Ангел - Джоанна Линдсей

Она пропустила его слова мимо ушей. Зато их не пропустил Р. Дж.

— Кончай, Фрейзер, — приказал он и добавил, обращаясь к Касси: — Что ты на этот раз задумала, малышка, черт бы тебя побрал?

Он произнес это с такой злостью, что Кэтрин, которая только что закончила разрезать путы на Моргане, резко подняла голову:

— Выбирайте выражения, когда говорите с моей дочерью!

— Так это ваша дочь?! Вот это да! Только вы что-то припозднились, леди! Надо было раньше приехать и приструнить свою дочку. Черт, вам надо было...

Продолжить Р. Дж. не удалось.

— Выбирай выражения, когда говоришь с моей женой и моей дочерью! — рявкнул Чарлз и, подойдя к Р. Дж., заехал ему кулаком в челюсть. Тот отступил на пару шагов, потряс головой, а потом удивленно и укоризненно уставился на отца Касси.

— Зачем это, Чарли? За что? Я думал, мы Друзья.

— После того, что ты проделал с моей дочерью?! Да я готов тебя на куски разорвать! Что ты на это скажешь?!

— А что говорить-то? Мне теперь только и остается, что спрашивать, что она на этот раз придумала.

Фрейзер тут же повалился на копну сена в приступе беззвучного смеха. Никто не обратил на него внимания, кроме Касси, но и та даже не посмотрела в его сторону. Нельзя допустить драки между отцом и Р. Дж. Только этого сейчас не хватало!

— Папа...

Но он ее не слышал, он сам продолжал говорить:

— Что бы она ни придумала, это не имеет никакого значения, Р. Дж., и ты прекрасно это знаешь!

Р. Дж. предостерегающе поднял руку, когда Чарлз сделал еще один шаг к нему:

— Послушай, успокойся, Чарли. Я не собираюсь с тобой драться.

Он произнес это таким тоном, словно ему совершенно наплевать на все происходящее, в том числе и на ярость Чарлза. А тот снова занес кулак, и Р. Дж. поднял руки, закрываясь от удара. В этот момент Ангел выстрелил поверх их голов. На мужчин посыпались пыль и щепки. Все обернулись ко входу. Ангел спокойно засовывал свой револьвер в кобуру.

— Мне очень жаль, что я испортил вам все удовольствие, — произнес он, как обычно растягивая слова. — Но уж если дело здесь дойдет до драки, то драться буду я.

Он посмотрел на Чарлза и добавил:

— Если бы то, что сделал Маккаули, заслуживало наказания, я бы давно его убил. Так что успокойтесь, мистер Стюарт. Ответственность за Касси пока что лежит на мне, а не на вас. И собрались мы тут только потому, что она желает сказать всем присутствующим пару слов.

Чарлз опустил занесенный было кулак и неохотно кивнул, хотя и бросил при этом на Р. Дж. такой взгляд, который яснее слов говорил, что они еще потолкуют. Кэтрин Стюарт вышла вперед и встала рядом с Касси:

— У меня складывается впечатление, что мне просто позабыли объяснить, что же здесь все-таки происходит, в этой милой компании. Не будешь ли ты добра сказать мне, отчего это так зол твой папа и почему этот наемный охранник полагает, что несет за тебя ответственность?

— Он мой муж, — прошептала Касси.

— Он твой... Кто?! — взвизгнула Кэтрин.

— Мама, пожалуйста, не вмешивайся, сейчас не время объяснять.

— Черта с два, не время!

— Мама, прошу тебя!..

Кэтрин наверняка сказала бы еще что-нибудь, но ее остановило выражение лица Касси. На нем была написана такая упрямая решимость, какой Кэтрин еще никогда не доводилось видеть у дочери. Касси попросту не собиралась вступать с ней в спор, что бы Кэтрин ни сказала или ни сделала.

Кэтрин, конечно, была не из тех, кто просто так сдается, но сейчас она решила уступить:

— Хорошо. Но как только ты покончишь с этим делом, мы поговорим.

— Хорошо, — ответила Касси и, глубоко вздохнув, обернулась к Р. Дж. и Дороти.

— Я уже пыталась извиниться перед вами, но теперь не буду этого делать, потому что затеяла все это с самыми добрыми намерениями, что бы вы о них ни думали. Я считала, что брак между вашими детьми положит конец вражде, в которой вы пребывали столько лет. Так бы оно и было, но вы не пожелали, чтобы это произошло, не так ли? И что самое смешное, в обеих семьях всех детей воспитали в ненависти друг к другу, а они даже не знают, откуда все это пошло и с чего началось. Отчего бы вам не рассказать им, как это началось?

Р. Дж. даже побагровел от такого предложения. Дороти просто отвернулась, наотрез отказываясь продолжать разговор на эту тему.

Касси вздохнула:

— Вы оба жутко упрямы. А вам никогда не приходило в голову, что это ваше упрямство идет во вред вашим собственным детям, по крайней мере, Дженни и Клейтону? Если бы вы, родители, просто оставили их в покое, все закончилось бы счастливым браком. Вам что, еще не ясно, что они оба теперь несчастны?

— Мой сын вовсе не страдает! — взорвался Р. Дж. — И я не собираюсь от тебя ничего выслушивать, деточка! Так что лучше пусть этот твой муж откроет дверь!

— Еще не время, мистер Маккаули. Вы силой заставили меня выйти замуж, а я всего лишь силой навязываю вам непродолжительную беседу.

В ответ Р. Дж. повернулся к ней спиной. Касси стиснула в отчаянии зубы. Но она прекрасно знала, против кого идет. Ей никогда в жизни не попадались такие тупоголовые, такие капризные и такие упрямые люди. Прежде чем она успела сообразить, что бы такое сказать, чтобы преодолеть этот отпор, в разговор вступила Дороти Кэтлин. Очевидно, только что услышанное ее крайне удивило.

— Не может быть! Опять? Ты опять проделал эту глупость?

— Послушай, Дотти, — Р. Дж. явно хотел оправдаться, но она его тут же перебила.

— Брось эти «послушай, Дотти»! Ах ты, сукин сын! Ты что же, устроил еще одну свадьбу под дулом револьвера? Отвечай!

— На этот раз все было не так, черт побери! — заорал Р. Дж. — Она сама заявила, что он ее жених.

— И ты этому поверил? — воскликнула Дороти. — Такая невинная глупышка, как она, и этот безжалостный наемный убийца?

Ангел вздрогнул. Касси съежилась. Сыновья Маккаули в полном недоумении взирали на ссорящихся, в том числе Фрейзер, который теперь уже не находил в происходящем ничего смешного. Но Дженни Кэтлин, слушая перебранку, постепенно приходила в неистовство. Многие вещи, о которых она раньше имела лишь смутное представление или слышала краем уха, теперь вырисовывались гораздо более отчетливо.

— Что ты имеешь в виду под словом «опять», мама? — спросила Дженни, отходя от Клейтона, которого она развязывала, поскольку больше было некому, и вставая перед матерью. — Кого еще он силой заставил жениться?

Гнев Дороти тут же испарился, и она ответила, словно извиняясь:

— Это неважно.

— Правда? А не ты ли это была?

— Дженни...

Но Дженни продолжала гнуть свое:

— Я желаю знать, почему я не могу жить со своим мужем, мама. Всякий раз, когда я спрашивала тебя об этом, ты любыми способами уходила от ответа. Но на этот раз не выйдет. Так это была ты? Из-за этого началась ваша вражда?