Опыт счастливых - Дмитрий Семеник

Это — я хожу по жизни и жду, кто же меня поймет, кто меня оценит, кто меня возьмет на себя. И такой человек никогда счастлив не будет, кого он ни встреть. С какой бы он женщиной (если наш герой — мужчина) ни встретился бы, которая его поймет, полюбит, будет принимать, он не будет чувствовать себя хорошо. Так устроена психика, так устроена физиология. Он будет чувствовать себя хорошо только в том случае, если он поймет, что остальные все вокруг него ходят с тем же ожиданием. И почему бы ему не ответить на их ожидания? И вот тогда он будет себя чувствовать очень хорошо. На этом фоне всё равно будут неизбежные жизненные неурядицы и с деньгами, и с детьми, и с родителями — жизнь есть жизнь. Но основа будет прочной.

— Давайте теперь еще в более практическую плоскость перейдем. Вот тот человек, которого окликнули, он оборачивается с напряжением. Очень многие люди так себя чувствуют, как же быть? Как измениться?

— В психологии есть такое наблюдение: структура психики определяется структурой деятельности. А не наоборот. Если ты чувствуешь напряжение, угнетенность, раздражение, то чтобы изменить это ощущение, надо сначала изменить поведение. Не аутотренинг, не медитация, а именно моторное что-то надо менять в отношениях с людьми. Как это ни банально прозвучит, надо стараться практиковать, упражнять свою доброжелательность по отношению к любому, кто шевельнулся в поле зрения. Не считаясь с накопленными баллами в отношениях. Не фокус — очень щедро поздравить того, кто тебя хорошо поздравил с днем рождения. От этого ты себя лучше чувствовать не будешь. Нет, ты поздравь того, кто тебя вызывающе проигнорировал.

Кроме того, надо вот какую вещь понимать. Какие-то профессии изначально социально позитивны — это, в основном, так называемые, обслуживающие профессии — врач, учитель, — они направлены на поддержание какого-то человека. А в огромном большинстве профессий такая социальная позитивность прямо не может быть выражена. Например, физик или банкир. Для таких людей спасительной является благотворительность. Но надо понимать, что эта благотворительность должна быть обязательно очень предметной, адресной и, главное, затратной для них. Если состоятельный человек перечисляет ежемесячно куда-то небольшую для него сумму, например, в гуманитарный фонд, он не будет себя от этого лучше чувствовать. Это, конечно, хорошее дело. Но если он, хочет, как вы сказали, перестать вздрагивать, когда его сзади окликают, ему надо, во-первых, отрывать от себя деньги, заметные для его бюджета, что, конечно, очень трудно, не будем ханжами. А, во-вторых, эти пожертвования должны быть очень адресными.

— Бывает так, что человек вроде бы занимается благотворительностью, а при этом со своими подчиненными, сотрудниками весьма и весьма недобро себя ведет. А порой и с некоторыми членами семьи.

— Да, это бывает сплошь и рядом. История знает очень многих людей, которые претендовали на то, чтобы спасти человечество и досадовали только на тех трех-четырех домашних, которые мешают им это делать. Конечно, добрые дела начинаются со своего непосредственного окружения.

— Большинство наших читателей — люди молодые и не имеющие капиталов для серьезной благотворительности. Чем они могут заняться?

— Они могут приехать сами в детский дом и с этими детьми или поиграть, или, что еще лучше, позаниматься с ними раз в неделю математикой, английским, рисованием. Кроме детей-сирот, существует и множество других категорий людей, которые нуждаются в практической помощи или душевном тепле.

— Действительно, душевное тепло более дефицитно, чем деньги, и в нем нуждаются почти все. Есть такая русская пословица: «Добрым словом и бездольный богат». То есть любой может заниматься добрыми делами, деньги для этого не нужны.

— Очень хорошая поговорка! Любой бомж может любой «звезде» сделать очень приятно. Просто если эта «звезда» мимо проходит, а бомж говорит: «Какой вы замечательный человек» — это точно будет приятно любому.

Конечно, эту доброжелательность правильнее всего практиковать здесь и сейчас по отношению к любому, кто находится напротив тебя. Не ждать для этого ни отпуска, ни понедельника, ни выходных.

— У некоторых людей, которым предлагают стать добрее, возникает вопрос, а где я возьму это самое добро? Вот, вроде, светить надо, а где я это возьму?

