаграждение на всё, в том числе и в тюрьму сесть.

Эд не представлял, что собираются делать Макс, Вика и Аз. Но точно знал, что намерен делать он сам: не дать Радковскому уйти от наказания. Тот, кто велел взорвать машину Егора, не должен сбежать и радоваться жизни где-нибудь в далёких тёплых странах. Этого не будет. Никогда.

Бой без правил. Часть 5

Промзона Луговки светилась огнями спецсигналов. Несколько подразделений «силовиков» оцепили территорию вокруг зданий, прилегающих к центральному складу. Тут и там темнели фигуры вооружённых мужчин в бронежилетах.

К штабу, где толпились незнакомцы в деловых костюмах, Б-пять не пошли. Раз все здесь, значит, место Аллочка запомнила и передала правильно. Эд полагал, что соваться к начальству — своему или чужому — смысла нет: группу, формально ушедшую в отпуск, отправят домой. Надо бы самим тихонько пробраться за периметр и поискать Радковского и его шофёра.

Но как обойти оцепление, Эд придумать не успел. Кто-то окликнул Азамата, и, едва тот отошёл, к оставшимся членам Б-пять подошёл незнакомый мужчина в чёрном пальто. У незнакомца были самоуверенный вид, властный взгляд и дорогие ботинки — явно начальник.

— Городские! — с лёгким раздражением воскликнул он. — Ну до чего же настойчивые, а! Сказано же, мы вас с собой не возьмём. Если совсем неймётся,