Маэстро, вы убийца! - Найо Марш

Стоило Найджелу войти, как Аллейн напустился на него:

— Как ты пронюхал о случившемся?

— Я был в Скотленд-ярде. Мне сказали, что вы ещё не возвращались, и тут я вижу: Фокс со всей братией усаживаются в машину, а за ними уже и фургон выезжает. Ну я, недолго думая, сигаю в такси и качу следом за ними. А что случилось? Воняет тут, как в помойке.

— Я впустил тебя только лишь для того, чтобы ты не тиснул какую-нибудь белиберду в свою бульварную газетёнку. Посиди в углу и не раскрывай рта.

— Ладно, ладно.

Аллейн обратился к остальным:

— Продолжайте. Не убирайте пока труп, Кертис.

— Хорошо, — кивнул доктор Кертис, протирая руки эфиром. — Рассказывайте, Аллейн. — Неужели этот бедолага и вправду наглотался азотной кислоты?

— Похоже, что да.

— Не лучший способ свести счёты с жизнью.

— Он не знал, что это азотная кислота.

— Несчастный случай?

— Нет. Убийство.

Глава 18

ОДИН ИЗ ПЯТЕРЫХ

— Мне кажется, — произнёс Аллейн, — что лучше начать вот с этого ящика.

Он посветил внутрь фонариком.

— Судя по всему, под этим тряпьём мы найдём глиняную модель скульптуры «Комедия и трагедия», заказанную Гарсии вестминстерским театром. Посмотрим мы её позже, когда Бейли проверит, нет ли на ящике отпечатков пальцев. Пока же основной вопрос следующий: каким образом ящик оказался здесь?

— Я предполагаю, что его доставили сюда в фургоне мисс Трой, — произнёс Фокс, прикрывая нижнюю часть лица носовым платком.

— По-видимому, да, Братец Лис. Свидетельств тому мы с вами обнаружили целую уйму. Да и количество израсходованного бензина тоже укладывается в эту версию. Однако все это удовлетворило бы нас только в том случае, если бы Гарсия, доставив груз сюда, лично возвратил бы фургончик в гараж Татлерз-энда. Теперь же дело обстоит совсем иначе. Очевидно, что фургончик доставил в гараж кто-то другой, кто предпочёл умолчать о содеянном.

— Может быть, всё-таки вернул его Гарсия, а сам затем возвратился сюда, в Лондон, воспользовавшись каким-то иным транспортом, — предположил Фокс.

— Не думаю, — покачал головой Аллейн. — Вспомните, в каком состоянии он пребывал вечером в пятницу. Не похоже, чтобы человек, одурманенный наркотиком и алкоголем, сумел бы без посторонней помощи подогнать к студии фургон, аккуратно загрузить в него скульптуру, привезти сюда, разгрузиться, в ту же ночь возвратиться в Татлерз-энд, а потом опять мчаться сюда на неведомом попутном транспорте. Другое дело, если кто-то другой, зайдя в пятницу вечером в студию и застав Гарсию в полубессознательном состоянии, предложил ему свою помощь. Этот человек мог сказать Гарсии, что сначала отвезёт его в Лондон, а затем сам пригонит машину обратно. Разве это противоречит каким-либо имеющимся фактам? По-моему — нет. Можем ли мы найти факты, подтверждающие эту версию? Думаю, что да. Бейли, вы уже осмотрели бутылку?

— Да, сэр. Я обнаружил на ней вполне чёткие отпечатки большого, указательного и среднего пальцев левой руки умершего.

— Очень хорошо. А теперь — взгляните на его руки. — Трупное окоченение уже прошло. Тело совсем дряблое — видите? Однако обратите внимание на разницу между левой и правой руками. На правой руке пальцы до сих пор слегка скрючены. Вот здесь на столе видно, где он пытался ухватиться. Вы уже сфотографировали, Томпсон? Хорошо. Трупное окоченение прошло и пальцы, как видите, обмякли. А теперь — обратите внимание на левую руку. Она совершенно расслаблена, а пальцы выпрямлены. Вот здесь, слева, на нижней поверхности кромки стола, остались четыре отпечатка. Они довольно смазанные, но жирные. Такое впечатление, что кто-то оторвал его пальцы от нижней поверхности стола в то время, когда Гарсия за него цеплялся. Вполне вероятно, что это случилось, когда тело несчастного содрогалось в спазмах.

— Да, похоже, — кивнул Фокс.

— Кстати, Бейли, вам удалось найти на столе отпечатки пальцев его левой руки?

— Нет, сэр.

— Значит, мы на верном пути. Давайте посмотрим теперь на чашку. По всей видимости, на дне её осталась азотная кислота, да и окружает чашку пятно, которое тоже, по всей вероятности, оставлено азотной кислотой. Бейли, что за отпечатки вы нашли на чашке?

— Все пять пальцев левой руки, сэр.

