Атака по правилам - Вадим Панов

– Шеф, мы…

– Шума было много, одни «Качели» чего стоят, я уже молчу о четырехруком убийце. Серебрянц, в которого ты вложил большие деньги, наши деньги, сполна их отработал и квалифицированно поведал лохам о нелюдях. Стал звездой. Осталось выяснить, сынок, что получил я?

«А что ты надеялся получить, старый „синяк“? Ключи от Тайного Города на золотом подносе?»

– Шеф, операция еще не закончена, – осторожно проговорил Нытик. – Вы же помните наш план: предварительный этап должен…

– Сынок, я помню наш план, – доброжелательно согласился Чемберлен. – Но там не было ничего сказано о том, что ребята Риони станут угрожать мне войной. Там было сказано, что на этих кавказцев натравят оборотней, чертей, вампиров и прочую дрянь, о которой так легко рассуждала Кара. Горбоносые должны были погибнуть, а вместо этого их натравливают на меня!

Нытик предвидел этот разговор, но гнал от себя мысли о нем, надеясь, что Кара успеет нанести свой главный удар раньше. После этого мнение Чемберлена уже не имело бы никакого значения. Но Кара не успела, и приходилось выкручиваться.

– Шеф, издержки бывают и в самых продуманных комбинациях. Нелюди оказались более осторожными, чем мы рассчитывали. Они не поддались на провокацию и не стали преследовать людей Риони. Но главного это не меняет – мы получим власть над ними. Нужен еще один день.

– Ты отвечаешь?

Доброжелательность тона не ввела Нытика в заблуждение, он прекрасно понял, что имел в виду старый уголовник. Неприятный холодок по-прежнему не отпускал Нытика, но надо было решаться. Признавать свое поражение сейчас он не собирался, он был уверен в победе Кары и понимал, что после этого станет недоступным для Чемберлена. Для целой армии чемберленов. Нытик вздохнул и сделал самую большую ставку в своей жизни:

– Я гарантирую успех.

Зеленый Дом, штаб-квартира Великого Дома Людь

Москва, Лосиный Остров,

30 сентября, суббота, 13.58

Помещение, в котором допрашивали Тапиру, оказалось хорошо подготовленной камерой, без окон, с минимумом мебели, а бронированные двери открывались исключительно снаружи.

– Надеюсь, ты понимаешь, что это для твоей же безопасности? – поинтересовалась на прощание фата Красава.

Моряна молча кивнула, а управляющая оборотнем Кара скрипнула зубами.

Когда люды ушли, Тапира тщательно исследовала свою темницу, но результат только подтвердил первоначальное предположение, – даже набросив боевую шкуру, моряна не могла бы надеяться на удачный побег.

На это Кара не рассчитывала. Она планировала увести Тапиру из дворца вскоре после передачи дезинформации. Или увести, или отдать на растерзание дружинникам Зеленого Дома – кто будет церемониться с набросившей боевую шкуру черной моряной? Но люды оказались более предусмотрительными, чем предполагала колдунья. Несколько секунд Кара обдумывала сложившуюся ситуацию, а затем пожала плечами: небольшое изменение планов не могло ей помешать. Тапира находится под жестким управлением, поэтому вряд ли она может представлять для нее какую-либо угрозу.

Колдунья сняла браслет фаты Мары и потянулась – ее ждали другие важные дела.

– Ты спишь?

Тапира вздрогнула, открыла глаза и быстро вскочила с жесткой кушетки.

В комнате находились две стройные, спортивного сложения женщины с удивительно белыми кудрявыми волосами и нежно-голубыми глазами. Одна, видимо главная, носила очки в элегантной оправе и была одета в строгий деловой костюм, с узкой юбкой до колен и наглухо застегнутым жакетом. Вторая, выглядевшая чуть моложе спутницы, предпочла легкие белые брючки и тонкую вязаную кофточку. Ни одно живое существо не могло бы проникнуть в комнату незаметно для обостренных чувств черной моряны. Ни одно. Кроме другого оборотня.

– Меня зовут Бьяна, – представилась женщина в деловом костюме, – а ее, – она кивнула на спутницу, – Ямана. – Женщина помолчала: – Мы белые.

– Я это поняла. – Тапира вернулась на кушетку. – Зачем вас прислали?

– Нас никто не присылал, – мягко ответила Бьяна, присаживаясь рядом с Тапирой. – Прослышав о тебе, мы пришли сами.

Голубые, слегка раскосые глаза белой моряны смотрели очень участливо.

– Нам рассказали твою историю, – присоединилась к разговору Ямана. – Мы восхищаемся, сестра.

– Тебе пришлось многое пережить, но ты была счастлива.

– Ты первая черная моряна, которая познала любовь.

– Мы не могли не прийти к тебе.

