Двойня для любимого врага (СИ) - Арья Данте

еще не вспыхнул факелом и не сгорел на месте от ярости. А в голове билась только одна мысль - как она могла?

И понеслось. Жесткий ультиматум ее брату – иначе ответ по Директиве. То же самое отцу – хрен ему на постном масле, а не играть со мной в эти жестокие, совершенно тупые игры. Звонком себя утруждать не стал – отправил сообщения.

Твою мать, мои дети! Мои! И они хотели их от меня спрятать? Позволить, чтобы я никогда не узнал о них, чтобы их воспитывал какой-то там Рикко? Хаос! И если бы они тогда хоть только попробовали вставить мне палки в колеса, то я бы их форменно уничтожил. Всех!

Приказы последовали незамедлительно – подготовить корабль для ее переезда, собрать все ее чертовые манатки, поднять специальное реагирование системы Правления Ра в случае, если мне попытаются помешать взять свое. Я их всех подведу под трибунал, если будет нужно.

Она сказала свое «да» чертовому Рикко? Теперь оно будет на законных основаниях принадлежать мне. Мне одному!

Надо ли вам говорить, что когда я явился порталом на ее гребаную планету и увидел ее в компании женишка, мило поглощающую утреннюю кашу, то чуть совсем не потек мозгом? А я это сделал!

И все может быть прошло не так плохо, если бы эта девушка не начала бы мне планомерно пить кровь, что и так уже под завязку была отравлена ею. Лопотала что-то про то, что я ее поработил после Иху и мы квиты. Да я это сделал! И еще раз сделаю, только чтобы она и мои малыши больше никогда и никуда от меня не делись! Потом понесла, что дети только ее, а я вообще тут просто мимо проходил. Прям, ни дать ни взять, дева непорочная!

А потом был коронный номер - вновь кинулась к моему отцу просить защиты от нехорошего Хиро.

Я тогда просто сидел, смотрел на нее и ничего не понимал. За что я ее полюбил, эту гадину в совершенном обличие ангела? Но это случилось, давно и безвозвратно. Я ненавидел и любил ее так сильно, что уже ничего в этом мире не имело значения, кроме одного.

Она будет моей. И плевать на каких условиях.

Поединок. Я даже особо не старался и ни перед кем не желал красоваться. Я вообще не думал, что придется пролить чью-то кровь. Наивно полагал, что мать моих детей будет умнее и не допустит реального противоборства. Но она так яро жаждала избавиться от меня, что была согласна на жертвы.

Шутки закончились, когда я увидел, как она целует в губы своего Рикко. Хаос!

Это убило во мне все живое тогда. Жаль, что человечность, в конечном итоге, во мне победила и я не прибил этого недоноска на месте.

Зато он не погнушался ударить со спины. Это потом во снах мне показала Антика. Теперь она была навсегда заперта во моем сознании. Обиженный фамильяр, который навечно винил только себя одного, что все повернулось так скверно.

Порой она пыталась показать мне что-то значимое, что-то, что видела только она и Нова, но просыпаясь, мой разум стремительно терял связь с этими иллюзиями. Там было многое, но я не мог этого постичь, как бы не старался.

Я не знаю, зачем она это сделала, как и то, зачем Нова послушала свою кошку и вернула меня назад. Наверное, все же до леди Калани дошло, что по ее милости два мужика чуть не поубивали друг друга.

Но даже после того, как дело было сделано, она еще пыталась сопротивляться. Кричала, что все равно не выйдет за меня. И если довод, где она меня не любит я еще мог хоть как-то переварить, то когда она начала вещать про чувства к своему недоноску Рикко, я почти спятил от ревности. И все, вот тут мое терпение и сдохло окончательно.

Потому-то, наверное, все проблемы и треволнения просто померкли для меня, потому что я, в который раз, тупо боялся ее упустить. Тащил к священным рунам чуть ли не за волосы. Но я так чертовски от всего тогда устал, что мне было плевать на ее чувства, на ее чертовое желание надеть красивое белое платье и устроить пир на весь мир. Мне просто было плевать. Понимаете? Блаженное отупение и всепоглощающее болезненное равнодушие – вот что правило мной тогда.

Единственное, чего я еще ждал от нее – заговорит ли она про состоятельность нашего брака. И она заговорила. Ее слова еще долго звенели в моей голове, заставляя тело наливаться сокрушительной злобой, ревностью и отчаянием.

- Я не вынесу, если ты снова прикоснешься ко мне. Не вынесу!

Я мечтал забить ей эти слова обратно в глотку и поставил себе это за цель. Все, чего я хотел – быть с ней и в ней. Но я решил, что лучше сдохну, чем буду ходить за ней побитой собакой и клянчить толику расположения. Никогда! Никогда, слышите, я не позволю своей женщине вытирать об меня ноги. Как бы я ее не любил, как бы не боготворил, как бы не мечтал о ее взаимности. Но унижение – путь в никуда.

Наверное, именно поэтому я и начал провоцировать ее на каждом шагу, после того как Верховный Калебан объявил нас мужем и женой. Я жаждал получить ее эмоции, плевать какие, но только не холодное и ледяное равнодушие.

В нашу первую брачную ночь я просто сбежал из дома, боялся, что не смогу совладать со своими желаниями и все-таки наступлю себе на горло. И это было бы дно, для меня, для нее, для нас. И да, я просто составил компанию равнодушной бутылке, распивая ее в одиночестве. Под утро увидел множество входящих от лучшего друга. Ответил, и уже спустя полчаса дракон притащился в компании двух размалеванных девиц легкого поведения.

И если мне было плохо, то теперь стало еще гаже.

- Ну и на кой, спрашивается, ты приперся сюда с этими? – кивнул я на девок, скривился, а те обиженно поджали губы, но с места не сдвинулись.

- Когда это ты был против приятно компании? –