Потерянные дважды - Павел Поливода

оказался очень тяжёлым. Обвить его цепями труда не составило, а вот затащить в фургон было проблематично. Колёса фургона сразу просели.

- Он не выберется?

- Не должен. Цепи сожмутся ещё крепче, если будет сопротивление. Но всё равно с ним должен ехать кто-то ещё, чтобы дать ещё одну порцию снотворного в случае чего.

Солдаты долго решали: кто поедет вместе с зверем в фургоне. Генералу не понравилась эта трата времени и он назначил пятерым солдатам эму должность.

- Им же там тесно будет.

- Это для их же подстраховки. - отрезал генерал.

Фургону не сразу удалось развернуться в обратную сторону, но спустя несколько минут он уже мчался в Гром.

20

Платина ходила по супермаркету в мясном отделе. В её корзинке уже лежали продукты первой необходимости: хлеб, чай, сахар и соль. Каждый раз, когда кто-то из них шёл по магазинам, радовала мысль о том счастливом лотерейном билете, который вытянул Цинк и выиграл десять миллионов рублей (и это учитывая отданные проценты главному банку в Громе). Жители бункера хорошо существовали и до этого. Есть люди, которые денежно помогали Азоту, за счёт его близкой многим идеи о лишнем присутствии Громобоева у власти.

- Здравствуйте, можно мне, пожалуйста, вон тот сочный кусок говядины?

- Вам целый или отрезать?

- Целый.

"Даже целого куска хватит не намного": подумала Платина и положила говядину к остальным продуктам.

Расплатившись банковской картой, Платина вышла из магазина. До её ушей, не считая разъезжающие авто и разговоры жителей, донеслись удары колоколов. Она повернулась в сторону звона и увидела церковь с прекрасными золотыми куполами.

"Давно я не была в церкви": протараторила Платина в мыслях. Словно следуя некому зову, она целенаправленно шла к цервки. По дорогам всё также разъезжали военные фургоны, а солдаты маршем охраняли покои города. Когда до церкви остался только один переход через дорогу, Платина обратила внимание на одну деталь: на цервки нет ни единого алого знамени. Ей это не показалось чем-то странным и необычным. Услышав очередные колокольные звоны, Платина вспомнила про платок, который должны носить женщины, находясь в внутри. Подходящий платок нашёлся, он всегда сопровождал её, ведь Платина в любой момент, находясь в городе, могла зайти в церковь в свободное время.

Из храма выходили как женщины, так и мужчины. "Видимо, приходили на службу": думала Платина. Внутри её взгляд остановился на очереди людей, что подходят к священнику и целуют крест. Платина села на одну из скамеек. Она наблюдала за очередью и как она уменьшалась. В самом конце стоял мужчина в красной куртке. Не зная почему, но Платине показалось, что она уже где-то видела этого человека. Он нервно осматривался по сторонам, с трепетом ожидая свой черёд. Когда очередь дошла и до него, мужчина сначала поцеловал крест, а затем отправился к иконе Богоматери. Губы его что-то шептали, а взгляд был опущен вниз. Закончив молитву, мужчина направился к выходу. Возле входа он на долю секунды обратил внимание на Платину и еле слышно произнёс: "Скоро увидимся". Платина узнала в нём министра Артура Миронова. В его походке было что-то не так. Он хромал.

Пока Радон готовила на кухне обед, а Платина рассказывала о своей встречи с Мироновым в церкви, Дима пытался заговорить с Настей. Она изо дня в день находилась в библиотеке, почти ночевала там. Один раз Диме удалось подметить, что все книги и информация, которую она ищет в компьютере, связанны с оборотнями.

"Не уж то она пытается найти способ, как вернуть Антону прежний облик? Это бы объяснило её тягу к изучению всех этих книг."

Дима не раз замечал, как Настя засыпает с плюшевым крокодилом. На этот раз он остался с ней наедине. Дима набирался сил, чтобы задать всего лишь один вопрос.

- Вижу, ты не прекращаешь думать о нём?

Настя сначала никак не отреагировала, а только крепче сжала игрушку.

- Все эти книги, все эти бессонные ночи в библиотеке. Ты стала меньше разговаривать. Может, я могу чем-нибудь помочь?

- Тут ты не в силах помочь. - тихо ответила она.

- Но хоть чем-то?

- Я изучила все эти книги по несколько раз.

- Но что-нибудь ты же всё равно узнала. Ведь так?

- Узнала. И лучше бы не узнавала. - после этих слов она начала плакать.

Дима хотел было сесть рядом, но Настя соскочила с кровати.

- Мне никогда не приходилось терять родных людей, но глядя на тебя понимаю, что это больно.

- Нет. Не понимаешь. Ты не знаешь насколько сильную боль он испытал тогда, в Зиме. Знаешь, насколько болезненно проходит трансформация? Нет? А я скажу. - плач смешивался с повышающим тоном голосом. - Это не проклятье, как сказал мне Руслан. О нет. Это мутация. Когда орган в буквальном смысле воскрешает человека, через клыки он вводит в жертву одну единственную изменённую клетку ДНК. После этого твой организм буквально разрушает сам себя, чтобы создать новое тело. Ты когда-нибудь ломал руку или ногу? Так вот, это не сравнится с болью, сквозь которую прошёл он. Многие не переживают трансформацию элементарно из-за болевого шока. Оно и понятно, попробуй-ка не умереть, когда у тебя по всему телу ломаются кости. Есть одна клетка ДНК, которая смягчает боль во время превращения.

- Может, это был не Антон.

- Глаза! Глаза у того зверя человеческие. Это был взгляд Антона.

- Аргумент. Но ты упомянула одну клетку. Значит, Антон не чувствовал боли, благодаря ней. - перебил её Дима и очень об этом пожалел.

- НЕ БЫЛО У НЕГО ЭТОЙ КЛЕТКИ! - вспылила ещё больше Настя. - Есть ещё один фактор - холод. Я узнала, что при довольно низких температурах разрушается эта самая клетка. Даже в книгах говорилось, что тем, кого вернули к жизни органы, лучше держаться подальше от зимних территорий. Когда я проснулась в избушке и не обнаружила рядом Антона, я обратила внимание на шерсть возле меня. На этом месте спал Антон. Той же ночью Руслан мне и поведал о проклятии и ближайшем будущем Антона. Можно сказать, что трансформация начала развиваться именно с этого момента.

- Насколько я помню, в момент нашей с тобой с ним встречи Антон закончил превращение.

- Не совсем.