Дневник (1918-1919) - Евгений Харлампиевич Чикаленко

войска Донского во главе с генералом Красновым{275} придерживаются немецкой ориентации, армия признает единственное спасение России в союзной ориентации, и в телеграмме, направленной на имя генерала Семенова{276}, просит, чтобы взяли все Донское войско под свое крыло. П.Милюков прибыл в Киев для того, чтобы хлопотать перед высшей властью о создании хоть какой-нибудь примирительной базы между армией и ее военачальниками. Отметив, что все прибывающие в Киев политические деятели стоят на точке зрения конституционной монархии, П.Н.Милюков заявил, что чехословацкие и другие войска, признающие союзническую ориентацию, и политические деятели, под руководством бывшего эсера Савенкова{277}, не признают возможным допустить в России конституционную монархию и считают единственным выходом из создавшегося положения буржуазную республику или радикальную демократическую монархию.

Будучи до этого времени рьяным англофилом, П.Н.Милюков не пожелал резко изменить свою политику и послал для предварительного зондирования почвы Винавера{278}, который и дал ход всем замыслам Милюкова.

Посетив выдающихся представителей германской и украинской власти, П.Н.Милюков, ознакомившись с действительным положением вещей, отмечал, что не имея возможности убедить Савенкова и его сторонников в ошибочности шага и получив определенные данные, что находящийся в Омске Михаил Александрович категорически отказался стать во главе России, до земского собора он вынужден ориентироваться на Германию, как единую сильную и могущественную державу, которая сможет вывести Россию из того состояния анархии, в котором она сейчас пребывает. В план П.Н.Милюкова входит создание в Киеве центра по управлению Россией, взять Россию под протекторат Германии, и дать разрешение на созыв на Украине Учредительного Собрания, которое должно признать назначенный здесь съезд представителей всех четырех государственных дум».

Вчера прибежал к Скорописю взволнованный Меленевский (Басок){279} и просил его предупредить Мумма, что здесь организовались русские офицеры, скупают любое оружие и автомобили, видно, готовятся к какому-то выступлению внутри Украины, в то время как Антанта организует наступление извне. А «артельный» Левицкий рассказывает из «надежных» источников, что Антанта уже объявила войну Украине. Скоропись ответил ему на это, что это было бы со стороны Антанты признанием независимости Украины, чего она не сделает, считая Украину «взбунтовавшейся» российской провинцией.

А Меленевскому ответил, что немцы очень хорошо осведомлены о том, что делается на Украине, и если это правда, что есть такая русская офицерская организация, то определенно она существует с согласия немцев, и ничего здесь сделать нельзя.

С другой стороны, ходят упорные слухи, что должны-таки быть какие-то изменения в кабинете. Бывший комиссар Одесского округа А.С.Комирный{280} рассказывал мне, что Лизогуб, действительно, подал было прошение об отставке, но Гетман не принял прошение; Колокольцовым тоже очень немцы недовольны и определенно он пойдет в отставку; Комирный говорит, что ему предлагают должность товарища министра внутренних дел, но он колеблется, потому что там все должностные лица — бывшие чиновники департамента полиции, которые ненавидят все украинское и могут его скомпрометировать. Например, директор департамента Аккерман{281}, когда ему подали какую-то бумагу, написанную по-украински, высказался так: «Я не понимаю этого собачьего языка!» В киевских газетах цензура выбросила об этом сообщение, а одесская пресса напечатала, и министр должен был провести расследование, которое ничем не закончилось; хотя, как говорит Комирный, оказалось, что Аккерман действительно так сказал, но он тогда был «в пьяном виде».

Д.И. Дорошенко смотрит оптимистично на будущее и говорит, что об объединении с Московией не может быть и речи, наоборот кабинет вскоре изменится в пользу укрепления украинской державы, то есть должны войти в него украинские элементы. Поживем — увидим! А между тем, все украинское общество с какой-то тревогой прислушивается ко всяким слухам, смертельно опасаясь воскресения России, т.е. воссоединения Украины с Московией.

5 июля

Сегодня забегал Шемет, который как суконный фабрикант приехал из села на съезд мануфактурщиков и услышал от фабрикантов, близко знакомых с немцами, что вскоре должен быть какой переворот; точно так же этих фабрикантов эти же немцы предупреждали и перед гетманским переворотом.

Что должно означать это, и какой должен быть переворот — не понимаю.

Говорят, что будет объявлена оккупация, но что толку об этом оповещать на весь мир, когда в действительности у нас давно уже фактическая оккупация, потому что немцы что хотят, то и делают, а гетманское правительство — это только приказчики, слуги немецкие.

Может, переворот этот связан с Милюковым, который под немецкой охраной выехал в Берлин.

Дивные дела делаются: офицер, которого министерство послало в Жлобин помочь больному проф. Ф.К. Вовку{282} добраться до Киева, не получил немецкий пропуск. Ученик Вовка Алешо{283}, посланный за телом умершего, не может получить разрешение от немцев, чтобы привезти тело самого выдающегося ученого Украины, (…)[65], а Милюкову дают даже охрану для поездки в Берлин. Милюков ходатайствует перед немецким правительством, чтобы разрешено было на Украине созвать съезд представителей всех четырех Дум и выбрать правительство, само собой, что Украине они теперь «любезно» предложат автономию, а Россия должна быть построена на федеративных или конфедеративных началах, только без провинций, захваченных немцами, а потом, когда то российское правительство оперится, то оно такую федерацию и автономию пропишет, что аж душно будет!

В Берлине Милюков найдет поддержку у своего большого друга, украинского посла барона Штейнгеля[66] и может, действительно что-то получит, если немцы, испугавшись восточного фронта, поспешат взять под свою протекцию и Московию. Немцам легко будет сбросить большевистское правительство, потому что оно само уже еле-еле держится; немного труднее будет справиться с отрядами Алексеева{284}, Дутова{285}, Колчака{286}, Семенова, которые воюют против большевиков вместе с чехословаками, на деньги Антанты и явно не захотят подчиниться правительству, которое будет в союзе с Германией; разве что кадетский папа, Милюков, уговорит их, или снова станет германофобом, если шансы Антанты будут выше немецких, тогда он снова войдет в союз с Антантой, как давний англофил; у дипломатов все возможно! ибо у них девиз: хоть круть — верть, хоть верть — круть!

6 июля

Позавчера Розалия Яковлевна уехала в Канев, а вчера в 4 часа дня неожиданно приехала Дуня, кухарка Винниченко, и спросила — где Розалия Яковлевна. По ее встревоженному, очень взволнованному лицу я сразу заметил, что что-то случилось неожиданное, и у меня моментально в голове мелькнула мысль — не убили ли бандиты Винниченко, потому что все обитатели дачи Беляшевского каждую ночь ожидали нападение бандитов на свою дачу, и я сразу