Нелинейная зависимость - Дмитрий Янковский

Нет, Андрею снилась другая премия, пусть в сорок раз меньшая по деньгам, но зато с куда большими перспективами. Как бы не бились, как бы не старались люди, подобные Скотту оживит Франкенштейна по имени Обыкновенный Компьютер, он уже умер. Будущее точно за квантовыми машинами, а если их не придумать, но никакое повышение быстродействия классических вычислений не выведет человечество из тупика. Тупик тупиком и останется, разве что чуть отодвинется вдаль. Но квантовый компьютер способен проломить стену этого тупика и вывести человечество на новые просторы.

Андрей привычно погрузился в грезы, представляя каких высот достигнет технология и прогресс, когда квантовый компьютер появится на рынке. Навигация, огромные базы данных, квантовые сети с умопомрачительным быстродействием… Оборонная техника, космос… Космос представлялся особенно часто – Андрей хотел дожить до тех дней, когда человечество действительно шагнет во Вселенную, а не будет барахтаться в околоземном пространстве, как дети в огороженном лягушатнике.

За окнами темнело, медленно наступала короткая летняя ночь. Отсветы автомобильных фар ползали по потолку – город не спал, ему было чем заняться после тяжелого дня. Шум успокаивал, замедлял мысли, пятна света действовали подобно хрустальному шару гипнотизера. Незаметно для себя Андрей погрузился в сон, но снились ему не космические корабли, а город, каким он виден из окна палаты. Город жил, двигался, перемигивался огнями, и в этом не было ничего удивительного. Андрею снилось, что он стоит у окна, но под пальцами не подоконник, а клавиатура компьютера, и мигание огней подчиняется нажатиям клавиш.

Странное ощущение возникло в этот момент, отчетливая близость разгадки чего-то важного. Андрей удивленно проснулся, но ощущение начало уползать, пришлось закрыть глаза и заставить себя заснуть, чтобы не потерять ускользающую ниточку. Сон снова принял в свои объятия, не стал жадничать, заново восстановил предыдущую сцену. Снова Андрей стоял у окна, опираясь пальцами на клавиатуру подоконника. Только окно теперь было не окном, а монитором, огромным и плоским, а освещенные окна домов были цифрами на экране. Ответом, точнее частью ответа. Хотелось прокрутить изображение дальше, но Андрей не нашел соответствующей кнопки.

Он проснулся, чувствуя на лбу холодные капли пота. Осталось ощущение утраты, словно Андрей мог, но не успел заглянуть за край самой важной тайны. А достаточно было лишь раздвинуть границы экрана, тогда бы все стало ясно.

Логика казалась безупречной, но уже через пару секунд она разрушилась вместе с остатками дремотного оцепенения. Что было бы ясно? На какую загадку был бы ответ? Андрей не знал. Осталось единственное ощущение необходимости заглянуть за край. За какой, тоже не было ясно. За край окна? Странно. Непонятно зачем. Хотя во сне как раз было понятно, и даже в первые секунды после пробуждения было понятно.

Андрей попробовал проанализировать саму картинку сна, и это у него получилось прекрасно – он стоял перед огромным монитором, на котором показывали ночной город, а под пальцами у него лежала клавиатура, с которой он мог управлять всем. Всем городом? Или всем миром?

Хороший сон.

– Жалко что кончился. – шепнул Андрей вслух.

– Слушай, ну сколько же можно бубнить! – пробурчал в темноте дядя Коля. – От тебя ни днем, ни ночью никакого спасения нет.

«Вот псих.» – с усмешкой подумал Андрей.

Он еще раз вспомнил сон, пытаясь уловить нечто осмысленное в изображении монитора. Явно была какая-то ниточка, но Андрей не знал, как ухватить ее ускользающий кончик. Тогда он привстал на постели и глянул в окно, тут же поняв, от чего во сне возникала столь удручающая напряженность. Вид из окна был узким. Оторванность фрагмента от целого сегодня напрягала сильнее чем раньше, хотя, покопавшись в памяти, Андрей вспомнил, что и раньше чувствовал дискомфорт от невозможности окинуть город единым взглядом.

Тут же вспомнился день девятого мая, когда Андрей прилетел на самолете в Москву. Было уже темно, лишь на западе розовела угасающая полоса заката, город сиял мириадами огней, слившихся в сплошные потоки света. Москва была похожа на гигантского светящегося паука, расползаясь в бездонную темноту пространства извилистыми проспектами лап. И вдруг, когда самолет уже заложил посадочную дугу над аэропортом, огни города ожили и ударили вверх цветными фонтанами, дрогнули, разлетелись дымными шарами, яркими цветами гвоздик и мерцающими трассами золотистого пламени. Андрей опешил, лишь через секунду сообразив, что это был залп праздничного фейрверка.

Тогда это зрелище настолько поразило Андрея, что он только его и запомнил, а другой возможности увидеть Москву сверху, целиком и ночью, не представлялось. Сейчас Андрей пожалел об этом. Хотя может оно и к лучшему, скорее всего раньше он просто не был бы к этому готов и все равно не понял бы чего-нибудь важного. Но теперь эта мысль овладевала Андреем все сильней и сильней, он даже за себя испугался, так оно походило на болезненную навязчивую идею.

За окном перемигивались огни, потоки машин выплывали из ниоткуда и скрывались в нигде, за границей оконных рам. Это злило, особенно когда Андрей попытался прикинуть, какой объем информации виден из окна, а какой скрыт за пределами видимости.

«Ладно.» – подумал он. – «Прежде чем развивать бредовые построения, можно хотя бы проанализировать видимый кусок. Не так просто, а математически.»

Он открыл «компакт» и включил подсветку экрана. Для начала он прикинул в уме простенькую программу на OPL, позволяющую перевести видимое расположение огоньков в двоичный код, а затем в привычные цифры. Начал писать.

Это заняло около полутора часов вместе с отладкой. В результате получился экран, рассеченный мелкой координатной сеткой, на которой Андрей собрался отмечать расположение освещенных и темных окон. Машины двигались слишком быстро, чтобы можно было успевать отслеживать изменения. Но пока можно обойтись и без них.

Запустив только что написанную программу, Андрей сел поудобнее и принялся заполнять координатную сетку черными квадратиками. Перенеся на экран вид из окна, он нажал ввод, фиксируя значения, затем дождался, когда погаснут одни окна, и зажгутся другие.

«Дурацкое занятие.» – подумал Андрей, но и эту картинку перенес на экран, сохранив в компьютерной памяти. – «Было бы удобнее применить фотоаппарат.»

Он представил, как с борта самолета фиксирует таким же образом состояние всего города. Бред конечно. Нереально. А вот сделать снимки, затем проанализировать их с помощью хорошей программы – это могло быть весьма интересным.