Их бесценная добыча (СИ) - Горячева Ирина

Несколько мгновений все мы трое молчали, глядя друг на друга. Затем мать Гаро, словно очнувшись, заключила нас в объятия.

— Очень рада познакомиться с тобой, Тина. Гаро так много всего о тебе рассказывал.

Я не знала, как относиться к этому знакомству с внезапно обретённой свекровью и тем более к её объятиям.

Она тискала меня так горячо и любовно, как будто я была для неё самым родным существом. А я всё это время думала, что же именно Гарорд мог поведать обо мне женщине, которая советовала ему убить меня ради убийства Арлеуса ди Торвуса.

— Мне казалось, вы уже были знакомы со мной раньше, — не удержалась я от язвительного замечания. — По крайней мере, так написано в письме, которое вы оставили для Гаро.

На её лице появилось удивление и недоумение одновременно. Малисса Торвус то ли не сразу поняла, о чём именно шла речь, то ли была поражена тем, что её сын открыл мне эту тайну.

— Ах, да, письмо… — Она выпустила нас с Гарордом из родственных объятий. — Совсем о нём забыла. Уходя от оборотня Динира Бахаса, я написала письмо для сына. Гаро должен был получить его в день своего совершеннолетия.

Я пронзила её пристальным взглядом. Малисса мне не нравилась. Я не могла объяснить свою неприязнь к ней. Но мои чувства были связаны не только с тем, что она использовала меня ради убийства своего брата.

Было что-то ещё.

Что-то недоступное пока моему пониманию.

— Вы знали мою мать? — почему-то спросила я у неё. И тут же почувствовала, как напрягся обнимавший меня Гарорд.

— Пожалуйста, говори мне «ты», — мило улыбаясь, попросила свекровь. — И нет, я не знала её. Когда я нашла тебя, ты была совсем одна. Ощутив в тебе Тень моего брата, я сразу догадалась, кто ты. Ведьма, избранная на роль будущей Королевы. Ты была опасна и могла освободить его. Но ты же была и его погибелью. — В голосе матери Гаро зазвенели холодные металлические нотки. — Ты могла пригодиться, чтобы однажды уничтожить моего брата. После передачи тебе моей магии, моя верная служанка стала твоей ведьмой-хранительницей. Она скрывала твой магический дар, пока была жива.

Я слушала Малиссу и понимала, что она говорила о женщине, которую я считала бабушкой.

Это было неприятно. Спустя столько лет узнать, что вся моя жизнь была насквозь пропитана ложью. Что бессмертный псих и бессмертная стерва распланировали не только мою жизнь, но и мою смерть. А единственная, кого я когда-то искренне любила, была лишь прислугой, приставленной, чтобы присматривать за мной…

— Арлеус ди Торвус показывал мне могилу… — вспомнив сейчас тот день, я вспомнила и то, что не слишком поверила в смерть своей свекрови. — Выходит, это был морок?

До меня отчего-то только сейчас дошло очевидное. Малисса ведь тоже должна была быть бессмертной. Это бессмертие, похоже, всем Торвусам давала родовая магия.

— Видишь ли, Тина. — Мать Гарорда развернулась, отошла на несколько шагов и устало опустилась на край кровати. — Я отдала тебе почти всю свою магию, оставив себе лишь малую её часть. Только чтобы хватило вернуться в мир Теней. Без магии я была бесполезна для Арлеуса, потому что не могла выйти даже сама, не то что вывести его. Он забыл о моём существовании и занялся поисками Кубка и новой Королевы. Но со временем я заметила, что моя магия начала восстанавливаться. Тогда я и создала морок — свою могилу. Сама же ушла глубоко в темноту мира Теней и всё время скрывалась там. Пока меня не нашёл Гаро.

Я хорошо помнила тот день, когда бывший Король Теней привёл меня на могилу своей сестры. Я помнила, как на миг мне тогда показалось, что фигурка девушки на надгробии пришла в движение. Именно это натолкнуло на мысль о мороке.

Но неужели Арлеус ди Торвус не понял, что сестра обманула его? Или он не искал её просто потому, что уже знал обо мне?

— Малисса. — Я чуть пошевелилась в объятиях Гарорда, но он лишь сильнее прижал меня к себе. — А разве твой брат не должен был почувствовать родственную магию?

