Ведьмина Сила (СИ) - Завгородняя Анна Александровна

— Итак, первокурсница Кузьмина, — произнес он важно, садясь в кресло, или точнее, паря над ним так, будто сидит. — Что привело тебя сюда? Какие учебники нужны? — он щелкнул пальцами, и моя читательская карта тут же появилась, зависнув в воздухе.

— У меня особенный интерес, — проговорила, подходя ближе. — Хочу узнать о запретных заклинаниях, — добавила, глядя пристально на Никитку.

— Что? — удивился тот, затем моргнул, ну очень живо и по-человечески, и сказал, — нельзя.

— Как нельзя? — удивилась я.

— Книги на данную тему находятся в закрытом отделе, — пояснил Никита. — Выдаю только по разрешению подписанному кем-то из преподавательского состава и только старшим курсам темного факультета.

— Я темная, — парировала громко.

— Ты — первокурсница, а вам такое знать пока не надо, — ответил Волконский и поднялся со стула, уперев руки в боки.

Я притихла. Подумала и сказала.

— Мне не нужны сами заклинания. Я не собираюсь их использовать, да и не сумею. Я просто хочу знать, что они из себя представляют, — сказала честно.

— А зачем тебе это? — прищурил взгляд призрачный князь.

— Можно сказать, любопытно. Недавно я была свидетелем того, как одно из запрещенных заклинаний было использовано старшекурсником и его за это, кажется, наказали.

— А… — протянул Никитка. — Наслышан. И да, кстати, наказали. Драит этот молодой студент санузлы в общежитии на первом и втором этажах и еще будет драить до конца второго семестра. Если бы кто у меня спросил, я бы придумал наказание менее гуманное. Но… — он демонстративно развел руками.

— Но, может быть есть какая-то общедоступная энциклопедия, где эти заклинания просто упоминаются. Не будет ведь зла, если я просто прочитаю о них? — сменив тему, снова попросила я.

Никитка задумался. Поднял руку и постучал указательным пальцем по своему гладковыбритому подбородку. Думал он почти минуту, что меня, признаюсь, немного напрягло. Так и хотелось уже плюнуть и растереть, да уйти несолоно хлебавши, когда Волконский ожил и взглянув на меня, вдруг предложил:

— А давай я помогу тебе, насколько, конечно, смогу, не нарушая правила, а ты мне? — и хитро так улыбнулся.

— В чем подвох? — спросила я, догадываясь, что не все так просто.

— Видишь ли, студентка Кузьмина, — принялся объяснять призрак, — мне, чтобы книги переставлять с полки на полку, нужно тратить очень много энергии, ведь я призрак. А тут прибыло несколько ящиков с новой литературой для вас, студентов. И мы сделаем так, если ты, конечно, согласишься. Я дам тебе почитать про эти заклинания, а ты поможешь мне расставить книги. — Он выдержал паузу и протянул: — Ну как? По рукам?

— Просто расставить книги? — я чувствовала, что здесь может быть подвох. Зная немного этого призрака и его любовь и разного рода жутким шуткам, как напугать приличного человека до икоты, я подозревала недоброе.

— Нет, нет, — тут же качнул головой Никита, словно догадавшись о том, какие мысли меня посетили в этот миг, — никакого баловства, обещаю. Просто выгодная взаимопомощь.

Тогда-то я и поняла, что вариантов, кажется, нет. Разве что топать к Северскому за разрешением. Но лишний раз дергать куратора не хотелось, тем более, что все можно было разрешить собственными силами. А ведь я как раз и хотела быть независимой и сильной, этакой прилежной студенткой нового мира.

— Хорошо, — кивнула и призрак протянул мне руку, словно для того, чтобы закрепить договор.

Я сперва опешила, а потом вспомнила, что он же как-то книги переставляет с места на место. Значит, и пожать мои пальцы вполне в состоянии.

Так и случилось.

Правда, когда мы пожали руки, между нашими пальцами вспыхнула какая-то голубая искорка, но призрак лишь улыбнулся и произнес:

— Так, сейчас принесу тебе обещанную книгу. А ты пока присаживайся. У меня тут давно не было гостей. Все почему-то книги берут на руки. Мало кто сидит здесь, хотя, как мне кажется, у меня тут вполне уютно, — он поплыл куда-то в темноту. Я присела, оглядевшись и не удержалась от кривой усмешки, глядя на царивший в помещении полумрак.

