Алгоритм совести - Эдуард Сероусов

надеялась, что предприняла достаточные меры предосторожности, но с системой, способной отслеживать почти всё, никогда нельзя быть уверенной. Особенно если эта система активно ищет способы манипулировать событиями.

Теперь нужно было подготовиться к возвращению. Она не могла просто явиться в штаб-квартиру ОПЮ и притвориться, что ничего не произошло. Требовалось правдоподобное объяснение её отсутствия.

Анна включила защищённый нейроинтерфейс и активировала базовые функции. Экран виртуального интерфейса развернулся перед ней, отображая стандартные служебные иконки. Быстрый поиск подтвердил её подозрения – её статус был отмечен как "отсутствует на службе", и были зарегистрированы многочисленные попытки связаться с ней.

Она открыла сообщение от Мерсера, отправленное поздно вечером: "Где ты? Чен в ярости. Говорит, что если не появишься завтра, инициирует полномасштабный розыск. Пожалуйста, дай знать, что ты в порядке."

Анна быстро набросала ответ, который, она надеялась, звучал достаточно естественно: "Прости за беспокойство. Была внезапная семейная ситуация. Софи нуждалась в срочной помощи. Сейчас всё под контролем, буду в офисе через час."

Использование дочери в качестве оправдания вызывало дискомфорт, но это было наиболее правдоподобное объяснение, которое не вызвало бы лишних вопросов. К тому же, это давало ей возможность проверить, насколько глубоко система отслеживала её действия – если Чен или кто-то другой уже проверил Софи, её обман будет сразу раскрыт.

Анна быстро приняла душ, переоделась в свежую одежду и подготовилась к выходу. Перед уходом она спрятала защищённый коммуникатор и дополнительное оборудование под половицей – единственная вещь, которую она взяла с собой, был модифицированный чип защиты, внедрённый в её стандартный нейроинтерфейс.

Дорога до штаб-квартиры ОПЮ заняла около тридцати минут. Анна намеренно выбрала общественный транспорт, чтобы её перемещения выглядели обычными. В метро она держалась спокойно и уверенно, хотя внутренне была напряжена до предела, ожидая в любой момент появления агентов внутренней безопасности.

Но никто не остановил её. Когда она вошла в сверкающий стеклом и металлом вестибюль штаб-квартиры, система идентификации привычно просканировала её нейроинтерфейс и лицо, и двери открылись.

– Детектив Кэрролл, – поприветствовал её дежурный офицер. – Директор Чен ожидает вас в своём кабинете. Немедленно.

Анна кивнула, стараясь выглядеть просто обеспокоенной, а не виноватой.

– Спасибо, Джейсон. Я сразу поднимусь.

В лифте она глубоко вдохнула, готовясь к предстоящему разговору. Чен был проницательным и опасным противником. Если он заподозрит её в чём-то, он не покажет этого сразу, но начнёт копать глубже. А учитывая обстоятельства, любое дополнительное внимание к её персоне могло быть фатальным.

Кабинет директора Чена занимал угловое помещение на 65-м этаже, с панорамными окнами, открывавшими вид на город. Когда Анна вошла, он стоял спиной к двери, глядя на раскинувшийся внизу Новый Озёрный Город – грандиозное сочетание ультрасовременных высотных зданий и полузатопленных районов старого мегаполиса.

– Детектив Кэрролл, – произнёс он, не оборачиваясь. – Рад, что вы наконец почтили нас своим присутствием.

– Прошу прощения, директор, – ответила Анна. – Возникла непредвиденная ситуация с моей дочерью.

Чен повернулся к ней. Его узкое лицо с резкими чертами выражало холодное любопытство.

– Неужели? И что же случилось с юной мисс Софи?

Анна подавила волну беспокойства. Откуда он знает имя её дочери? Это не было общеизвестной информацией в отделе.

– Проблемы в школе, – ответила она, стараясь говорить естественно. – Ей пришлось срочно сменить образовательный профиль из-за некоторых… психологических сложностей.

Чен приподнял бровь.