Тапира наконец-то улыбнулась. Она не чувствовала присутствия Кары, видимо, колдунья временно оставила ее в покое, разумеется, сохранились наложенные запреты и распоряжения, но обычный разговор давался Тапире легко.

Отношения между черными и белыми морянами были далеки от идеала. Свободные изначально, белые презирали своих порабощенных браслетом сестер. Но все-таки оборотни были очень близки друг другу. И те и другие были созданы гениальной Марой, и тем и другим об этом периодически напоминали остальные жители Тайного Города.

– Как твой ребенок?

– Он придет в наш мир через месяц.

– Я уверена, что ты будешь хорошей матерью. – Бьяна нежно взяла Тапиру за руку. – Ты позволишь нам помочь тебе?

– Помочь в чем?

– Мы думаем, что ты под контролем, сестра, – тихо сказала Ямана.

– Это не так.

– Ты позволишь нам проверить?

Браслет фаты Мары слабо поблескивал на столе, словно прислушиваясь к тому, как Кара стучит по клавиатуре. Колдунья была полностью погружена в расчеты, снова и снова вычерчивая на мониторе причудливые генетические цепочки, а ее идеальный план тем временем дал очередную трещину.

Кара превосходно изучила черных морян, досконально знала все их сильные и слабые стороны, замечательно ориентировалась в их геноме, тщательно исследовала манеру поведения, но одна маленькая деталь ускользнула от внимания колдуньи.

Связь между оборотнями была гораздо глубже, чем она думала.

– Тебе когда-нибудь приходилось делать это? – спросила Бьяна.

– Нет, – нерешительно ответила Тапира. – Это не повредит ребенку?

– Ни в коем случае. – Белая вздохнула и сняла очки. – Возьми меня за руки, сестра, и смотри мне в глаза.

– Когда я наброшу боевую шкуру, я нападу на вас, – по-прежнему сомневалась Тапира. – Я не смогу себя контролировать, и здесь произойдет большая драка.

– Ты не успеешь, – улыбнулась Бьяна. – Как только мы набросим шкуры, Ямана активизирует «око василиска».

– И чего мы добьемся?

– Доверься мне.

Тапира решилась и взяла белую за руки.

– Успокойся.

Тоненькая черноволосая Тапира заглянула в голубые раскосые глаза Бьяны. Вторая белая встала рядом, опустив на линию их глаз крупный голубой кристалл на тонкой золотой цепочке.

– Смотри мне в глаза, не отрываясь, – требовательно, но в то же время мягко приказала Бьяна.

– Один, – негромко произнесла Ямана.

– Один, – повторила Тапира.

– Два…

Тапира смотрела в небесно-голубые глаза Бьяны и чувствовала, как гипноз овладевает ее мозгом. Он не мог проникнуть сквозь браслет, но белые и не стремились к этому. Им не нужно было брать под контроль черную сестру, им нужна была ее память.

– Восемь, что-то странное приближается к нам.

Тапира почувствовала, как потихоньку ею овладевает странное беспокойство. Странное, о котором предупреждала Ямана, явно таило угрозу.

– Девять! Опасность!

Так она и знала!

– К бою!!!

Рефлексы обеих морян, и белой, и черной, сработали молниеносно. Не отрывая взгляд от голубых глаз Бьяны, Тапира почувствовала, как изменяется ее тело. Как вырывается наружу спрятанный монстр, как тонкие кисти превращаются в когтистые лапы, как исчезают волосы, а на голове появляются рога, как наполняется камера приторным запахом спелых персиков. С Бьяной происходило то же самое, только выглядели белые моряны в боевой шкуре чуть-чуть менее отталкивающе: слегка изогнутые рога, покрытый шипами хвост, острые клыки…

Ужасный рев потряс комнату, когда одурманенная жаждой убийства Тапира увидела перед собой врага с голубыми глазами, и в тот же момент ослепительная вспышка «ока василиска» озарила все вокруг. Мощный импульс кристалла ударил всех морян. Яману отбросило к стене, Тапиру скрутило, прожгло, но в самый последний момент, перед тем как потерять сознание, она поняла, что голубые глаза Бьяны проникли в ее мозг. Заглянули в ее память. Эти глаза хотели помочь.

Первой очнулась Бьяна.

Белая медленно поднялась с пола и, ухватившись рукой за краешек стола, машинально оправила сбившуюся юбку. Моряны с трудом приходили в себя после действия «ока василиска», и в голове у Бьяны наперебой стучали железные молоточки. Она потерла виски, надела очки и посмотрела на лежащую навзничь Тапиру:

– Бедная сестричка.

Осторожно, стараясь не потревожить черную, Бьяна переложила ее на кушетку, а затем похлопала по щекам свою напарницу: