Беспощадная - Сара Шепард

Кое-что, что навсегда вытеснит Такера Уилкинсона из кампании.

Пап.

Ханна пошла на кухню.

Её отец теперь стоял у раковины и мыл тарелки.

- Я должна тебе кое-что рассказать.

О Такере Вилкинсоне.

Её отец повернулся, приподняв бровь.

А затем Ханна выплеснула всё, что ей рассказал Лиам: о романе его отца, закончившегося нежелательной беременностью и абортом.

С каждым словом глаза её отца становились всё более выпученными.

Его челюсть отвисала всё ниже и ниже.

Ханна чувствовала, что слова как яд выливаются из её рта, хуже любой сплетни, которую она когда-либо распространяла, но потом фотографии из газеты снова мелькали у неё в голове.

Они заставили её вспомнить ту строчку из какой-то шекспировской пьесы, которую мистер Фитц заставлял их читать на уроках английского в прошлом году: "В самом аду нет фурии страшнее, чем женщина, которую отвергли" (прим. в действительности цитата принадлежит другому английскому драматургу - Уильяму Конгриву).

Лиам безусловно это заслужил.

Глава 35

В ЛЮБОМ СЛУЧАЕ, КОГО ВОЛНУЕТ СОВЕРШЕНСТВО?

- Майк, хлопья нужно есть ложкой, - сказала Элла тем же утром, когда она, Ария и Майк сели завтракать в залитый солнцем уголок.

Комната пахла органическим кофе, свежевыжатым апельсиновым соком и немного полевыми цветами, которые Тадеуш прислал Элле день назад.

Майк неохотно взял старинную серебряную ложку из ящика и плюхнулся обратно на свое место.

Элла повернулась к Арии.

- Так что случилось на вечеринке прошлым вечером? Я повернулась, а тебя уже не было.

Ария сдвинула свои солнцезащитные очки вглубь по переносице.

Она носила их, чтобы скрыть красные, опухшие глаза после целой ночи рыданий по Эзре, Келси, Э и всему остальному.

- У меня были дела, с которыми нужно было разобраться, - пробормотала она.

- Ты не должна была уходить.

Майк громко жевал хлопья Kashi.

- Режиссёр уж очень напился.

Люди говорят, что раз он пришёл работать в случайную частную школу пригорода—он - пьяница.

А Спенсер Хастингс сорвалась на какую-то девчонку.

- Психопатка! - последнее слово он пропел с вытаращенными глазами.

- Она - не психопатка.

Ария теребила вафлю Fresh Fields, события прошлой ночи кружились в её голове.

Спенсер сорвалась, но у неё была уважительная причина.

Так Келси была Новой Э.

С одной стороны, это было хорошо. Они хотя бы знали, от кого приходили сообщения.

С другой, что если люди поверят в то, что Келси знала о Табите? Только этим утром в сети появилось не меньше трёх историй о смерти Табиты: одна о том, как при новой криминалистической экспертизе учёные раз и навсегда доказали, что останки принадлежали Табите, другая о благотворительном мероприятии распродажи домашней выпечки в честь Табиты, а третья о пьющих несовершеннолетних в целом, упоминавшая смерть Табиты как недавний пример.

Табита становилась такой же популярной в своем окружении, как Эли была популярная в Розвуде.

Если её маленький городок Нью-Джерси поймает ветер новости об убийстве Табиты, поверят ли они на самом деле, что эта грязно ругающаяся девушка была наркоманкой? А что, если у Келси было больше фотографий мёртвой Табиты? Она вспомнила последнее Э: "Не думайте, что вы спасётесь от моего гнева, убийцы!".

Ты - самая виновная и всех.

Казалось, Келси знала даже то, что Ария столкнула Табиту.

Телефон Майка зазвонил, он подскочил и покинул комнату.

Элла скомкала салфетку и наклонилась вперёд на локтях.

- Дорогая, есть что-нибудь, о чем ты хочешь поговорить?

Ария хлебала свое кофе.

- Нет, ничего.

Элла прочистила горло.

- Ты уверена? Я не могла не заметить, как ты говорила с тем своим бывшим учителем прошлым вечером.

Ария вздрогнула.

- Здесь не о чем говорить.

Так и было.

Эзра не звонил Арии, после того, как она застала его с Клаудией.

Никаких сообщений с извинениями или пожалуйста-прими-меня-обратно коробок со сладостями у её порога.

Нью-Йорк, конечно, не случится.

И любви, боюсь, тоже не было.

Это было так, будто она все выдумала.

Ария вздохнула и подняла голову.

- Помнишь, перед тем как я уехала в Исландию прошлым летом, все говорили, что будет так здорово вернуться обратно?

- Конечно.

Элла ещё помешала необработанный сахар в своём кофе.