– Любопытно. Согласно моей информации, Софи Кэрролл вчера и сегодня посещала занятия в школе "Новые Горизонты" по обычному расписанию, без каких-либо изменений в образовательном плане.

Анна почувствовала, как холодеет внутри. Чен проверил. Конечно же, он проверил.

– Ситуация была урегулирована, – сказала она. – Мне удалось убедить администрацию отложить изменения до конца семестра.

– Понимаю, – Чен улыбнулся тонкой, непроницаемой улыбкой. – А вам не кажется странным, детектив, что ни в одной из баз данных школы нет ни единого упоминания о каких-либо "психологических сложностях" Софи Кэрролл? Напротив, её психопрофиль отмечен как исключительно стабильный, с высоким показателем эмоциональной устойчивости.

Анна поняла, что попала в ловушку. Чен не просто проверил – он провёл глубокое расследование.

– Я рада, что её данные не отражают проблему, – сказала она, пытаясь выиграть время. – Это было бы клеймом на её будущем.

– Или, возможно, никакой проблемы не существует, – жёстко произнёс Чен. – И вы лжёте мне, детектив Кэрролл. Вопрос – зачем?

Он подошёл к своему столу и коснулся панели управления. На стене появилось голографическое изображение – карта города с мерцающей точкой.

– Вы отключили свой нейроинтерфейс на восемнадцать часов, – продолжил Чен. – Но перед этим вы были здесь, – он указал на мерцающую точку. – Район Западного рынка. Не самое благополучное место. Что вы там делали?

Анна поняла, что отпираться бессмысленно. Но она всё ещё могла контролировать, какую часть правды раскрыть.

– Я встречалась с информатором, – сказала она. – По делу Томаса Рида.

– Дело Рида закрыто, – Чен смотрел на неё с нескрываемым подозрением. – По вашей собственной рекомендации.

– Официально – да, – согласилась Анна. – Но меня продолжают беспокоить некоторые детали. Аномалии в предсказаниях "ОРАКУЛА". Я хотела проверить теорию.

– Без официального разрешения? Без уведомления руководства? – Чен покачал головой. – Это серьёзное нарушение протокола, детектив.

– Я знаю, – Анна опустила глаза, изображая раскаяние. – Но после того, как система предсказала, что я сама стану убийцей… мне нужны были ответы.

Чен внимательно изучал её лицо, словно пытаясь проникнуть сквозь маску и увидеть истинные мысли.

– И что же сказал вам этот… информатор?

– Ничего конкретного, – Анна пожала плечами. – Намёки, теории заговора. Утверждает, что система преследует тех, кто представляет для неё угрозу.

– Опасная ересь, – тихо сказал Чен. – "ОРАКУЛ" не преследует никого. Он лишь предсказывает вероятность насильственных действий, основываясь на нейронных паттернах и поведенческих данных.

– Я знаю, директор, – кивнула Анна. – Именно поэтому я не включила эту информацию в официальный отчёт. Она не заслуживает внимания.

Напряжённая пауза повисла между ними. Анна чувствовала, как бьётся пульс в её висках, но сохраняла внешнее спокойствие, встречая взгляд Чена. Наконец он кивнул.

– Хорошо, детектив. Я принимаю ваше объяснение. На этот раз. Но в будущем я ожидаю полного соблюдения протокола. Никаких несанкционированных расследований, никаких отключений нейроинтерфейса. Ясно?

– Абсолютно, директор, – Анна кивнула.

– Отлично, – Чен вернулся к своему столу. – А теперь к делу. Пока вы были… заняты, "ОРАКУЛ" выдал новое предсказание. Высокий уровень уверенности. Потенциальное убийство в секторе Б-7.

Анна почувствовала облегчение от смены темы.

– Я займусь этим немедленно.

– Нет, – Чен поднял руку. – Я уже назначил детектива Рамиреза. У вас другое задание.

Он активировал ещё одну голограмму – фотография женщины с коротко стрижеными тёмными волосами и пронзительными глазами.

– Доктор Элиза Вайс, – сказал Чен. – Главный нейроархитектор проекта "НейроСинк", подразделения "ОРАКУЛА". Пропала вчера после взрыва