Невероятный мир - Михаил Михайлов

— Дагар, — крикнул я гному, который крутился в трюме возле пушек, — давай наверх! И прихвати пару бочонков с порохом и рубленым свинцом.

Если мое указание и показалось напарнику странным, то виду он не показал. Через минуту его коренастая фигура оказалась рядом. На каждом плече у него лежало по небольшому осмоленному бочонку.

— Зачем тебе порох? — поинтересовался напарник, складывая свою ношу мне под ноги. — Хочешь взорвать «Искру», как начнется абордаж?

— Почти… «Искру» не «Искру», но кого-то точно попытаюсь взорвать, — откликнулся я. — Держи лучше штурвал. Как крикну — сбрасывай скорость, понял?

— Угу, — подтвердил ничего не понимающий гном.

И нечего ему понимать пока что. Если выйдет моя задумка, то гном сам поймет без объяснений. А если не выйдет… что ж, тогда не до слов будет.

Первым делом я вывалил рубленый свинец из бочонка прямо на палубу. Потом в опустевшую тару пересыпал ровно половину пороха из второго бочонка. В обе емкости накидал свинец и забил обратно крышки. Пару раз встряхнул, чтобы порох и свинец перемешались. Правда, не сильно был уверен, что это нужно.

Потом сорвал с себя рубашку, стянул ворот и рукава в один узел, получив нечто похожее на мешок. С этим импровизированным мешком я вскарабкался по вантам к «колбасе». Как раз рядом с веревочной лестницей пиратское ядро проделало пробоину, и сейчас оттуда сыпалась пыльца фей. Золотая кожа уже начала стягиваться, но отверстие еще было достаточно большим, чтобы подставить рубашку-мешок и набрать пыльцы доверху.

Рубашка — не золотая кожа, долго пыльцу фей не удержит. Но мне долго и не нужно. С надувшейся тарой я спрыгнул на палубу, благо что сейчас пыльца помогала мне и я не столько рухнул вниз, сколько плавно спустился. Даже пятки не ушиб о палубные доски. Пробить кинжалом бок бочонков, сунуть туда куски просмоленной веревки и поджечь — на несколько секунд работы. Уже после этого развязал рубашку и густо осыпал свои пародии на бомбы золотой пыльцой. Миг спустя оба бочонка были окружены золотистым сиянием. Всего на минуту — скоро пыльца развеется, но и этого должно хватить.

Дальше я двигался еще быстрее, хотя казалось, что больше некуда. Вот только горящие фитили в пороховых минах кого угодно заставят носиться как наскипидаренного.

— Дагар, — закричал я, — тормози и поднимай корабль!

От пиратов мои действия были скрыты высоким бортом, и, когда я поднял над головой один из бочонков и кинул его во вражеский корабль, никто ничего не понял. По крайней мере, среагировали вяло. Первая бомба влетела кому-то из гоблов в голову, свалила его на палубу и упала в толпу. От второго снаряда пираты увернулись. Просто расступились в стороны и позволили бочонку прокатиться по всей палубе и юркнуть в трюм, люк которого был раскрыт.

В ответ на мои броски кто-то из гоблов пальнул из мушкета. Но благополучно промазал, хотя расстояние из-за моего маневра сократилось метров до двадцати. Паршивые стрелки из этих парней, гораздо хуже, чем был Славар до моего вселения в его тело.

— Гони, Дагар! — вновь прокричал я, прячась за бортом от гоблинских пуль.

— Капитан, — почти с тоскою провыл гном, — определись с командами: то стой, то гони, а то…

Дальнейшие слова гнома заглушил громкий взрыв на пиратском корабле. Из пушечных портов повалили клубы белого дыма, полетели щепки и обломки досок. Донесся вой раненых пиратов, который заглушил шум ветра и крики бойцов абордажной команды. Последние замолчали и уставились на люк, ведущий в трюм, их которого валил дым. А через несколько мгновений рвануло на палубе, в самом центре группы пиратов. На этот раз грохот взрыва был еще сильнее. То ли пороха я положил больше, то ли предыдущий взрыв был заглушен трюмными стенами.

По палубе словно косой прошлись. Тщедушные тела гоблов свинец пробивал насквозь и поражал их товарищей, стоящих за ними. С дюжину врагов, которые опрометчиво встали на края бортов и держались за канаты и ванты, снесло за борт. Да, мои бомбы натворили дел. Даже по «Искре» приложило осколками.

М-да, стоит призадуматься насчет гранат — против плотной толпы врагов будет самое то…

А ведь никто из пиратов не мог даже и подумать, что их будут бомбардировать таким экзотическим способом. Им и в голову не пришло, что большие бочки, которые и пустыми сложно перетаскивать, обычный человек на два десятка метров забросит (гном был не в счет, с его силой пушки корабельные на плечах по паре носить можно). Да еще что эти бочки с порохом и свинцом. Да еще что этому человеку взбредет на ум перед броском сунуть в бочки по горящему фитилю. Совсем коротенькому, на полминуты горения.

Очень быстро на вражеском дирижабле начался пожар, но тушить его было некому. Большая часть команды погибла от взрывов. Одна из лестниц, ведущая из трюма на палубу, разрушилась. Второй выход оказался в кольце огня.

Мы успели отлететь на километр от погибающего корабля, когда у того разлетелась корма. И непонятно было, от чего: то ли элементаль освободился, то ли огонь добрался до запасов пороха. Половина дирижабля исчезла, превратившись в кучу щепок, поломанных брусьев и досок. Лопнули канаты и ванты, притягивающие «колбасу» к деревянному основанию. От этого нос судна, все еще скрепленный с шаром из золотой кожи, задрался свечкой вверх. Из разорванного нутра посыпался разный хлам — пушки, ящики и бочки, промелькнуло несколько крохотных фигурок.

Даже издалека было видно, что от взрывов и огня «колбаса» серьезно пострадала. Она вся была окутана золотой пыльцой, вылетающей из множества пробоин. Учитывая, что пираты не сильно следят за состоянием корабля, восстановить прежний запас пыльцы фей дирижабль не сможет. Вон уже стал плавно спускаться к воде, потеряв элементаля и большую часть золотой пыльцы. При виде такой картины я уже подумал, что изуродованный дирижабль затонет и это приведет к полной потере следов пиратского судна. Ан нет, в самый неподходящий момент подул резкий ветерок, который погнал обломки в сторону небольшого островка. Если ветер не стихнет или не переменится, то дирижабль рухнет на сушу. Часть пиратов уцелеет, если там есть живые, которые не вывалились в океан. Впрочем, судьба бедолаг будет незавидной. Припасов явно не осталось — сам видел выпадающие бочки и ящики. А на острове, кроме скал, нет ничего. Там даже источников пресной воды не имеется.

— Эх, вот бы там посмотреть да отыскать что-нибудь полезное, — мечтательно произнес Дагар, подкравшись незаметно и чуть не заставив меня подпрыгнуть от испуга.

— На корабле? Брось, там все выпало в океан, — хмыкнул я, — и содержимое трюма теперь плавает на поверхности. Но подобрать не сможем — водяные могут поблизости ошиваться.