— Закономерный вопрос. Этих людей нельзя ни в коем случае просто призывать — возьмите себя в руки, сделайте над собой усилие, — это пустые слова, они никому на свете не помогают. Тут дело более конкретное. Если есть такая странно звучащая задача, как, например, расположиться к какому-то человеку, который просто так расположения не вызывает (потому ли, что он какой-то неприглядный, или не очень доброжелательно по отношению ко мне поступает), начинай что-то механическое для него делать. Что-то такое, что можно сделать, стиснув зубы и отвернувшись в сторону, но для него. Купи ему что-нибудь, покажи ему что-нибудь, сделай за него трудный звонок, договорись для него о чем-нибудь. И мы моментально начинаем теплеть в его сторону. Люди любят тех, кому они сделали что-то хорошее.

ЧТОБЫ СТАТЬ СЧАСТЛИВЫМ, НУЖНО СТАТЬ СВОБОДНЫМ. ПСИХОЛОГ ИРИНА РАХИМОВА

— Вы счастливый человек?

— Да, я считаю себя счастливым человеком. Как-то моей племяннице в школе дали задание написать сочинение «Что такое счастье и видел ли ты в своей жизни счастливого человека». Она написала обо мне. Мне было очень приятно, потому что это человек, который видит мебя со стороны. А тем более, мы жили вместе в то время.

— Что такое счастье? Некоторые люди считают, что счастье — дело сугубо индивидуальное, и каждый человек может сам себе его придумать. Допустим, мне вот нравится творчеством заниматься, для меня это счастье, для другого дети — счастье, для третьего — коллекционирование. Действительно ли счастье такое субъективное понятие или же настоящее счастье подразумевает обязательного наличия чего-то, без чего счастья быть не может?

— Ощущение счастья возникло у меня с тех пор, как я пришла к вере. Не могу сказать, что я не была счастлива до этого, потому что моменты счастья в моей жизни присутствовали — их мне дарили дети, какие-то отдельные жизненные сюжеты. И сейчас эти состояния ассоциируются со сполохами, маленькими вспышками, как бы ты идешь в подземелье и на ощупь ищешь выхода. Вера дает четкие ориентиры, как идти по дороге к счастью. И она помогает понимать себя и других людей.

— То есть счастье в том, чтобы понимать и быть понимаемым?

— Не обязательно быть понимаемым. Нельзя делать своей целью понимание со стороны других. Когда мы ищем и не находим этого понимания, мы начинаем переживать. Этого может не произойти, как бы ты ни старался. Надо быть самим собой и быть искренним с людьми. И если тебя человек не понял, то принимать его таким, как есть, и не ждать от него никакой любви.

На самом деле, любят ли нас, зависит от того, любим ли мы. Если мы любим людей, то и нас будут любить. Поэтому своей целью мы должны делать свое понимание других людей, свою любовь к ним.

— Многим людям трудно даже просто поверить в то, что они могут стать счастливыми.

— Человеку, который находится в таком пессимистичном состоянии, хорошо бы заглянуть в недра своей памяти и вспомнить светлые моменты. Нет человека, который бы не испытывал когда-либо состояний подъема. Вероятно, даже не фиксировал это как «я сейчас счастлив», может, он что-то хорошее сделал, какую-то крупицу добра и это стало маленькой отправной точкой, приносящей ощущение удовлетворения, счастья.

Нет человека, который не хотел бы быть счастливым. Но это внутри, глубоко, может быть, даже не произносится и не проговаривается: «Я хочу быть счастливым». Мы не поднимаем перед собой этот вопрос. Однако, необходимо ставить его перед собой и решать.

Проблема счастья всегда очень тесно пересекается с проблемой смысла жизни. Постижение смысла жизни делает счастливым. Смысл жизни очень тесно связан с «тремя китами» — это профессионально-творческая реализация, семейная и личностная.

— Не могли бы вы рассказать подробно о каждом из этих трех «китов»?

— Первый «кит» — профессионально-творческий. Профессиональная реализация связана с творческими дарами. Талант дан человеку Богом, а мы должны стараться понять, для чего нам дан талант, как наилучшим образом его реализовать.

В профессиональной и творческой сфере нужно искать свое место. Я работала в центре профориентации и часто сталкивалась с тем, что многие люди не могут найти себя, определить свои склонности и способности. Где-то годам к тридцати они должны определиться, где их место. Если этого не происходит, они начинают тяготиться своей работой и жизнью.