Нелегал (том I) - Павел Николаевич Корнев

Враг моего врага — мой друг?

Чушь собачья! Самое большее — временный союзник, который уже примеривается как бы тебе нож половчее в спину воткнуть. Пусть даже нынешние события нам и на руку, в эйфорию впадать никак нельзя.

На проходной в очередной раз случилось усиление пропускного режима, и хоть обошлось без личного досмотра, продемонстрировать содержимое портфеля меня всё же попросили. Я мог бы воспользоваться служебным положением, но лишь подмигнул знакомому вахтёру и щёлкнул замками.

Порядок есть порядок.

Перво-наперво я посетил столовую, после выдул кружку кваса, попутно прослушал выпуск последних новостей, передававшийся через установленные тут и там тарелки громкоговорителей. Студенты внимали им ещё даже внимательней моего, сразу по завершении трансляции начались жаркие споры на тему наиболее вероятного развития событий. Одни утверждали, будто воеводство не продержится и недели, другие толковали о затяжном характере конфликта, приводя в качестве главного аргумента превосходство срединцев в операторах.

— Они самых перспективных соискателей сверх квоты в Айлу на инициацию отправляли!

— Да сколько там их принимали? И вообще Оксон с Танилией в союзниках! У них свой источник!

Ну а третьи полагали всё это делом десятым и держали в уме гарантии безопасности, данные Средину ведущими мировыми державами — сиречь Айлой и Лютиерией.

— Оксону кранты! — безапелляционно заявляли они. — Допрыгались!

Касательно того, какой из этих вариантов наиболее благоприятен для республики, мнения тоже разделились, споры бушевали жарче не придумаешь.

«И не лень только глотки драть?» — мысленно посетовал я на избыток свободного времени у студентов, после чего вытер лицо платочком. Мало того, что сегодня распогодилось, так меня ещё и всерьёз пропекало активным излучением Эпицентра. Вроде, лишь на день из Новинска выбрался, а снова акклиматизироваться приходится.

Я двинулся к лабораторному корпусу и почти сразу подметил, что усиление коснулось не только пропускного режима. Всюду заметно прибавилось молодых людей с красными нарукавными повязками, у каждого крыльца и в местах массового скопления людей они стояли в обязательном порядке. Никого не останавливали, никому не делали замечаний, просто внимательно поглядывали по сторонам.

Высматривают бомбистов или просто для виду бдительность изображают?

Да хоть бы и так? Тоже дело.

Фланировали по территории и патрули студенческой дружины, я ещё издали приметил мощную фигуру Карла и помахал приятелю рукой. Он отсалютовал в ответ и двинулся навстречу в сопровождении Яна, Кости и неожиданно — Льва.

— А ты здесь какими судьбами? — спросил я, пожимая бывшему однокласснику руку.

Лев досадливо поморщился, за него ответил Карл:

— К нам прикрепили для усиления.

— Угу, — с кислым видом подтвердил Лев. — Вы недорабатываете, а нас от действительно важных дел отрывают! Все ж думают, будто аналитики… — Он не договорил и только махнул рукой. — А-а-а! Чего уж теперь?

— Да мы, в Службе реабилитации, перерабатываем даже! — с усмешкой заявил я в ответ, но в бутылку не полез и переменил тему разговора: — Слышали, чего в мире творится?

— Война! — кивнул вихрастой головой Ян.

Костя будто в пику ему насмешливо фыркнул.

— Ой, не могу! Когда Оксон на пару со Срединским воеводством оккупировал Сленскую республику — это не война, получается, да? А как вор у вора дубинку украл, так всё — конец света наступил!

— Тут другое! — упрямо возразил Ян. — Вопрос в масштабах происходящего!

Я внимать этому спору не стал и легонько ткнул рукой Карла.

— Слушай, а ведь всё как ты говорил: Средин с Оксоном и вправду между собой сцепились!

Здоровяк только отмахнулся.

— Да это предельно очевидно было! — Он покрутил мощной шеей и уточнил: — Тебя, так понимаю, выписали уже? Идём к девчонкам сегодня?

— К девчонкам? — заинтересовался Лев.

Карл его вопроса неожиданно сильно смутился и неопределённо пожал плечами.

— Да это по проекту для студсовета! Мы с Петей, — указал он на меня, — вашей однокласснице помогаем…

— Это которой?

— Инга ж в студсовет прошла! — подсказал я, про себя сетуя на длинный язык Карла. — А ты её знаешь — вечно в первых рядах. Ещё и нас к исследовательскому проекту привлекла. Я первичные данные подбираю, Карл…

— Мефодий! — поправил меня здоровяк.

— Мефодий, — покладисто повторил за ним я, — опросами студентов займётся.

— И ещё медик нужен! — напомнил Карл.

— Поговорю сегодня, есть на примете человек, — пообещал я и достал часы. — Всё, бежать пора! Бывайте! — Но сразу же развернулся обратно. — Лев, можно тебя на пару слов?

Бывший одноклассник удивлённо глянул и отошёл со мной в сторонку, спросил:

— Слушаю.

— Ты ведь в службе охраны института практику проходил? — утвердительно, если так можно выразиться, спросил я. — Скажи, реально остаться незамеченным кому-нибудь из участников массовой попытки забросить что-либо на территорию студгородка?

Вот тут уж Лев озадачился не на шутку.

— Зачем тебе?

— Да по работе! Я ж секретарь дисциплинарного комитета сейчас. Просто был не так давно один случай, и в Бюро вместо того, чтобы фигурантов со всем тщанием на вшивость проверить, дело к нам спустили. Мне б его на доследование вернуть, а формальных оснований нет.

Лев покачал головой.

— Не могу ничего сказать. Это служебная информация, на которую многие аналитические алгоритмы завязаны. Не для разглашения.

Я кивнул.

— Понял. Забудь.

Лев придержал меня за руку.

— Думаю, знаю, о каком ты случае говоришь. Мы тот инцидент от и до разобрали, там никаких шансов на успех не было изначально.

Мне только и оставалось, что развести руками.

— Что ж, придётся работать!

Но вот как раз работать сейчас и не хотелось, и я понадеялся на то, что Касатон Стройнович о моей досрочной выписке из больницы ещё не прознал, и в студсовет заворачивать не стал, двинулся напрямик в лабораторный корпус. Первым делом оформил отчёт о расходе спецпрепарата, потом спустился в подвал, где и отзанимался час на силовой установке. Неожиданных прорывов не случилось, зато удалось закрепить своё предыдущее достижение. Тоже немало. Неспроста же говорят, будто можно штаны порвать, излишне широко шагая.

Покинул лабораторный корпус я за четверть часа до начала дежурства, поэтому решил попытать удачу и по пути в горбольницу завернул к господину Горицвету. Ни на что особо не рассчитывал, и потому оказался приятно удивлён, когда Михаил Прокопьевич попросил обождать, после чего открыл один из шкафов и вынул из