Том 1. Стихотворения - Василий Жуковский

В альбом барону П.И. Черкасову*

   Мой опытный старик ТеонСказал: «Прекрасен свет!», стоя́ с душой унылой   Перед безмолвною могилой;Узнав несчастие, все верил жизни он!А ты, мой милый друг, лишь к жизни приступаешьИ свет сей по одним лишь обещаньям знаешь    Надежды молодой!Ах, верь им! С ясною твоею, друг, душойЧто б ни случилось здесь, все будет путь твой ясен!Кто друг прекрасному, тому и свет прекрасен;   Я за тебя порукою тебе!Ты добр — и так дана быть счастливым свобода!   Оставь проказничать судьбе;Тебя не выдаст ей заступница природа!

Долбинские стихотворения (1814–1815)*

Добрый совет в альбом В.А. А<збукину>*

Любовь, Надежда и Терпенье:На жизнь порядочный запас.Вперед без страха; в добрый час!За все порука провиденье.

Блажен, кому Любовь вослед;Она веселье в жизнь вливаетИ счастья радугу являетНа самой грозной туче бед.

Пока заря не воссияла —Бездушен, хладен, тих Мемнон;Заря взошла — и дышит он!И радость в мраморе взыграла!

Таков Любви волшебный свет,Великих чувств животворитель,К делам возвышенным стремитель!Любви нет в сердце — жизни нет!

Надежда с чашею отрадыНам добрый спутник — верь, но знай,Что не земля, а небо рай;Верней быть добрым без награды!

Когда ж Надежда улетит —Взгляни на тихое Терпенье;Оно утехи обольщеньеПрямою силой заменит.

Лишь бы, сокровище святое,Добро́та сохранилась нам;Достоин будь — а небесамОставь на волю остальное!

Бесподобная записка в трем сестрицам в Москву*

Скажите, милые сестрицы,Доехали ль, здоровы ль вы?И обгорелыя столицыСочли ли дымные главы?По Туле много ли гуляли?Все те же ль там — завод, ряды,И все ли там пересчиталиВы наших прежних лет следы?Покрытая пожарным прахом,Москва, разбросанный скелет,Вам душу охладила ль страхом?А в Туле прах минувших летНе возвратил ли вспоминаньяО том, что было в оны дни,Когда нам юность лишь одниПленительные обещаньяДавала на далекий путь,Призвав неопытность в поруку?..Тогда, подав надежде руку,Не мнили мы, чтоб обманутьМогла сопутница крылата!Но время опыт привело!И многих, многих благ утратаВелит сквозь темное стеклоСмотреть на счастие земное,Чтобы сияние живоеЕго пленительных лучейНам вовсе глаз не заслепило!..Друзья, что верно в жизни сей?Что просто, но что сердцу мило,Собрав поближе в малый круг(Чтоб взор наш мог окинуть вдруг),Мечты уступим лишь начавшимИдти дорогою земнойИ жребия не испытавшим!Для них надежды сон златой!А нам будь в пользу пробужденье!И мы, не мысля больше вдаль,Терпеньем усладим печаль,Веселью верой в провиденьеНеизменяемость дадим!Сей день покоем озлатим;Красою мыслей и желанийИ прелестью полезных дел,Чтоб на неведомый пределСокровище воспоминаний(Прекрасной жизни зрелый плод)Нам вынесть из жилища прахаИ зреть открытый нам без страхаСтраны обетованной вход.

Что такое закон?*

Закон — на улице натянутый канат,Чтоб останавливать прохожих средь дороги,   Иль их сворачивать назад,    Или им путать ноги.Но что ж? Напрасный труд! Никто назад нейдет!   Никто и подождать не хочет!Кто ростом мал — тот вниз проскочит,   А кто велик — перешагнет!

Эпитафии*

Хромому

  Дамон покинул свет:  На гроб ему два слова:Был хром и ковылял сто лет!  Довольно для хромова.

Пьянице

   Под камнем сим Бибрис лежит;Он на земле в таком раздоре был с водою,   Что нам и из земли кричит:    Не плачьте надо мною!

Завоевателям

Где всемогущие владыки,Опустошители земли?Их повелительные ликиСмирились в гробовой пыли!И мир надменных забывает,И время с их гробов стираетПоследний титул их и след,Слова ничтожные: их нет!

Моту

Здесь Лакомкин лежит — он вечно жил по моде!   Зато и вечно должен был!     А заплатил    Один лишь долг — природе!..

Грамотею

Здесь Буквин-грамотей. Но что ж об нем сказать?Был сердцем добр; имел смиренные желаньяИ чести правила старался наблюдать,   Как правила правописанья!

