В объятиях тьмы - Александра Айви

Но Стикс взмахнул рукой, и вампиры резко остановились.

— Стойте, — приказал он, сверля Вайпера исполненным ярости взглядом. — Я здесь, чтобы исполнить приказание хозяина, что, как тебе прекрасно известно, выше всяких договоров. Поэтому я все еще не вижу, почему бы нам не побеседовать разумно.

— Разумно? — презрительно фыркнул Вайпер. — Ситуация вышла за рамки разумного. Желаешь поговорить — тогда вернемся в дом Данте и покончим с нашими разногласиями.

Удивительно — на губах вампира появилось слабое подобие улыбки.

— Уверен, что новая подруга Данте очаровательна, но я не имею никакого желания пить чай в обществе Феникс. — Улыбка погасла так же внезапно, как и появилась, уступив место привычной суровости. Взмахнув тонкой рукой, Стикс приказал своим подручным окружить Вайпера. — Прости, друг мой, но время поджимает. Позови свою спутницу, или я отдам ее в руки моих Воронов.

Стикс немедленно отдал приказ одному из вампиров:

— Де Анджело, приведи сюда Шалотт.

Зашуршала ткань плаща, и вампир направился к куче бочек. В мгновение ока он вернулся, держа в руке свитер Шей.

— Демон сбежал через трубу, — нараспев произнес вампир. — Должен ли я идти за ней?

Стикс смотрел на Вайпера с холодной яростью.

— Нет. Ей не уйти далеко. У Вайпера есть амулет, который приведет ее обратно.

Вайпер сузил глаза.

— Я не стану ее звать.

— Ты позовешь ее или умрешь. Выбор за тобой.

Леве хватило сообразительности лететь над узкими переулками. Внизу были навалены кучи гниющих пищевых отходов, рассыпающейся в прах одежды, мусора, на который было противно смотреть, не то что по нему ходить. Разумеется, ему уже приходилось бывать в трущобах. Леве был горгульей трех футов росту, и большую часть жизни ему пришлось провести среди нищеты и отбросов.

Он прибыл в Америку в надежде на лучшую жизнь.

По крайней мере таково было его намерение. Конечно, добрые намерения неизбежно бросали его от несчастья к несчастью.

Леве тяжко вздохнул.

Следуя за Данте, он содрогнулся, когда порыв ветра донес до его носа омерзительную вонь.

— Ну и запах, — сказал он с отвращением. — Как только люди могут тут жить?

Вампир бросил на него быстрый взгляд.

— Вонь — неизбежный спутник отчаяния, и это справедливо как для людей, так и для демонов, — наконец отозвался Данте.

Леве удивленно воззрился на вампира. Одетый в черное, с двумя мечами, скрещенными за спиной, с пистолетом-автоматом на бедре и кинжалом под одеждой, Данте, казалось, был готов отразить нападение небольшой армии.

— Я думал, это Вайпер — философ, а ты — воин.

Наклонившись к земле, Данте нюхал воздух, точно адская гончая.

— Прошлые триста лет я провел в плену у ведьм. Пребывание в шкуре раба дает отличную возможность поближе узнать, что такое отчаяние.

— Да. — Леве снова содрогнулся. Он не забыл, как сам был рабом Эвора. — Ты прав.

К его удивлению, Данте выпрямился во весь рост и коснулся его руки.

— Но мы больше не рабы.

Леве встретил его пристальный взгляд и кивнул:

— И никогда больше ими не станем.

Боль воспоминаний пронзила обоих, но Данте снова взял след, и они продолжили путь.

Улицы становились все уже. Узкие, грязные улицы.

С каждым пройденным кварталом Леве все сильнее тревожился за Шей. Неужели Вайпер такой безголовый? Кипя от негодования, Леве был застигнут врасплох, когда Данте загородил ему путь.

— Погоди, — прошипел вампир.

Леве сердито хлестнул своим хвостом.

— Черт подери, чего нам ждать? Мы наконец их почти догнали.

Непонятливый вампир приподнял бровь:

— Горгулья, да ты никак волнуешься. Не знал, что они тебе небезразличны.

— Вайпер бросил меня на съедение адским гончим. — Он сложил руки на груди. — Никому не позволено его убить, кроме меня.

Вампир понимающе улыбнулся:

— Это все?

Леве воззрился на спутника.

— Может быть, я питаю маленькую слабость к Шалотт, — ворчливо признался он. — Очень, очень маленькую. Понимаешь?

— Ах да. Конечно, понимаю.

— Тогда чего мы стоим?

— Здесь проходили тролли.

Теперь настала очередь Леве ехидно улыбаться:

— Но ведь ты не боишься троллей.

— Не этих. — Данте усмехнулся. — Они мертвы.

— Шей, — пробормотал Леве не без гордости.

— Она была не одна, горгулья, — возразил Данте. — Рядом с ней был Вайпер.

Леве пожал плечами:

— Если чудовища мертвы, мы можем идти дальше.

Данте покачал головой:

— Тут шли не только тролли. Здесь побывали еще и вампиры.

Леве глухо зарычал. Разумеется, как же без вампиров.

— Сколько их было?

— Шестеро. — Повисло тяжелое молчание. — И они не из нашего клана.

— Не из вашего клана? — Сердце Леве болезненно сжалось. — Но это значит, что…

Бледное лицо Данте помертвело.

— Они здесь, чтобы убить Вайпера.

Леве так и взвился:

— Мы не можем ждать! Нужно идти к ним.

— И самим угодить в ловушку? — Данте выпустил клыки. — Какой от этого прок?

— А какой прок прятаться в темноте, пока их убивают?

Серебряные глаза отчаянно сверкнули.

— Заткнись и дай подумать, не то подрублю тебе крылышки, горгулья.

Леве издал неприличный звук и взмахнул крыльями, взлетая повыше.

— Отлично. Прячься в темноте, а я посмотрю, что тут происходит.

— К черту, Леве…

Не обращая ни малейшего внимания на раздающиеся снизу проклятия, Леве весело вспорхнул на ближайшую крышу, стараясь избегать случайных лучей света и не отбросить тени.

Приземлившись на крыше, он совершенно бесшумно подошел к самому карнизу и посмотрел вниз. Грязь и вонь его больше не беспокоили, как и гнетущая тишина, что повисла над домами. Не отрываясь, он следил за вампиром с серебряными волосами, которого пытался усадить в длинный черный лимузин другой вампир, очень крупный и очень злой.

Леве хотел позвать Данте на помощь Вайперу, но лимузин уже медленно отъезжал от обочины. За ним отъехал второй.

Была ли в лимузине Шей? Где же еще ей быть?

Наблюдая, как машины плавно минуют одну улицу за другой, он слетел с карниза и с глухим стуком сел на землю рядом с Данте. Огромный вампир заставил Вайпера сесть в машину, и они уехали.

— А Шей?

— Кажется, и ее тоже увезли.

— И он позволил, чтобы они его взяли?

— Да, но выглядел он подавленно.

Данте кивнул и рассеянно погладил лезвие кинжала, обдумывая слова Леве.

— Должно быть, понял, что сражаться невозможно, — пробормотал он. — Или они угрожали причинить вред Шей. В любом случае, если мы вмешаемся, дело может только осложниться.