Вершина - Зенна Хендерсон

Но девушка была настолько расстроена, что чуть было все не испортила. Она, заметив знак, прервала Джестокоста на средине соболезнующей речи и довольно громко воскликнула:

— Это вы мне?

Но Джестокост сумел выйти из положения.

— Да-да, я имею в виду именно тебя, Си-мелл. Ты являешься достойнейшей наследницей отцовской фамилии. Именно к тебе обращаемся мы в эту горестную минуту скорби и печали. Кого еще я мог иметь в виду, когда сказал, что Си-макинтош никогда ничего не бросал на полпути и все доделывал до конца? Поэтому и умер он, бедняга, от вечного беспокойства своей большой души, близко принимавшей все боли окружающих его. До свидания, Си-мелл, я возвращаюсь в свой офис.

Она приехала к нему через 40 минут. Джестокост смотрел на Си-мелл в упор, внимательно изучая ее лицо.

— Это очень серьезный день в твоей жизни.

— Да, мой Лорд, и очень печальный.

— Я не имел в виду смерть твоего отца и похороны. Я имел в виду будущее, которое ожидает нас — тебя и меня.

Ее вертикальные зрачки стали круглыми от удивления. Раньше Си-мелл не видела его среди других Лордов. Для нее он всегда был большим начальником, имевшим свободный доступ во все уголки Земнопорта, который часто встречал важные делегации из других миров и который, помимо прочего, руководил Бюро Церемоний и Протокола. А она была всего лишь одной из очень многих девочек, задача которых состояла в том, чтобы развеселить прибывавших гостей и безропотно сносить все мелкие неприятности, связанные с этой работой. У Си-мелл была почетная профессия, как у гейш в древней Японии, — она не была проституткой, ее задачей был легкий флирт и приятная беседа с гостями.

Ничего не понимая, она, тем не менее, ответила Лорду Джестокосту таким же внимательным взглядом. Тот, однако, сидел с таким видом, что совершенно невозможно было угадать, что же крылось за его словами.

— Вы хорошо изучили мужскую психологию, — сказал Джестокост, уступая инициативу в разговоре девушке.

— Наверное, вы правы, — лицо Си-мелл выразило живой интерес. Она одарила Джестокоста улыбкой № 3 — манит, привлекает внимание мужчин., которой ее обучили в школе для обслуживающего персонала. Почувствовав, что сделала неправильный ход, она тут же сменила ее на стандартную вежливую улыбку. Не хватало, чтобы Джестокост подумал, что она корчит ему рожи!

— Посмотри на меня внимательно, — сказал тот, — и реши для себя, можно ли доверять мне или нет. Учти — тебе придется вверить свою жизнь моим рукам!

Си-мелл продолжала рассматривать Джестокоста. Что может связывать ее, недочеловека, и Лорда-Вершителя? У них нет ничего общего! И не будет…

— Я хочу помочь недочеловекам.

Она вздрогнула от неожиданности. Это была грубая лобовая атака и Си-мелл не ожидала от нее ничего хорошего. Но лицо Джестокоста было сама серьезность. Си-мелл замерла и ждала дальнейшего развития событий.

— Вы, недочеловеки, не обладаете достаточной политической организованностью, чтобы начать переговоры с людьми. Я не собираюсь предавать интересы человеческой расы, я просто хочу вам помочь. Если вы сейчас вступите с нами в переговоры, то обезопасите и улучшите свою жизнь.

Си-мелл перевела взгляд на пол, ее мягкие рыжие волосы словно шерсть персидского кота, красивыми волнами спускались на плечи, вниз. Ее зеленые глаза были похожи на человеческие, но могли отражать свет, словно зеркало. Наконец она, оторвав их от пола, метнула острый взгляд на Лорда-Вершителя.

— Что вам от меня нужно?

Джестокоста подобная резкость нисколько не смутила.

— Посмотри на меня. Посмотри на мое лицо. Ты веришь, ты веришь в то, что я не ищу никакой личной выгоды от тебя?

Она была потрясена.

— А что же можно от меня хотеть? Я девушка из обслуги, глупый недочеловек, получивший плохое образование. Вы, сэр, знаете больше, чем мне удастся узнать за всю свою жизнь.

— Возможно, — согласился Джестокост.

Она вдруг представила себя равноправным гражданином Земли, а не девочкой на побегушках, и от этих мыслей ей стало как-то неуютно.

— Кто? — неожиданно резко спросил Джестокост. — Кто твой руководитель?

— Комиссионер Тидринкер, сэр. Он занимается приемом гостей из других миров, — ответила Си-мелл, наблюдая за реакцией Джестокоста, который вроде бы вел двойную игру.

Лорда несколько озадачил подобный ответ.

— Я не его имел в виду. Кто твой руководитель среди недочеловеков?

— Для меня руководителем был мой отец, но он умер, — с достоинством произнесла Си-мелл.

— Прости меня… Садись, пожалуйста, — спохватился Джестокост. — Но я сейчас не об этом.

Си-мелл так вымоталась за день, что присев в кресло, совершенно забыла, что ее вид может выбить из колеи любого мужчину на весь день. Она была одета в униформу обслуживающего персонала, которая, когда девушка стояла, выглядела как довольно модное, но скромное платье. Но стоило Си-мелл присесть, как это платье так подчеркнуло все достоинства фигуры девушки, что равнодушным не остался бы и каменный столб. Для этих целей и шилась униформа девушек — обслуги.

— Я попросил бы тебя одернуть платье, — сухо сказал Джестокост. — Этот разговор слишком важен для нас обоих. Давай отбросим все лишнее.

Си-мелл испугалась его тона. Она совершенно не собиралась соблазнять Лорда-Вершителя. Нужно быть не Лордом, а круглым дураком, чтобы считать, что она способна на это в такой день… Просто у нее нет другой одежды!

Джестокост тут же все прочитал на ее лице. Он повторил свой вопрос, настойчиво направляя беседу в нужное русло.

— Девушка, я спросил тебя о твоем руководителе. Ты назвала своего начальника, потом — отца. А мне нужно знать руководителя твоей организации…

— Я не понимаю, что вы имеете в виду, — сказала Си-мелл. — Не понимаю…

“В таком случае, мне придется что-то предпринять”, — подумал Джестокост и, отбросив все недомолвки, медленно произнес, вонзая слова, словно кинжалы, в ее сознание:

— Кто такой Е-телли-келли?

Лицо девушки из светло-коричневого стало абсолютно белым. Она отпрянула от него, а глаза ее запылали, словно два костра.

“Как два пылающих костра… Ни один недочеловек не сможет меня загипнотизировать… — подумал Джестокост, ощущая, что начинает раскачиваться. — Ее глаза… как два костра…”

Комната пошла кругом. Он больше не видел Си-мелл. Перед ним в тумане ярко горели два глаза белым холодным огнем.

В этом огне возник человек. Его руки были похожи на птичьи крылья, хотя и заканчивались человеческими пальцами, Он был бледен до мраморной белизны, словно античная статуя. Глаза его были совершенно непроницаемы.