Убивать чтобы жить 9 - Жорж Бор

Гефест моментально понял, о чем я говорю, но признавать мою правоту не хотел. Единственным способом уменьшить тревогу генерала было провести модернизацию его тела. Потому что больше всего Юра боялся, что не сможет ничем помочь и останется простым наблюдателем в грядущем сражении. Но это в мои планы не входило.

— Уверен, — улыбнулся.

— Дерьмово, — подвел итог Гефест. — Куда идти?

— За мной, — направившись к выходу из ангарной полости, произнес я. — Кристалл пока можно оставить тут. Им займемся позже.

Во время модернизации Левиафана, я создал три помещения недалеко от его ядра. Это была самая защищенная зона судна и там было проще всего обеспечить все необходимые условия. Во время путешествия внутри чудовища с изнанки, мне удалось продержаться только благодаря мощнейшим защитным полям. Они же помогли изолировать моё сознание от влияния монстра. Превращать Ерму в кусок размазанного по силовому кокону желе в мои планы не входило, поэтому я решил изменить защитный кокон для пребывания в нем нормального живого существа. Это требовало сильно больше энергии, но результат определенно стоил того.

По пути мои спутники молчали. Иногда я ощущал короткие потоки информации, проскальзывавшие между ними и окружающим миром, но не вмешивался. У людей должны были оставаться какие-то свои тайны, иначе они будут жить в постоянной тревоге и страхе. Идеалы изучали структуру Левиафана и обменивались своими впечатлениями.

— Сюда, — открывая дверь в подготовленное для Ермы помещение, произнес я. — Можешь располагаться. Асклепий, ты остаешься с Ермой. Связь со мной или другими членами корпуса только за пределами каюты. Внутри ничего работать не будет.

— Хорошо, Вячеслав Васильевич, — невозмутимо ответил медик и зашёл внутрь. Комплекс из четырех кают был создан специально для людей и был оснащен всем необходимым для комфортного проживания. — А тут весьма неплохо! Что скажешь, Ерма?

— Гораздо лучше, чем я думал, — честно признался пацан. Видимо, он считал, что его оставят в камере или изоляторе, чтобы не мог никому навредить. — А в чем принципиальная разница этого места от всех остальных?

— Защита, — спокойно ответил я. — Она активируется, когда мы перейдем в искаженное пространство. Выход будет доступен только Асклепию. До моего прямого приказа, покидать это место тебе нельзя.

— Хорошо, — прямо посмотрев на меня, кивнул мальчишка. — Но мне необходим будет доступ к мозговому центру, чтобы правильно определить местоположение Омниссии. Иначе мы не сможем её найти.

— Это будет позже, — ответил я. — Сначала нам нужно будет пережить первый этап нашего путешествия. Он тоже будет… непростым.

— Я думал, что речь шла о переговорах с Сеятелями, Вячеслав Васильевич, — озадаченно посмотрел на меня Асклепий. — Безопасность нашего главного проводника при этом имеет первостепенное значение. Что-то изменилось?

— Нет, Дима, — покачал головой я. — Просто для переговоров с Сеятелями нам нужны какие-то аргументы, кроме того, что нам очень не нравится их подход к постоянному уничтожению множества разумных цивилизаций. Именно эти аргументы мы будем искать на первом этапе.

— Не нравится мне всё это, — негромко произнес Гефест.

— Мне тоже, — не стал спорить я. — Гораздо проще было бы собрать полноценный флот и ударить по противнику привычными способами. Вот только это сейчас так не работает. Нам пора. Располагайтесь.

Я развернулся и направился к мозговому центру судна. По пути отправил приказ командиру пробужденных, чтобы они заняли соседнее с Ермой помещение. Там условия были попроще, но псевдо идеалам было не привыкать. Третья полость предназначалась для обнуленного кристаллоида Сеятелей. Каждое помещение окружало собственное поле и ещё одно блокировало всю зону расположения тех членов экипажа Левиафана, которые имели отношение к Сеятелям.

«Мы закончили, хозяин» — возникло у меня перед глазами сообщение от Ма. — «Оборудование установлено. Орудие приживили к организму судна, но ему потребуется несколько часов на адаптацию»

«Жду вас в мозговом центре» — ответил я и то же самое написал Кайду.

«Весельчаку нужно заняться контролем элементов питания» — ответил Выживший. — «Он присоединится к нам после прыжка»

— А когда ты планируешь… Ну-у-у… — осторожно спросил Юра.

— После прыжка, — невозмутимо ответил я. — Сначала нужно понять, что нас ждет в искаженном пространстве и какими ресурсами я буду располагать. Убедиться в безопасности Ермы и всего судна и только потом займемся твоей модернизацией.

— Ты уверен, что стоит это делать в такой обстановке, Слава? — уточнила Геката. Настя впервые заговорила с того момента, как попала на борт Левиафана. — Ты сейчас во много раз сильнее нас всех вместе взятых. Я и Ма способны противостоять большинству известных нам врагов. Может стоит оставить Юра и Диму в привычном состоянии, чтобы они обеспечивали нашу связь с человечеством?

— Ты говоришь так, будто уже не относишь себя к людям, Настя, — улыбнулся я.

— А разве это не так? — прямо спросила девушка. — Кто из людей способен даже на десятую часть того, что могут Идеалы? Какой Идеал может противостоять мне или Ма? Это совершенно разные уровни существования. Я даже не представляю, на что ты способен, а я даже пределы своих новых возможностей ещё не изучила!

— Человек — это не количество доступной энергии или способность одним ударом развалить надвое гору, — ответил я. — Думаю, тебе стоит поговорить на эту тему с Кайдом. Когда я впервые его встретил, глава Несущих Слово вообще не был похож на человека. Он несколько сотен лет провел на орбитальной станции Аркадии в теле чудовища. И сейчас он всё ещё человечнее всех нас. Даже может определять степень принадлежности к нашему виду более точно, чем мы сами. Если мы хотим, чтобы наша раса продолжала жить, то должны оставаться людьми. Не чтобы мы выжили, а чтобы выжили люди.

— Насчет Кайда у меня тоже большие сомнения, — тут же произнесла Геката. — Он и все его ученики — продукт плана Апаты. Я считаю, что мы не можем ему доверять, потому что у нас нет возможности проверить его преданность. Если ловушка скрыта в глубине его священных книг, что вполне возможно, учитывая кто их написал, то Несущие Слово могут ударить в самый неожиданный момент и мы будем к этому не готовы.

— Нет, — коротко ответил я.

— Что «нет»? — не поняла Настя.

— Кайд