Королева-молния. Собирая сердце. Вампиры (СИ) - Елена Золотарева

его матери, Мак свернул записку, и перевел взгляд на меня. Глубокий, темный, властный. Такой, что я почувствовала себя нашкодившей девчонкой, разбившей градусник.

— Для тебя это ничего не меняет, — пробасил он, и положив руку мне на плечо, повел в мою комнату.

— Но как же свадьба? — задыхаясь от переполняющего меня ужаса, смешанного с подступающей истерикой, я смотрела на его лицо, сделавшееся таким суровым.

— Замок защищен. Все, кто находится внутри в безопасности. Это все, что тебе нужно знать.

Крепко прижав к себе на прощанье, Мак поторопился уйти, поручив меня бабушке и тете.

— Кэсси! — закричала с порога на тетушку, нервно перекладывающую с места на место шкатулки с украшениями, — что происходит?

Вместо истерики и слез, красивая вампирша вытянулась в грациозную струнку, подняла кверху свой изящный носик и улыбнулась.

— Свадьба, дорогая. Сегодня твоя свадьба!

Игнорируя мои вопросы, Кэсси ловко маневрировала между приглашенными мастерами, готовящими образ невесты века. Моя комната превратилась в гудящий улей, в котором не было место страху, опасениям, только суета, блеск бриллиантов и бесконечные вспышки.

В конце концов, если бы нам всем грозила опасность, свадьбу, наверняка, отменили бы. Этой мысли стало достаточно, чтобы успокоиться, и я выдохнула, отдаваясь в руки профессионалов.

Глава 49

Стоя у высокого зеркала, приставленного к стене, я видела прекрасную девушку, чей блеск в глазах отражал россыпь бриллиантов. Но это не счастье сияло.

Теперь, когда пути назад уже не было, я понимала, что не так я представляла свое счастье. Ум дотошно доказывал, что все идет как надо, что я сделала верный выбор, что именно такое положение дел принесет мне счастье и покой в будущем, но сердце…

Оно страдало. Не по Рику. По тем чувствам, что мне довелось испытать к этому мужчине. Это было похоже на катание на огромных качелях над обрывом: захватывающе, страшно и прекрасно одновременно. Но разве можно жить в этом эмоциональном раздрае всю жизнь? Рано или поздно эта буря чувств улеглась бы, любовь к нему стала пресной, скучной. А глаза бы открылись. Я бы увидела истинное лицо человека, которого считала идеалом. И как бы больно было признать, что идеалом-то он никогда и не был.

С Макэйо все по-другому. Во мне не бушует ураган страстей, я спокойна и рассудительна. Мне приятно его общество, он внимателен, заботлив и добр. А что касается постели…даже не думала, что мне настолько может понравится происходящее.

Мак не настаивал, но каким-то чудом подводил меня к тому, чтобы я показала, чего же хочу. Раскрепощал меня, заставляя себя чувствовать то нежным цветком, то ядерной бомбой. Он постепенно вовлекал меня в игру, в которую играют двое, и мне это безумно нравилось. Только вот пока обменяться кровью я была не готова.

— Уверена, гости со стороны жениха будут в восторге от твоего платья, — Кэсси еще раз разгладила шлейф, и ее лица коснулась радуга.

Я выбрала синий — цвет родного дома Макэйо. Мне захотелось сделать это, потому что я как будущая королева не смогу взять его титул, фамилию. Он не заберет меня от отца, и я не стану частью его семьи официально. Я навсегда останусь Шторм, дочерью правителя вампиров и королевой объединенных миров. Это не я буду при нем. Он при мне. Поэтому мне хотелось отдать дань уважения его происхождению и решимости стать вторым после меня.

Темно-синий бархат мягко, словно океанские волны, обнимал фигуру. Неглубокий вырез на груди служил каймой для чудесной Слезы Океана, которую я надела так же в знак почитания семейных ценностей герцога Пацифики. Россыпь алмазной крошки точно звезды на вечернем небе блестела, собираясь в созвездия, а книзу сияла метеоритным дождем, сплошь покрывая ткань.

Отец, наблюдавший за сборами, тихонько сидя в углу моей комнаты, наконец, встал. Слуги и родственники мгновенно расступились, давая дорогу главному из вампиров, и с благоговением смотрели на то, как отец любуется дочерью, мысленно благословляя ее на счастливую жизнь.

— Как жаль, что твоя мама не с нами.

Я опустила глаза и задержала дыхание, чтобы сдержать слезы. Мамы действительно не хватало, но жизнь так устроена…И я благодарна за то, потеряв мать, мне хотя бы позволили обрести отца и человека, с которым я навечно свяжу свою судьбу.

— Будь счастлива, дочь моя!

Отец крепко сжал мои плечи, и я точно видела, как его глаза заблестели и в уголках скопилась влага. Чтобы не показать мне свою слабость, он обнял, прижимая к груди, поцеловал в лоб и жестом подозвал помощниц.

Девушки подошли, неся на шелковой подушечке белоснежного цвета бриллиантовую тиару. Стройные ряды прозрачных камней венчал огромный сапфир, сияющий как океан под бликами утреннего солнца.

— Мы случайно встретились на Мадагаскаре, — начал отец, с тоской глядя на камень, — твоя мама, одетая в джинсы, кеды и вооруженная маленькой лопаткой и ломом, бежала на автобус. Группа, с которой она должна была ехать на поиск месторождения, уехала, забыв ее в магазине у вокзала. Такая взволнованная, расстроенная и божественно красивая, она чуть ли не плакала, когда водитель закрыл двери прямо перед ее лицом, и моргнув фарами, помчался в горы. Я предложил подвезти ее, и она, нехотя, согласилась. Каждый день я караулил автобусы, пребывающие из того поселка, а она никак не возвращалась. И вот в одно утро старый чадящий «бычок» показался на дороге и мое сердце остановилось. Я знал, что увижу ее. И больше не отпущу.

— Папа! — слезы лились ручьем, и было плевать на макияж, краснеющие глаза и припухший нос. Это такая же история моей семьи, как и сегодняшняя свадьба. История несбывшейся несчастной любви, которая, дай бог, станет последней в нашем роду.

— Ирина подарила мне тогда этот камень. Огромный неотёсанный булыжник, который я хранил много лет, оказался сапфиром, — папа взглянул на диадему и, удобно перехватив ее, занес над моей головой. — «Фамильная драгоценность!» — заливисто, как колокольчик смеялась твоя мать, целуя меня.

Бриллианты, ровными дорожками собранные в форму простого низкого кокошника, легли на мою голову, и помощницы мгновенно закрепили тиару, молчаливо отступая.

— Семья — это самое ценное, что есть в нашем мире. Береги ее…

— Пора, — шепнула Кэсси, давая команду распахнуть двери моих покоев.

Выставленные по обеим сторонам пажи, одновременно взмахнули хрустальными саблями, соединяя их концы в воздухе и приглашая меня пройти по этому хрустальному коридору в руки моей судьбы.

Глава 50

Не помню, как шла к алтарю. Кажется, я оглохла, ослепла, лишилась всех чувств. И лишь, когда почувствовала