Недотрога для плейбоя - Анастасия Градцева

одеваешься на рынке или в сэконде. Пусть Царь за тебя заплатит. Хорошо попроси – он не откажет. Просить-то правильно умеешь, неопытная? Или рассказать, как надо?

В голове у меня зазвенело от ярости, а во рту неожиданно появился металлический привкус крови.

Мне кажется, после того ужасного дня, когда в квартиру к Кириллу завалилась эта компания и унизила меня, растоптав мою гордость и самоуважение, внутри меня что-то надломилось. Но, как ни странно, именно этот надлом как будто выпустил из меня другую Кристину – более злую и решительную. И это она в ответ на мерзкие слова Марго вздернула вверх руку с оттопыренным средним пальцем.

– Иди. Ты. Нахрен, – спокойно озвучила я.

В конце концов, я на этой фотографии не голая. Ну в полотенце – что теперь! Поржут надо мной немного и забудут. Денег этой твари я точно платить не собираюсь.

– Оу, – расхохоталась Марго, – а я смотрю, что наглость все же передается половым путем. Окей, малыш, я тебя поняла. Но не говори потом, что я тебя не предупреждала.

И с этими словами она развернулась и вышла из кафе.

– Круто ты её, – с уважением отметила Уля.

– Да…

Я обхватила руками плечи, меня начала бить дрожь. Несмотря на всю мою показную смелость, предчувствия у меня были дурные.

Первым звоночком стали незнакомые старшекурсницы в коридоре, которые, увидев нас с Улей, тут же зашептались, бросая на меня любопытные взгляды. Я вздернула подбородок и расправила плечи – еще не хватало показывать свою неуверенность. И вообще не факт, что это из-за фотографии. Может, просто одежда им моя не понравилась.

А потом я зашла в аудиторию, и группа встретила меня сдержанными смешками. Оказалось, что это гораздо неприятнее, чем косые взгляды незнакомых студенток. Мне казалось, что даже воздух в помещении пропитался чем-то мерзким и ядовитым. Ленка с Верой презрительно заулыбались, глядя на меня, Мишка издевательски засвистел, Дима заржал, как конь, Света закатила глаза и отвернулась, хорошо хоть Маринка смотрела на меня с плохо скрываемым сочувствием. Правда, и не вступилась…

Я старательно держала лицо, но к горлу уже подступала тошнота. Как это все противно. Как же хочется повернуться к ним спиной и убежать.

Уля сжала мою руку своей мягкой ладошкой, и меня немного отпустило. По крайней мере, я смогла добраться до парты и сесть, игнорируя любопытные взгляды одногруппников.

– Что, Крыська, можно тебя поздравить? – растянула губы в улыбке Ленка. – Получилось лечь под того, кого хотела?

– Повезло тебе с этим пари, – добила Вера, – иначе Царь бы на тебя и не посмотрел.

Они знали?! Они все это время знали или им рассказали про спор только сейчас? Господи, если окажется, что вся группа была в курсе и молчала, или еще хуже – делала ставки – то я слечу с катушек. Моментально. И меня прямо из универа увезут в дом с мягкими стенами. Ну потому что не имеет смысла оставаться нормальной в мире, где люди так поступают.

– Мне повезло? – хмыкнула я, обращаясь к Марго. Поразительно, сколько внутри нас таится скрытых ресурсов. Умирая от омерзения и ужаса, я тем не менее спокойно сидела и тянула скучающим тоном нужные фразы, как будто мне было плевать. – Скорее это повезло Цареву. В кои-то веки ему досталась чистая невинная девушка, а не та, что побывала в постели у половины города. Да, Лен?

– Дрянь! – она моментально поменялась в лице и злобно зашипела. Если бы не вошедший в аудиторию преподаватель, Ленка наверняка вцепилась бы в меня своими длинными ногтями, а так ей пришлось на время угомониться.

Но не прошло и пяти минут лекции, как мне на телефон упала картинка – скриншот экрана. На нем была закрытая группа Вконтакте нашего факультета, она называлась «Подслушано на ФИЯ». Я там была пару недель, потом удалилась – слишком много грязи и неприятных сплетен. А вот теперь одной из таких сплетен была я, вернее, моя фотография, любезно выложенная каким-то анонимом (и я даже догадывалась, каким). Кадр получился на удивление четким: мое красное растерянное лицо, руки, впившиеся в край полотенца, которое настолько мало меня прикрывало, что каждому было ясно – на фото я голышом. Совсем интимных подробностей я не заметила, но и приличным этот ракурс никак не назовешь. Подпись под фотографией так вообще была за гранью добра и зла. Хорошо, что хотя бы комментариев к посту мне не было видно, этого мои нервы могли уже не выдержать.

Да уж, из этой группы фотка моментально разлетится по всему факультету, если не по всему университету.

Я почувствовала странную обреченность.

Телефон снова мигнул, и мне пришла еще одна картинка: на этот раз какой-то мерзкий пошлый мем, сляпанный на коленке с помощью все той же моей фотографии и идиотской подписи к ней. А судя по тому, как сладенько улыбнулась Ленка с задней парты, все это прислала мне она. Что ж, спасибо. Хотя бы буду в курсе. Молча показала этот ужас Уле, она приглушенно ахнула, тут же зажав рот ладошкой, чтобы не спалиться перед преподавателем. И только она потянулась к моему уху, чтобы что-то шепнуть, как дверь аудитории распахнулась.

– Professor Denisov, the secretary is asking Lapshina to come at once (Студентку Лапшину просят пройти в деканат) – раздался невозмутимый голос Кирилла, и как бы я ни была на него зла, все же на мгновение заслушалась низким чувственным голосом и тем, как идеально он выговаривал английские слова.

Преподаватель аж засиял, услышав безупречное британское произношение, и кивком головы отпустил меня. Пришлось идти, хотя я готова была поспорить на миллион, что ни в каком деканате меня не ждали. Я вышла вслед за Кириллом из аудитории, но не успела прошипеть даже «Какого хрена?», потому что он моментально оказался очень близко и, глядя мне в лицо потемневшими от ярости глазами, горячо выдохнул:

– Кто? Кто из этих тварей тебя фотографировал?

– Марго, – пролепетала я, не ожидавшая такого напора. – Она и сегодня ко мне подходила, предлагала выкупить эту фотку…

– Убью, – коротко резюмировал Царев, развернулся и торопливо пошел по коридору, но через пару шагов оглянулся:

– Почему сразу