Шотландские народные сказки и предания - Автор Неизвестен

А какой там гладкий! Лис просто нагло врал. Волк до того изголодался, до того исхудал, что дальше некуда.

И вот пошли они домой в пещеру и всю дорогу препирались. Лис твердил, что это волк съел масло, а волк уверял, что не он.

— Ну так поклянись, что не ты, — сказал наконец лис, а почему он так сказал, кто его знает.

— И поклянусь! — отозвался волк.

Стал посреди пещеры, торжественно поднял лапу и произнес страшную клятву:

Если я сожрал то масло, если я, если я, Пусть падет болезнь опасная на меня, на меня!

Сказал он эти слова, опустил лапу и, повернувшись к лису, пристально посмотрел на него. И тут вдруг заметил, что мех у лиса стал что-то уж очень гладким и шелковистым.

— Теперь твой черед, — говорит. — Я поклялся, так и ты поклялись.

Очень не понравилось это лису. Хоть и обманщик он был, хоть и жулик, а смолоду знал, что ложная клятва — тяжкий грех.

И стал лис отнекиваться. Но волк от него не отставал — он уже заподозрил, что дело нечисто. А лис боялся признаться в своей вине, так что пришлось ему тоже поклясться. Он сказал:

Если я сожрал то масло, если я, если я, Кара пусть падет ужасная на меня, на меня! УИррам, уИккам, уИррам, уИккам, Уиррам уА, уиррам уА!

Услышал волк эту страшную клятву и поверил, что лис не виноват. Даже решил никогда больше не поминать про бочонок. А у лиса совесть была нечиста, и ему не терпелось доказать, что это не он, а волк съел масло. И вот опять он стал говорить:

— Масло сожрал либо ты, либо я. Давай-ка станем поближе к огню, прогреемся как следует, вот масло и выступит на шкуре у того, кто его слопал.

Волк согласился, и лис поставил его как можно ближе к огню. Но огонь они разожгли на совесть, а пещера у них была маленькая. Бедный тощий волк пригрелся и прямо нарадоваться не мог — так хорошо ему было в тепле. А толстому, сытому лису скоро невтерпеж стало от жары.

— Нет, — говорит, — все это ни к чему. — Теперь уже ясно: ни ты, ни я масла не ели. Должно быть, кто-то другой дознался про бочонок и сожрал наше масло. Лучше давай пойдем погуляем, проветримся.

Волк и тут перечить не стал. Он уже успел заметить, что у лиса на шкуре жир проступает, догадался, кто масло съел, и решил отомстить.

Вот отправились они гулять и немного погодя подошли к кузнице, что стояла при дороге. Перед кузницей была привязана лошадь — ее ковать привели. И тут воли сказал лису:

— Смотри, на двери в кузницу что-то написано! Жалко, что не могу прочитать — глаза совсем плохи стали. Прочитай-ка ты, — может, это нам на пользу пойдет. — А сам стал в сторонке.

Лису не хотелось сознаваться, что глаза у него не лучше, чем у волка. Он подошел к двери и стал читать надпись, но нечаянно задел лошадь за ногу. А та была с норовом — подняла ногу да как лягнет — убила лиса наповал.

Значит, правильно говорится: «Грех твой на тебя падет».

5. Приключения Айена Дирека и рыже-бурого лиса

Когда мир наш был гораздо моложе, чем теперь, жил на свете королевич по имени Айен Дирек, что значит «Айен Прямодушный». Он был хороший охотник и как-то раз пошел бродить по горам с луком и стрелами. Вдруг видит — летит птица, да такая красивая, каких он в жизни не встречал. Это был Синий сокол. Айен мигом пустил в него стрелу, но сокол летел быстрее стрелы, и только одно его синее перо упало на землю. Королевич поднял перо и, когда вернулся домой, показал его своей мачехе-королеве.

А королева была колдунья и, как увидела синее перо, догадалась, что оно не от простой птицы. И вот захотелось королеве-колдунье заполучить эту птицу, и она приказала Айену добыть Синего сокола во что бы то ни стало и как бы это ни было опасно и трудно. Ведь пасынка она втайне ненавидела.

— Ступай найди мне эту птицу, — велела она Айену Диреку. — Без нее не возвращайся!

