Листая жизни страницы - Василий Иванович Шарапов

предлагают правильную, обоснованную границу. Он взял карту и прочертил линию границы, почти совпадающую с нашими предложениями.

Если верить Пантелеймону Кондратьевичу, а не верить ему у меня нет оснований, Сталин, озабоченный сообщениями о том, что НКВД чересчур усердствует в выявлении «врагов народа», поручил ему проверить их достоверность в Сталинградской области. Факты подтвердились, за что вождь якобы строго выговорил наркому НКВД. Направляя Пономаренко в Минск, Сталин также посоветовал ему разобраться с репрессированными. На вопрос «Как это сделать?» ответил: «Идите в тюрьму, изучайте дела, беседуйте с заключенными лично, и, если убедитесь, что человека посадили ни за что, сразу отпускайте на свободу». На опасение, что местные ведомства, повинные в репрессиях, будут противостоять ему, Сталин сказал: «Ведомств много, а Первый секретарь ЦК один».

Выполнил ли Пономаренко наказ вождя, неизвестно. Но о том, что он не боялся приструнивать органы НКВД, рассказывали многие. Родственник знаменитого архитектора Иосифа Лангбарда вспоминали в печати, что именно вмешательство Пономаренко помогло вызволить из тюрьмы его жену Ольгу, арестованную по личному указанию Берии. После этого oна была даже приглашена на прием к Сталину.

Другие, правда, большей частью те, кто никогда с Пономаренко не встречался, обвиняют его в антисемитизме, в насильственной русификации, в гонениях на творческую интеллигенцию и даже в непосредственнон участии в репрессиях.

Я - не следователь, не судья и не могу быть владельцем истины в последней инстанции. Однако, как очевидец тех событий, которые происходили в Белоруссии в период руководства ею Пономаренко, могу сказать, что у тех, кто сталкивался с ним, преобладали позитивные отклики. Достоверно известно, что Лаврентий Берия недолюбливал Пономаренко и копил на него компромат. Однажды близкие Пантелеймону Кондратьевичу люди сообщили о том, что готовится его арест за потворство «врагам народа». Пономаренко решил действовать на опережение. Поставил всех в известность, что едет в командировку в Могилев и вернется поздним вечером. В Могилеве провел небольшое совещание, но уехал не в Минск, а в Оршу, а оттуда - поездом в Москву. Рассказал обо всем помощнику Сталина Александру Поскребышеву, с которым поддерживал доверительные отношения. Тот посоветовал:

- Оставайся в Москве и жди моего звонка. Я попрошу Иосифа Виссарионовича принять тебя. Но не находись подолгу на одном месте, чтобы ищейки Лаврентия не перехватили тебя!

Пономаренко так и сделал и через три дня оказался на приеме у вождя. Рассказал о том, что Берия и его ведомство устроили в Белоруссии настоящую охоту на видных людей, верой и правдой служащих государству Подготовили материалы для ареста народных поэтов Белоруссии Янки Купалы и Якуба Коласа, что может иметь крайне негативный резонанс. В заключение сказал:

- Зная, что, сдерживая их пыл, я действую по вашему поручению, чтобы развязать себе руки, сфабриковали дело против меня.

Сталин отнесся к этой информации серьезно. В результате и сам Пономаренко, и народные песняры остались на свободе.

Поэт Петрусь Бровка рассказывал мне, что Пономаренко помог избежать лап Цанавы и ему, и Кондрату Крапиве, и многим другим деятелям литературы и искусства, хотя, конечно, возможности даже Первого секретаря ЦК партии были не безграничны.

Возможно, во всех этих рассказах есть преувеличения. Но легендам, сочинявшимся в момент тех или иных исторических событий, я доверяю больше, чем интерпретаторам Истории спустя полвека…

Кирилл Трофимович Мазуров

Для меня в ряду руководителей Республики Кирилл Трофимович стоит особняком. Никогда, ни до него, ни после не было на высшем посту такого талантливого и мудрого организатора, теоретика и практика. Все, работавшие с ним, отмечали его масштабность мышления, кругозор, образованность по всем направлениям жизни, персональную ответственность за порученное дело. Его отличали природный ум, трудолюбие, исключительная простота и скромность.

Вспоминается один эпизод в пору моего обучения в Москве, в ВПШ при ЦК КПСС.

Я сдавал индивидуальные задания одному из старейших профессоров школы, члену партии с дореволюционным стажем.

После моих ответов он остался доволен и, узнав, что я из Белоруссии, спросил: «А вы знакомы с Мазуровым?». «Конечно, - ответил я, - это мой непосредственный руководитель». - «Вам повезло, какой глубокий человек, какой мужицкий ум».

Кирилл Мазуров неоценим и в истории города, и в развитии Республики. Я буду еще много раз упоминать его имя в этой книге.

Родился Кирилл Трофимович недалеко от Гомеля, в деревне Рудня, тогда Могилевской области, в семье столяра Трофима Ивановича и Агафьи Акимовны Мазуровых. Окончил школу, железнодорожное училище, автодорожный техникум. Работал на строительстве дорог в Паричском и Комаринском районах, затем на строительстве Московского метро. В 1936 году был призван в армию, прошел путь от курсанта до политрука. С 1939 года по 1941 год - на комсомольской работе в Гомеле и Бресте, где и встретил войну 22 июня. Участник боевых действий, политрук роты, командир батальона стрелковой дивизии. Дважды ранен. После госпиталя - комиссар Высших курсов усовершенствования командного состава РККА «Выстрел». В августе 1942 года отозван в распоряжение ЦК КПБ и утвержден секретарем ЦК комсомола Белоруссии. Через месяц направлен в тыл врага как представитель Центрального штаба партизанского движения для мобилизации молодежи на борьбу против оккупантов в Минской, Пинской, Полесской, Могилевской, Брестской областях.

Создавал комсомольские организации в партизанских отрядах и лесные школы для обучения детей. При этом действовал самостоятельно, часто преодолевая нежелание партийного руководства. Участвовал непосредственно в боевых операциях, в подрывах мостов и так называемой «рельсовой войне». В конце 1943 года вернулся в освобожденный Гомель.

С июня 1944 года - второй секретарь ЛКСМБ, затем - первый (1947 г.).

С 1949 года Кирилл Трофимович работает в партийных комитетах: сначала в Минском городском (вторым и первым секретарем), затем три года Первым секретарем Минского обкома. Это были годы восстановления и строительства промышленности и сельского хозяйства.

Много позже, размышляя о том, как это было, он напишет: «Объем работы был так велик, а организаторов так мало, что не перестаешь удивляться: как мы со всем этим справлялись?!»

В конце июля 1953 года, в 39 лет, его назначают Председателем Совмина Белоруссии, а через три года избирают Первым секретарем ЦК Компартии республики.

При непосредственном участии Кирилла Трофимовича был разработан и осуществлен план развития машиностроительной, химической, электротехнической, приборостроительной, радиоэлектронной, легком и пищевой промышленности, создана мощная строительная индустрия.

Были расширены действующие и построены новые электростанции - Березовская и Лукомльская, построены два калийных комбината и фабрики по производству калийных удобрений, Новополоцкий и Мозырский нефтеперерабатывающие заводы. Построены новые школы, стадионы, больницы, гостиницы, с нуля - заводы автоматических линий,