Малисса взглянула на меня, изогнув брови, а потом почему-то засмеялась.

— Должен был. Но как у тебя есть особый магический дар, так он есть и у меня. Я могу скрывать следы применения магии.

Теперь за моей спиной пошевелился Гаро. Он чуть ослабил объятия и развернул меня лицом к себе.

— Тина, пожалуйста, прости нас за всё. За недомолвки. За обман. За то, что использовали тебя. — Гаро обхватил моё лицо ладонями и прильнул лбом к моему лбу. — Я не мог рассказать. Если бы мой дядя узнал обо всём раньше времени, он уничтожил бы или подчинил тебя.

Я помнила, как Гарорд обещал, что всё-всё объяснит мне позже. Видимо, он решил, что пора открыть свои последние тайны…

— Ты уже говорил, Гаро, — напомнила я ему. — Я долго не могла принять и простить твои поступки, но со временем многое меняется и приобретает иной смысл.

— Всё, что я делал, имело только один смысл. Обезопасить тебя.

Он смотрел на меня таким искренним и чистым взглядом, что я не усомнилась ни в едином его слове. И просто позволяла говорить, слушая его голос.

Малисса Торвус, казалось, вообще ушла в себя и в какие-то собственные мысли. Она так и сидела на кровати, уставившись в одну точку немигающим взглядом и не вмешиваясь в дальнейший разговор.

— После твоей коронации ты принадлежала только Королю и была неприкосновенна для его подданных, — продолжал Гаро изливать душу. — Я учил тебя противостоять теневой магии, на случай, если кто-то из Теней всё же попытался бы навредить до того, как я надел на тебя корону. Моя любовная магия в тебе не позволяла дяде подчинить тебя и прочесть мысли.

— А письмо? — вспомнила я вдруг. — Почему ты дал мне его целиком, но при этом попросил прочесть всего одну страницу?

Гаро усмехнулся, но его усмешка имела лёгкий оттенок грусти и сожаления.

— Потому что знал, что после моих слов ты точно прочтёшь его всё. Я хотел, чтобы ты знала, что Король Теней освободиться, только если ты сама того захочешь.

— Ты чёртов манипулятор, — прошипела я ему в лицо. Уже без прежней злости и обиды.

— Ты была права, я манипулировал всеми. Я знал, что дядя услышит наш разговор и в пылу ненависти, забыв о том, что я бессмертен, попытается убить меня. — Он на мгновение замолчал, а потом добавил чуть тише: — И я знал, что ты не допустишь этого, потому что любишь. Но даже если при этом всём, ты не могла умереть.

— Почему? — Едва я успела задать этот вопрос, как меня будто осенила догадка. — Кулон, который ты мне передал…

Гаро кивнул, подтверждая мою правоту.

— Я вложил в него все виды магии, которой обладал и которые могли помочь. Я вложил в него даже часть своей жизни. А все теневые маги…

— Бессмертны, — закончила я вместо него. И тотчас поймала себя на мысли: означало ли это, что вместе с жизнью Гаро я получила и его бессмертие?

— Когда магия моего дяди прервала твою жизнь, с ним тоже было покончено. Тогда я раздавил оболочку кулона и влил в тебя всю магию, что была в нём. Включая бессмертную жизнь, — завершил Гарорд свой рассказ, ответив заодно и на мой безмолвный вопрос.

— Так и быть, Гаро, я подумаю о том, чтобы простить тебя, — сжалилась я над своим бессмертным мужем. Хотя на самом деле давно уже простила его. Но ведь слегка помучить провинившегося любимого, это так заманчиво.

— Тебя всё ещё что-то смущает? — Гаро убрал руки от моего лица.

— Только одно, — пожала я плечами. — Не представляю пока, как буду жить на два мира и на две семьи.

— Тебе и не придётся, — моментально ухватился Гаро за эту мысль. — Если ты пожелаешь, мы можем стать одной семьёй и жить втроём. Как было раньше.

— Я хочу, Гаро. Только как быть с миром Теней? — вскинулась я резко. — Ты теперь Король! А Король не может покинуть это место. Если только не передумал и не решил разрушить его, убив всех своих подданных.

— Милая, я думал об этом. Но моя мать наотрез отказалась покидать мир Теней и возвращаться к людям.

— И как тогда нам быть? — развела я руками.