- Но потом, вернувшись, я сказала тебе, что всё было не так?

Ария вертела стоящие на столе солонку и перечницу в форме гномиков.

- Такое чувство, будто ты мечтаешь о чём-то очень долго, но порой реальность не особо оправдывает ожидания.

Элла щёлкнула языком.

- Знаешь, когда-нибудь ты сделаешь кого-то очень счастливым, - сказала она после паузы.

- И когда-нибудь кто-то также сделает счастливой тебя.

Ты узнаешь, когда это будет правильно.

- Как? - тихо спросила Ария.

- Ты просто будешь знать.

Я обещаю Элла погладила руки Арии, возможно, ожидая, что она скажет что-нибудь ещё.

Ария ничего не сказала, и Элла поднялась, чтобы убрать со стола.

Ария осталась в своем кресле, глубоко погруженная в мысли.

Она знала, что было нечто другое в Эзре, как только он вернулся, но она не хотела признавать это.

Это было такое же чувство насчет Рейкьявика, когда автобус от аэропорта ввез их в город.

Она хотела любить его так же сильно, но это было не то место, которое она помнила.

Бара, который продавал суп в огромных хлебных шарах больше не было.

Старый дом Арии перекрасили в кричаще розовый, а полкрыши стала занимать уродливая спутниковая тарелка.

А потом было то, что произошло в этой поездке, то, что более или менее разрушило воспоминания Арии о стране навсегда.

Это был секрет, который знали только её старые лучшие подруги, тайна, которую она унесёт с собой в могилу.

Когда в дверь позвонили, Ария выпрямила спину.

Это мог быть Эзра? Она даже хотела бы, чтобы это был Эзра? Как в случае с Исландией, так и с Эзрой исчезла былая магия.

Она поднялась из-за стола, завязала пояс халата вокруг талии и потянула дверь на себя.

На крыльце стоял Ноэль, заламывающий руки.

- Привет.

- О! Привет, - осторожно сказала Ария.. - Ты ищешь Майка?

- Нет.

Протикало несколько неловких секунд.

На кухне открыли кран, потом закрыли.

Ария переминалась с ноги на ногу.

- Я скучал по тебе, - выпалил Ноэль.

Не мог перестать думать о тебе.

И я - полный осёл.

То, что я сказал в холле в тот день, было полной чушью.

Я не имел этого в виду.

Ария уставилась на трещину в полу, которую она проделала, когда была маленькой, воткнув нож для глины в мягкую древесину, тогда она считала себя скульптором.

- И всё же ты был прав.

Мы - абсолютно разные.

Ты заслуживаешь кого-то более... розвудского.

Кого-то как Клаудия.

Ноэль вздрогнул.

О, Боже.

Не Клаудиа.

Это девчонка ненормальная.

Огонёк вспыхнул в сердце Арии.

- Она заставляла меня пахать как лошадь после той травмы лодыжки, - сказал Ноэль.

И я выяснил, что она полная клептоманка.

Она крала вещи из моей комнаты! Нижнее бельё, компакт-диски, страницы из блокнотов... а потом я понял, что она забрала кожаный пиджак, который носил мой дедушка.

Ария нахмурилась.

- Я видела, как она носила его в школе.

И подумала, что ты дал его Клаудии.

Ноэль в ужасе посмотрел на Арию.

- Ни за что! И когда я столкнулся с ней в тот день, она взбесилась.

Она сказала, что когда она ушла от тебя, она распространяла ложь о тебе - говорила, что ты угрожала ей и это ты столкнула её со склона, как будто она была полна решимости переспать со мной. Почему я должен верить в это?

Правда, я отчасти думаю, что она на самом деле хочет переспать со мной.

Пару ночей назад я проснулся, а она стола в моём дверном проёме, одетая.

Он умолк, по лицу было видно, что ему неловко.

- Я сказал маме, что хочу, чтобы она покинула наш дом.

- Вот это да! - сказала Ария.

Она отчасти злорадствовала, отчасти просто чувствовала себя усталой.

- Так... ты не спал с ней? - она не могла не спросить.

Было как-то непостижимо думать, что Ноэль устоял перед великолепной Клаудией.

Ноэль покачал головой.

- Она мне не нравится, Ария.

Мне нравится кое-кто другой.

Через её тело прошла дрожь.

Она не осмеливалась взглянуть на него, боясь, что по её взгляду можно будет слишком многое понять.

Ноэль прислонился к дверному косяку.

- Я должен был слушать тебя.

Во всём.

Я пойму, если ты не захочешь снова быть вместе, но.

Я скучаю по тебе.

Можем мы быть хотя бы друзьями? В смысле, кто ещё пойдёт со мной на оставшиеся кулинарные занятия?

Ария подняла голову.