— Ага! — торжествующе воскликнул Аллейн. — Теперь посмотрите на эти следы на столе. Когда Гарсия сел за него, стол был покрыт густым слоем пыли. Обратите внимание — сколько пыли на рукавах. Очевидно, что пыль он стёр, когда резко взмахнул руками, сметя при этом со стола всё, что на нём было. Примерно так. — Аллейн приподнял обе руки мертвеца и провёл ими по столу. — Видите, следы в точности совпадают. А на полу разбросано всё, что он смахнул — инструменты скульптора, осколки тарелки, кюветки для гравирования и прочее. Вы согласны с этим предположением?

— Конечно, — подтвердил Фокс.

— Хорошо. Теперь обратите внимание на бутылку с чашкой — они стоят совсем рядом с ним, как раз там, откуда он их должен был неминуемо сбросить, взмахнув руками. Почему же они оказались здесь?

— Кто-то поставил их сюда после его смерти, — догадался Кертис.

— Правильно. — Аллейн посмотрел на доктора. — Что происходит, когда выпьешь азотную кислоту?

— Концентрированную?

— По-видимому, да.

— Последствия бывают скоротечны и ужасны. — Кертис поморщился. — Фактически мгновенный шок, а сразу за ним — неконтролируемые спазмы. Движения рук, о которых вы говорили, были конечно же чисто спазматическими — ни на какой осознанный поступок человек в таком состоянии не способен. К слову сказать, Аллейн, я не могу поверить, чтобы нормальный человек выпил азотную кислоту, не сознавая всех роковых последствий.

— Нормальный — да. А — одурманенный опиумом? Мучимый жаждой? Если он попросил воды, а ему дали кислоту?

— Это, конечно, чуть более вероятно, но все же…

— А если он спал на стуле, открыв рот, а кислоту ему влили насильно? — предположил Аллейн.

— Что ж, — Кертис пожал плечами, — тогда бы это все объяснило.

— Возможно, так оно и случилось, — сказал Аллейн. — Следы кислоты видны на всем лице. Взгляните также на его затылок. — Кертис и Фокс подошли вплотную к трупу. — Посветите фонариком, Фокс. Видите, волосы здесь и здесь вырваны. Несколько клочьев я нашёл на полу, позади стула. В конце одной прядки видны обрывки кожи. Как это объяснить? Я полагаю, что его держали сзади за волосы. Это подтверждается и следами, оставленными кислотой на его лице. Вот, взгляните — очевидно, что ручейки стекали изо рта по щекам и за ушами. Такое возможно только в том случае, если голова его была запрокинута назад. Станет ли кто-нибудь пить в такой неудобной позе? А теперь представьте, что кто-то сзади держит его за волосы и льёт в рот кислоту. Гарсия сразу испытывает дикий шок, он задыхается, судорожно дёргается, загребает руками, а кислота льётся и льётся. О Господи…

Послышался сдавленный звук.

— Выйди, Батгейт. Это зрелище не для тебя. Итак, — продолжил Аллейн, — пока все найденное указывает на то, что Гарсию убили. Напоив его кислотой, убийца затем оторвал его левую руку от стола и приложил пальцы к бутылке и чашке, которые поставил на стол. Кертис, через какое время должна была наступить смерть?

— Трудно сказать. Часов через четырнадцать. Может — больше, может — меньше.

— Четырнадцать часов! Проклятье! Тогда от наших выводов камня на камне не остаётся.

— Погодите, Аллейн. Сколько он мог выпить?

— Бутылка была наполнена доверху. Мисс Трой и мисс Босток сказали, что её наполнили только утром в пятницу. Пусть даже половина расплескалась, всё равно оставалось очень много.

— Тогда это меняет дело, — сказал Кертис. — Господи, даже представить страшно. В таком случае, если струю кислоты непрерывно вливали ему в рот, пока он сидел с запрокинутой головой, он мог умереть уже через пару минут из-за удушья, вызванного спазматической остановкой дыхания. Да, заметьте — части его лица, не обезображенные кислотой, имеют синюшный оттенок. Это свидетельствует об удушье. Я постараюсь как можно быстрее провести вскрытие и тогда скажу наверняка.

Когда они вернулись в Ярд, уже почти стемнело. Аллейн прошёл прямиком в свой кабинет. Фокс и непривычно молчаливый Найджел проследовали за ним. Аллейн уселся за стол. Фокс зажёг свет.

— Хотите выпить, сэр? — предложил он, кинув взгляд на Аллейна.

— Выпить нам бы всем не помешало. Не знаю, Батгейт, какого черта ты сюда притащился, но если тебя стошнит, то уж лучше не здесь.

— Нет, я уже очухался, — натужно улыбнулся журналист. — Я хотел с вами посоветоваться, как мне быть? Утренний выпуск…

— … пусть сгорит в геенне огненной, — закончил за него Аллейн. — Ладно, черт с тобой! Можешь рассказать своим акулам, что мы его нашли, однако напиши, что речь, по всей видимости, идёт о самоубийстве. Больше ни слова.

Найджел, рассыпавшись в благодарностях, помчался в редакцию.