Толстому эгоисту

Здесь Никодимову похоронили тушу!К себе он милостив, а к ближнему был строг;Зато, когда отдать он вздумал богу душу,   Его души не принял бог!

К кн. Вяземскому и В.Л. Пушкину*

(послание)

Друзья, тот стихотворец — горе,В ком без похвал восторга нет.Хотеть, чтоб нас хвалил весь свет,Не то же ли, что выпить море?Презренью бросим тот венец,Который всем дается светом;Иная слава нам предметом,Иной награды ждет певец.Почто на Фебов дар священныйТак безрассудно клеветать?Могу ль поверить, чтоб страдатьПевец, от Музы вдохновенный,Был должен боле, чем глупец,Земли бесчувственный жилец,С глухой и вялою душою,Чем добровольной слепотоюУбивший все, чем красен свет,Завистник гения и славы?Нет! жалобы твои неправы,Друг Пушкин; сча́стлив, кто поэт;Его блаженство прямо с неба;Он им не делится с толпой:Его судьи лишь чада Феба;Ему ли с пламенной душойПлоды святого вдохновеньяК ногам холодных повергатьИ на коленах ожидатьОт недостойных одобренья?Один, среди песков, Мемнон,Седя с возвышенной главою,Молчит — лишь гордою стопоюКасается ко праху он;Но лишь денницы появленьеВдали восток воспламенит —В восторге мрамор песнь гласит.Таков поэт, друзья; презреньеВ пыли таящимся душам!Оставим их попрать стопам,А взоры устремим к востоку.Смотрите: не подвластный рокуИ находя в себе самомПокой, и честь, и наслажденья,Муж праведный прямым путемИдет — и терпит ли гоненья,Избавлен ли от них судьбой —Он сходен там и тут с собой;Он благ без примеси не просит —Нет! в лучший мир он переноситНадежды лучшие свои.Так и поэт, друзья мои;Поэзия есть добродетель;Наш гений лучший нам свидетель,Здесь славы чистой не найдем —На что ж искать? ПеренесемСвои надежды в мир потомства…Увы! «Димитрия» творец*Не отличил простых сердецОт хитрых, полных вероломства.Зачем он свой сплетать венецДавал завистникам с друзьями?Пусть Дружба нежными перстамиИз лавров сей венец свила —В них Зависть терния вплела;И торжествует: растерзалиИх иглы славное чело —Простым сердцам смертельно зло:Певец угаснул от печали.Ах! если б мог достигнуть гласУчастия и удивленьяК душе, не снесшей оскорбленья,И усладить ее на час!Чувствительность его сразила*;Чувствительность, которой силаМоины* душу создала,Певцу погибелью была.Потомство грозное, отмщенья!..И нам, друзья, из отдаленьяРассудок опытный велитСмотреть на сцену, где гремитХвала — гул шумный и невнятный;Подале от толпы судей!Пока мы не смешались с ней,Свобода друг нам благодатный;Мы независимо, в тишиУютного уединенья,Богаты ясностью души,Поем для муз, для наслажденья,Для сердца верного друзей;Для нас все обольщенья славы!Рука завистников-судейДушеубийственной отравыВ ее сосуд не подольет,И злобы крик к нам не дойдет.Страшись к той славе прикоснуться,Которою прельщает Свет —Обвитый розами скелет;Любуйся издали, поэт,Чтобы вблизи не ужаснуться.Внимай избранным судиям:Их приговор зерцало нам;Их одобренье нам награда,А порицание оградаОт убивающия дарНадменной мысли совершенства.Хвала воспламеняет жар;Но нам не в ней искать блаженства —В труде… О благотворный труд,Души печальныя целительИ счастия животворитель!Что пред тобой ничтожный судТолпы, в решениях пристрастной,И ветреной, и разногласной?И тот же Карамзин, друзья,Разимый злобой, несраженныйИ сладким лишь трудом блаженный,Для нас пример и судия.Спросите: для одной ли славыОн вопрошает у веков,Как были, как прошли державы,И чадам подвиги отцовНа прахе древности являет?Нет! он о славе забываетВ минуту славного труда;Он беззаботно ждет судаОт современников правдивых,Не замечая и лицаЗавистников несправедливых.И им не разорвать венца,Который взяло дарованье;Их злоба — им одним страданье.Но пусть и очаруют свет —Собою счастливый поэт,Твори, будь тверд; их зданья ломки;А за тебя дадут ответНеобольстимые потомки.

Послания к кн. Вяземскому и В.Л. Пушкину*