Нерон - Сара Брайан

и маленький кусочек совести, который у него остался, не мешал. Потому что Элль собиралась в конце концов узнать, не причинил ли он кому-нибудь вреда, и он не хотел, чтобы Стефани, Стейси и другие проболтались.

Нерон переводил взгляд с плачущих девушек, и их темный, отвратительный макияж стекал по их лицам. Когда они явно не собирались заговаривать, Нерон несколько секунд кивал, прежде чем обеими руками схватил их копну искусственных волос. Он перекинул их туловища через перила, позволив их лицам встретиться с двухэтажным обрывом. Крики, которые теперь наполняли воздух, были теми, которые ему действительно нравились. Да, но все хорошее когда-нибудь заканчивается.

- Назови мне чертово имя! - Он толкнул их головы еще ниже, заставив их ноги немного оторваться от земли.

Крики были мучительными, прежде чем Стейси попыталась выдавить из себя хоть слово. Она попыталась еще раз , наконец, набравшись достаточно сил.

- Х-Хлоя!

Амо подошел ближе.

- Что, черт возьми, она только что сказала?

Нерон подтянул девушек, отбросив Стефани в сторону. Он удерживал Стейси перед собой.

- Что ты сказала?

Сквозь рыдания ей удалось выговориться:

- Поговори с Хлоей.

Нерон отпустил Стейси .

- Винсент, покажи им, что происходит, когда они разговаривают.

Нерон провел руками по волосам, пытаясь пригладить их. Он услышал, как открылась балконная дверь, и крики начали стихать. Он и Амо стояли, глядя вдаль. Они ждали возвращения Винсента, прежде чем что-то сказать.

- Что, черт возьми, она имела в виду? — спросил Винсент, возвращаясь.

Нерон ждал, что первым скажет Амо.

- Хлоя знала бы, кто причинил боль Элль. Может, она говорит спросить у Хлои, кто их обидел.

Нерон подумал о словах Амо, но что-то ему показалось неправильным. Однако он еще не понимал, как складывается пазл. Они все были там, но никому не приходили должные мысли.

Он представил фотокнигу Элль , вспоминая, как сильно ему хотелось встряхнуть ее и заставить рассказать ему все. Как сильно он хотел парализовать остальную часть тела ее отца, увидев сломанный нос Элль и гипс на ее руке.

Глава 19

Можете ли вы передать сахар?

Сегодня вечером в закусочной Элль снова собралась большая толпа. Она была благодарна: это поможет отвлечься от Нерона. То, как он и ее отец посмотрели друг на друга, когда уходили, заставило ее смутиться относительно того, о чем они говорили. Что бы это ни было, она, вероятно, не хотела знать. Поездка была приятной, и она должна была признать, что ей понравилось. Она определенно могла справиться с тем, что он возит ее на работу и с работы.

Элль посмотрела на дверь, чтобы увидеть, кто вошел: она была все еще настороже, чтобы убедиться, что босс и все, кто на него работал, не вошли. Каждый раз, когда открывалась эта дверь, ее сердце колотилось, пока она не поняла, что они не имеют никакого отношения к убийству. Когда вошел Нерон, ее сердце успокоилось. Подождите , что он здесь делает?

Элль могла только смотреть, как Нерон подошел к кабинке в углу. Он сел, прислонившись спиной к стене, что дало ему полный обзор закусочной. Он привез с собой сумку. Она понятия не имела, что он задумал.

Элль подошла к его столику.

- Что ты здесь делаешь?

Нерон широко улыбнулся.

- Я голоден.

Ей не нравилось, к чему все это идет, хотя она знала, что лучше не спрашивать Нерона, когда он был настроен на что-то. Она была на работе, и ей нужно было относиться к нему как к посетителю: следовательно, Элль неохотно достала свой блокнот и ручку.

- Что я могу тебе предложить?

- Удиви меня.

Элль положила блокнот и ручку обратно в фартук и улыбнулась.

-  Хочешь, я выберу тебе напиток?

Нерон откинулся на спинку сиденья.

- Нет, я возьму кофе.

Элль поняла, что он явно только что устроился поудобнее. Идеальная ночь.

Элль подошла к окошку заказов и попросила что-нибудь особенное, потом подошла и схватила тарелку, держа в одной руке кружку, а в другой кофейник. Она вернулась к столу Нерона и поставила перед ним тарелку и чашку, посмотрев на него прямо перед тем, как налить темную жидкость в кружку. Элль могла читать выражение его лица и знала, что он ждал этого момента.

Вернув взгляд на кружку, главным образом потому, что, наблюдая, как он смотрит на нее, ее тело начало согреваться, ей удалось успешно налить кофе. Рука Нерона накрыла ее руку, чтобы она перестала наливать, заставив Элль снова посмотреть на него. Она не знала, как что-то вроде наливания кофе для Нерона может стать сексуальным.

- Можешь передать сахар? - Свободная рука Нерона указала на пакеты с сахаром на другом конце стола.

Элль посмотрела на керамическую коробку с пакетами . Она знала, что он вполне может их достать, и ему так будет легче, но по какой-то причине Элль наклонилась над столом, и ей пришлось дотянуться до них пальцами. Она могла чувствовать глаза Нерона всем своим телом, возбуждающие ее. Она решила, что это чувство было причиной, по которой она хотела доставить удовольствие Нерону.

Элль медленно передвинула сахар по столу, пока он не оказался перед ним.

Большой палец Нерона потер ее руку.

- Спасибо. - Затем он, наконец, отпустил ее руку, позволив Элль отвести взгляд от его глаз, которые тоже держали ее в плену.

Она облизала пересохшие губы, прежде чем, не сказав ни слова, вышла из-за стола. Элль снова почувствовала его взгляд на своем теле, когда уходила. Она пыталась взять под контроль свои мысли и тело, пока обслуживала другие столики. К тому времени, когда ей это удалось, в окне появился заказ Нерона.

Взяв горячее, она направилась к его столу и поставила перед ним тарелку с едой. Выражение его лица теперь было кислым, в отличие от того, которое было, когда Элль наливала ему кофе. Что на него нашло?

Элль вышла из-за стола, когда Нерон ничего не сказал, продолжая работать, несмотря на то, что он отвлекал ее. Его глаза не отрывались от нее, пока она обслуживала свои столики, а он ел.

Когда она забрала его грязную посуду, он выглядел сердитым . Она даже с улыбкой налила ему кофе, пытаясь заставить его оживиться, но он этого не сделал. Элль понятия не имела, что так сильно бесило Нерона.

В конце концов, Нерон достал из сумки свой ноутбук вместе с некоторыми школьными заданиями. Думаю, он останется, пока она не уйдет.