Чужая память - Геннадий Васильевич Иевлев

перемещались, но большая часть находилась в стационарном состоянии. Выбрав наиболее ощущаемое биополе, он попытался проанализировать его, но анализ не удавался — с подобными биополями он прежде никогда не встречался. Он попытался проникнуть в него глубже — поле тут же встрепенулось и заметалось по сторонам. Понимая, что это он стал причиной его беспокойства, Аттонар оставил его в покое и решил заняться другим биополем. Вдруг ему показалось, что одно из биополей знакомо. Он попытался проанализировать его — несомненно, это было биополе лазуранина, но был ли это Амп Грат или на борту степпера были другие лазуране, он мог лишь гадать. Лазуранин находился в окружении нескольких других биополей, которые для Аттонара были непонятны. Все они находились в спокойном состоянии. Оставив эти биополя в покое, Аттонар продолжил свои исследования по изучению корабля археев.

Задремал он лишь под утро по времени зоторов.

13

Проснулся Аттонар от толчка в плечо. На него смотрели большие глаза Олиги.

— Соня, ты собираешься вставать? — произнесла она с широкой улыбкой. — Я уже больше часа жду, когда ты проснёшься.

— Уже утро? — Аттонар повернул голову в сторону хронометра. — Ох ты ж… — он вскочил. — Могла бы и разбудить.

— Я и разбудила, — Олига потянулась.

Аттонар, мысленно проклиная себя за столь долгий сон, направился в санационную. Приведя себя в порядок, он заглянул в спальную комнату, намереваясь отправить в санационную Олигу, но спальная платформа была приведена в порядок, а её там уже не было. Не оказалось её и вообще в его каюте капитана.

Хмыкнув, Аттонар заглянул в холодильник и опорожнив найденную там баночку с тоником, направился в зал управления.

Включив внешнее освещение и ближние обзорные камеры и не найдя вокруг «Глорр» никаких перемен, он опять перевёл пространственный сканер в режим дальнего обзора — голоэкран вивв покрылся густой россыпью ярких незнакомых звёзд. Все же Карраку удалось настроить фильтрацию и голоэкран вивв не был излишне перегружен ненужными сполохами.

— Куда мы направляемся? — раздался за спиной Аттонара голос Олиги.

— А куда ты хочешь направиться? — поинтересовался Аттонар, оборачиваясь.

— Домой.

— Туда-то, как раз, мы и не попадём?

— Куда же тогда? — Олига развела руками.

— Пойдём в гости, — Аттонар поднялся. — Думаю, нас уже ждут.

— Они не слишком-то гостеприимны. Предлагаю позавтракать.

— Я уже выпил тоник.

— Я настаиваю, — в голосе Олиги появилась твёрдость. — Я всё приготовила. В каюте тебя не оказалось и я решила, что ты здесь.

Аттонар приподнял брови — он вдруг осознал, что Олига перешла с ним на ты.

Это могло обозначать лишь то, что их отношения стали очень тесными и однозначно, будут иметь продолжение.

— Хорошо! — он направился к выходу из зала управления.

Оказавшись в камбузе, он удивлённо поднял брови — стол был заставлен массой пустых и полных тарелок и баночками с тоником. Он остановился и посмотрел на Олигу.

— Ты кого-то ждёшь?

— Тебя! — девушка нежно улыбнулась.

— Для меня одного это слишком, — он покрутил головой. — А ты не боишься, что при таком обилии нам скоро будет нечего…

Аттонар умолк. У него перед глазами вдруг возник другой, стол, который был заставлен едой и тоником и однозначно, этот стол и еда были не в цивилизации зоторов. Где он это видел, Аттонар не имел представления.

— Мы умрём с голода и никогда не доберёмся до дома, — завершил он высказывание своей озабоченности.

— Нас осталось трое, а еды ещё много. А ещё у меня сегодня день рождения. У тебя когда день рождения?

— День рождения? — Аттонар сдвинул брови. — Это когда… Нет! — он мотнул головой. — Не знаю. У меня его нет.

— Разве такое возможно? — Олига развела руками. — Все когда-то родились.

— Возможно! — Аттонар дёрнул плечами. — Нет! — он вновь мотнул головой. — Не знаю!

— Жаль! — Олига упёрлась рукой Аттонару в спину. — Проходи, на своё капитанское место. Насколько я помню, ты никогда не ел с нами и твоё кресло всегда оставалось пустым. Ты был загадкой для нас всех.

— Я сам себе загадка, — усмехнувшись, Аттонар прошёл к креслу капитана и сел.

Олига направилась к жарочному шкафу и достав из него несколько дымящихся упаковок раскрыла, выложила в тарелки содержимое и начала расставлять перед Аттонаром. Покончив с сервировкой, она достала из одного из шкафов бутылку с вином, ловко откупорила и налив в два куба, поставила бутылку, села напротив Аттонара и взяла один из кубов.

— За меня! — она широко улыбнулась. — Что бы жила долго и счастливо.

Аттонар поднял свой куб.

— Я не против.

Олига вдруг легонько стукнула своим кубом о куб Аттонара. Рука Аттонара, от неожиданности, дрогнула и куб скользнул у него в руке и лишь его реакция удержала его за самый верх. Глаза Олиги сделались очень большими.

— Фу-у! — Аттонар покрутил головой. — Зачем ты хотела выбить куб у меня из руки?

— Напугал! — Олига шумно вздохнула. — У зоторов есть такой обычай. Называется — чокнуться. Я не подумала, что тебе он может быть неизвестен.

— Впервые узнаю о нём. В чём его суть?

— Не знаю! — Олига дёрнула плечами. — Никогда не интересовалась истоками его происхождения. Есть и мне этого достаточно. Пей, уже, — она выпила вино и поставила куб на стол.

Аттонар тоже опорожнил куб и поставив его, принялся за еду. Когда он остановился, большая часть тарелок на столе была пустой.

— Кажется, я наелся, — он перевёл взгляд на Олигу и дёрнул плечами.

— Я рада! — девушка поднялась и принялась за уборку стола.

Дождавшись, когда она приведёт камбуз в порядок, Аттонар поднялся и направился к выходу.

— Не отставай! Иначе нас сочтут за невоспитанных дикарей, — с усмешкой в голосе произнёс он.

Поправляя на ходу свои роскошные волосы, Олига шла рядом.

* * *

Когда Аттонар вошёл в тот же самый зал степпера, то у него тут же сложилось впечатление, что археи никуда отсюда не уходили, а лежа в своих креслах, дожидались их. Амп Грат тоже был здесь, только сидел теперь рядом с Миттлайтером. Кивнув головой в приветствии, Аттонар занял своё вчерашнее кресло. Вместо кивка головой, Олига произнесла, «здравствуйте» и то же уселась в своё вчерашнее кресло.

— Мы рады вновь видеть вас, — прозвучали слова в голове Аттонара, но теперь они звучали, практически, без искажений, видимо, ночь для археев прошла не только во сне. — Будет правильным, если в диалоге будет участвовать и женщина Олига.