Сказка для волка - Евгения Барбуца

— К чему такие сложности?

— Стая проигравшего переходит под руководство победителя.

Мне не понравилось то, как он это произнес. Каким-то своим бабским чутьем я догадалась, что конкретно этот мужчина выдает мне информацию в очень упрощенном варианте. Удобном для него.

— У меня такое чувство, будто ты мне сказку на ночь рассказываешь, — буркнула я, наблюдая разгорающийся блеск в его глазах. — Словно я книжку читаю из разряда «городское фэнтези». Настолько все это кажется нереальным. Неужели нельзя было мне сразу сказать, когда только встретил? Или когда волос выдернул для экспертизы? Кстати, если бы не экспертиза, ты стал бы помогать мне?

— Ру, проще поверить в то, до чего доходишь своими мозгами. — Он погладил меня по голове, хрипло рассмеявшись. — Идея забрать тебя себе появилась давно. Ели бы ты была человеком, то не смогла бы стать равной мне, и тогда я сделал бы тебя своей куклой. Ну максимум домашним животным.

Сначала я решила, что он пошутил. А потом мне стало не по себе.

Не замечая моего состояния, он наклонился ко мне и впился в мои губы. Так меня еще не целовали. Жестко, требовательно, лишая возможности сопротивления. Под давлением той бури эмоций, что поднялась в моей душе, я не могла пошевелиться. Ужас, обида и злость — убойный коктейль.

Знала ли я, что все этим кончится? Знала, конечно, не дура, хоть и опыта с гулькин нос. Он ясно давал мне это понять уже тогда, когда начал постепенно приучать меня к своему присутствию в моей жизни. В порыве благородства он дал мне время смириться с этой мыслью. Но глупая вера в лучший исход породила еще более глупую надежду. На что я надеялась? Сама не знаю.

Он целовал умело, разжигая желание в крови. Или это желание разжигал страх? Обычный бабский страх перед первым разом. Именно в этот момент, когда его губы терзали мои, когда он медленно, но неотвратимо обжигал поцелуями шею, я поняла, что не смогу. Ну не вовремя он это затеял. В моей жизни был всего лишь один парень, да и тот в конечном итоге меня женщиной не сделал. Не успел. А сейчас такой напор, как тут не занервничать? Впрочем, все умные мысли терялись на фоне новых ощущений. Внизу живота поселился огненный шар тягучих сладких ощущений. Сашин запах вытеснил воздух из легких… что-то терпкое… что кружило голову сильнее самого крепкого вина.

Нет. Не хочу. Не сейчас! Пожалуйста, пусть он перестанет.

Но он не отпустит меня сейчас, это можно было понять по его шумному дыханию, по лишенным нежности, но полным животной страсти поцелуям, от которых болели губы. Да хотя бы по тому, что он никак не реагировал на мое полное бездействие. А я физически не могла заставить себя пошевелиться.

— Саша, — пискнула я, не надеясь, что он услышит.

Но он услышал. И даже остановился.

— Да, маленькая? — Он нависал надо мной, напряженно всматриваясь в мое лицо своими неправдоподобными серыми глазами с крапинками желтого огня.

Врут в книжках, когда пишут, что в подобные моменты голова не способна соображать. А может, и нет. Не знаю, но мой мозг работал на пределе. И похоже, все-таки перегорел от усердия:

— Саша, — сипло начала я, — а превратись в волка.

Он моргнул.

Продолжая лежать неподвижно под ним, я крыла себя последними словами. Что за чушь я несу? Все что угодно, лишь бы отсрочить неизбежное. На кой черт мне волк, да еще в постели? Никогда зоофилией не страдала.

Внезапно выражение его лица изменилось. Он расхохотался в голос, повалившись рядом со мной, раскинув руки и вперив взгляд в потолок.

— Надо же, — смеялся он. — Дожил! Меня впервые в жизни отшили. Тем более так.

А я лежала ни жива ни мертва, дышала и то через раз. Глупая, я и вправду верила, что он не догадается. А глазки-то какие обиженные.

— Ру, — неуловимым движением он вновь навис надо мной, вперив в меня тяжелый и совсем не веселый взгляд, — чего тебе не хватает, а?

Его просительный тон совсем не вязался с жестким взглядом. И тут я поняла, что хватает мне всего, и даже с избытком, более того, мужика лучше Назарова в мире не найти и не потому, что он не позволит, просто я зажралась. Вот как взглянула в его глаза, так и поняла все сразу.

Вот только не могу я так. Где цветы? Где свечи? Любая нормальная девчонка мечтает о романтическом первом разе. И я в том числе, несмотря на всех своих тараканов.