Айен боялся ее колдовской силы и пошел выполнять ее приказание — искать Синего сокола.

И вот он поднялся на горный склон, туда, где видел сокола, но как ни всматривался в даль, чудесной птицы нигде не было видно. Немного погодя стемнело, и певчие птички, что гнездятся в живых изгородях, принялись летать над кустами. Они перепархивали с куста на куст и садились на ветви терновника — все ночлега себе искали.

Наконец настала ночь, темная, непроглядная. Айен сел под деревом и развел костер, чтобы погреться. Он уже собирался лечь да выспаться хорошенько, как вдруг что-то рядом с ним зашуршало, и в свете костра появился рыже-бурый лис. Он нес в зубах баранью ногу и овечью голову.

— Плохо в такую ночь под открытым небом, правда, королевич? — сказал лис Айену.

— Что правда, то правда, — согласился Айен. — Но я ищу Синего сокола для своей мачехи-королевы и, пока не найду его, не посмею домой вернуться.

Тут лис покосился на Айена своими хитрыми лисьими глазами и молвил:

— Трудная у тебя задача, но постараешься — справишься.

Затем они вместе поужинали бараньей ногой и овечьей головой — ведь Айен был голоден, как отощавшая выпь. За едой лис сказал ему, что Синим соколом владеет огромный великан о пяти головах, пяти горбах и пяти глотках.

— Ступай к этому великану, — сказал лис, — и попросись к нему на службу. Скажи, что умеешь ухаживать за всякими птицами. Он тогда поставит тебя смотреть за всеми своими ястребами и соколами, а среди них будет и та птица, что тебе нужна. Потом дождись дня, когда великан уйдет из дому, а тогда забирай Синего сокола и беги прочь. Это сделать нетрудно. Только помни одно: когда будешь выбегать из великанова дома, смотри, чтобы Синий сокол не задел там за что-нибудь даже кончиком одного своего синего перышка. А заденет, худо тебе будет.

Айен поблагодарил лиса за совет, и потом оба они всю ночь проспали под деревом. На заре лис показал Айену дорогу к великану о пяти головах, пяти горбах и пяти глотках.

Далеко было до зубчатой стены леса, что виднелась впереди, на самом краю земли, а до великанова дома — еще дальше. Но когда солнце стало закатываться, Айен Дирек наконец добрался до места. Он постучал в огромную дверь, и ее открыл сам великан — такой страшный, что Айен чуть не бросился наутек.

— Что тебе от меня надобно, королевич? — заревело страшилище.

— Хочу тебе послужить, — ответил Айен. — Я хорошо умею ходить за всякими птицами, так, может, и пригожусь тебе.

— Ну, коли так, нынче для меня счастливый день, — молвил великан. Распахнул дверь и пригласил Айена войти в дом. — Хорошо, что ты пришел: мне как раз нужен сокольничий — смотреть за моими ястребами и соколами.

Так Айен Дирек стал служить великану о пяти головах, пяти горбах и пяти глотках. И он, конечно, нашел среди прочих птиц Синего сокола, за которым послала его мачеха.

Великан скоро увидел, что Айен хорошо ухаживает за птицами, и стал оставлять его одного в доме, когда сам уходил на охоту. И вот как-то раз, когда великан ушел, Айен решил бежать.

Он подождал, пока земля перестала трястись под тяжкой поступью великана, и осторожно снял Синего сокола с жердочки. Айен помнил совет лиса и нес птицу так бережно, словно она была из тонкого стекла. Но вот беда! Не успел он открыть дверь, как Синий сокол до того обрадовался яркому свету дня, что широко распахнул крылья и задел кончиком одного своего синего перышка за дверной косяк. А косяк заскрипел, да так громко, что скрип его и за сотню миль слышали.

Айену некогда было даже подумать, что делать дальше, потому что земля сразу же затряслась, и великан сбежал с горы.

— Ты что же это — Синего сокола украсть вздумал! — заревел он своими громовыми пятью голосами. — Бежишь с тем, что не твое?

— Прости меня! — взмолился Айен. — Это все моя мачеха-королева! Она приказала мне добыть ей Синего сокола. Без него не велела и домой возвращаться.