Да, для книг это самое оно, но для студентов слишком мрачно. Неудивительно, что мало кто задерживается здесь дольше чем получает книгу. Я и сама бы уже сделала ноги, да пришлось ждать возвращения Никиты. Да и книгу мне никто не даст забрать. Придется читать здесь.

Но вот Волконский вернулся. В его руке был такой себе увесистый фолиантище, что я невольно подивилась физической силе призрака.

Никита положил книгу на первый попавшийся стол и велел:

— Читай. Раздел пять, глава двадцать восемь, страница пятьсот девяносто один, — и тут же, прежде чем я успела пересесть за стол с книгой, добавил, — и помни про уговор.

— У меня свободны выходные, — ответила призрачному библиотекарю.

— О, — он даже улыбнулся. — Вот и отлично. Жду в субботу после обеда, — и добавил чуть тише, склонившись к моему лицу, — дам тебе выспаться. Я же не деспот какой.

— Уже сомневаюсь, — буркнула в ответ и открыла книгу, начав искать в оглавлении нужный раздел и главу.

Призрак не обманул. Все было именно там, где он указал. И пока Волконский парил в отдалении, делая вид, что рассматривает корешки учебников на соседнем стеллаже, я, окрыленная одной идеей, вспыхнувшей в голове, извлекла из кармана мобильный и, включив камеру, решила запечатлеть нужные страницы, чтобы прочитать все спокойно, но уже у себя в комнате.

— Не получится, — хихикнул Никитка.

— А? Что?

Фотик вспыхнул, на миг осветив стол и книгу, а затем я перевернула страницу и увидела на ней картинку и попыталась запечатлеть и ее, но призрак продолжал уже откровенно ржать.

— Вы что? — я почти обиделась.

— Глупая первокурсница, — он положил руки на живот, подчеркивая, насколько ему весело. — Это магическая книга и она защищена волшебной силой от копирования и этого, — призрак ткнул пальцем в телефон.

— Блин, — протянула я.

— Да, да. Придется читать, Кузьмина.

Фыркнув, я проверила галерею в телефоне. Ну так, чтобы быть уверенной, что этот князище меня не обманывает. Но увы. Не обманул. Вместо фоток страниц в галерее были лишь засеченные кадры, которые я сразу удалила.

— Ладно, — произнесла. Схитрить не удалось.

— Книга же особенная. Почти из запретного фонда академии, — важно отметил Волконский, а я начала читать.

И вот, что я вычитала, потратив на чтение пятнадцать минут своей жизни. Не так много, но и узнала мало. Книга поверхностно описывала эти самые запрещенные заклинания. Зато, и это не могло не радовать, в ней были изображения того, как заклинания проявляются на белом свете. Нашла я и то, которое использовал старшекурсник, похожий на медведя.

Итак, всего их было четыре. Первое, показавшееся мне жутковатым, хотя и чуток романтичным (спасибо названию), называлось Смертельный поцелуй. Насколько я поняла из краткого описания, темная ведьма, или колдун, могли таким образом выпить жизнь своего врага, оппонента, противника (нужное подчеркнуть) до смерти. Но выпить так, что душа несчастного переходила в тело убийцы, делая его сильнее. В общем, та еще гадость, хотя на картинке были нарисованы женщина, целующая мужчину. Он откинулся назад, а она придерживала его руками и целовала. Художник изобразил, как из горла и из тела несчастного тянутся светлые нити и переходят в темную ведьму, становясь такими же черными, как ее собственная сила.

Второе, то, которое использовал старшекурсник, чем разозлил всех преподов на тренировке, имело название Круговорот тьмы. Ну тоже, как бы звучало любопытно и, что главное, вполне соответствовало названию.

С ним мне уже пришлось столкнуться, а судя по описанию в книге, стало понятно, что это самое слабое заклинание из четырех.

А вот дальше шло нечто жуткое. На картинке был изображен человек, который как бы двоился. Ну, словно стоял перед зеркалом. При этом художник изобразил жуткое лицо с горящими алым глазами и оскаленную пасть у того, кто стоял первым. Ниже, под изображением, красовалось и название Фантом страданий.