— Впрочем, — задумчиво пробормотал он, — я же говорил — любое твое желание. Да, маленькая? — задорно подмигнул он, зло сверкнув глазами.

С постели он спрыгнул на пол.

Без него стало холодно и почему-то одиноко. Когда это с меня успели снять маечку? Может, не так уж и врут в тех книгах?

Саша тем временем встал посреди комнаты, показывая себя во всей красе. Густая поросль на груди, широкие плечи… ниже взгляд опускать не стала. Смущение залило щеки румянцем. Странно, когда под ним лежала, даже мысли устыдиться не возникло, а теперь я, краснея, отворачиваюсь, не желая наблюдать, как он стягивает с себя широкие спортивные штаны.

— Смотри на меня! — хлестнул по нервам резкий приказ.

Он прав, это было мое желание, и никак иначе.

Пересиливая природную стыдливость, я перевела взгляд на его мощное тело. Вот только ничего, кроме его глаз, уже не видела. Я слышала хруст, щелчок и нечто, чему никогда не смогу дать определения. Мгновение, и передо мной тело человека, покрытое черной шерстью. Еще мгновение, и на меня смотрит самый настоящий черный волк с такими знакомыми серыми глазами и такой неестественно большой.

Перед глазами возникла картина окровавленного тела и нескольких волков. Машу убил не он. Он — моя единственная надежда на продолжительную жизнь. Надежда на спасение дяди.

Очень медленно, словно преодолевая невидимое вязкое препятствие, я поднялась с постели. Волк наблюдал за мной со спокойным ожиданием. Ноги меня не держали, потому опустилась на четвереньки и таким образом поползла к зверю. Головой я понимала, что Саша меня не тронет, но иррациональный страх, скорее даже опасение, взращенное на старинных легендах, сковывало движение. Да что там сказки, я своими глазами видела, на что способны эти монстры.

Замерла рядом с волком и некоторое время просто смотрела на него. Страха больше не было, одно лишь восхищение. Большой, нереально большой для волка, с блестящей шерстью, мощными лапами и постоянно двигающимися ушами, он казался созданием из чужого мира. Сама не поняла как, но мои руки уже погружались в его шерсть. Жесткая, густая… непередаваемые ощущения. Тепло, щекотно и невероятно приятно.

Волк извернулся и лизнул меня в щеку.

— Не боюсь, — улыбнулась я довольно. А ведь и вправду не боюсь. И пахнет он приятно, особенно когда нет примеси чужой крови.

Недолго длилась моя радость. Звуки, запахи, краски стали в разы ярче. Тело сковала судорога. Тогда я еще не понимала, но мое состояние вновь обострилось. Не помню, что именно со мной происходило, ибо тело не выдерживало активной деятельности головного мозга. Слишком много впечатлений на сегодня.

Очнулась я глубокой ночью на руках у Саши. Сначала появились звуки, потом вернулось обоняние, затем зрение и в последнюю очередь я почувствовала себя хозяйкой собственного тела.

— Хорт, со всем почтением, но сами понимаете, ее нужно отвезти в центр, — услышала я голос. Он казался мне инородным, посторонним звуком среди тишины и негромкого равномерного биения сердца.

— Центр находится в другом городе, предлагаешь перевозить ее в таком состоянии? — зло возразил Саша.

— Хорт, вам прекрасно известно, что это не аутизм. Потому что мы не болеем подобной чушью. Я видел ее данные, за исключением некоторых гормональных аномалий, она полностью здорова. Это не просто болезнь. Нужны анализы, МРТ головного мозга. С вашего позволения…

— Нет. Только после того, как истечет срок.

— Са-ша, — хрипло позвала я.

Не сразу, но заметила щупленького мужичка, сидящего неподалеку на стуле. И все это счастье в полнейшей темноте. Я ненавижу докторов и этого дядьку возненавидела с первых его слов.

— Очнулась? — Назаров приподнял мою голову на своем локте.

Лицо его было спокойно, а взгляд задумчив.

— Это нормально, — проскрипела я. Звук собственного голоса чуть не вогнал меня в уныние. — Так бывает.

Нет, это не нормально и так еще ни разу не было, но знать об этом никому не обязательно.

— Как часто с вами случаются подобные приступы? — Профессиональный тон доктора вызвал рефлекторную дрожь во всем теле.

— Периодически, — буркнула я.

— Как вы считаете, что послужило катализатором на этот раз? — не отставал мужчина.

Если б я знала! Все вы одинаковые, чудовища с холодными руками, невыразительными глазами и до противного мерзкими улыбками. И человек, задающий мне вопросы, ничем от других не отличался.

— Не знаю, — смотрела на него исподлобья.