Зачарованное сердце - Барбара Картленд

— Я не допущу этого! — рассвирепел Роберт.

— Если ты это сделаешь, — спокойно произнесла Микаэла, — я сбегу с Артуром. Могу тебя заверить, он готов взять меня на любых условиях — так уж случилось, что он в меня влюблен!

— Но он гораздо старше тебя, — принялась увещевать девушку Синтия. — Ты будешь несчастна. Он скучный, нудный закоренелый холостяк.

— Уверена, он станет для меня вполне приемлемым мужем, — притворно-застенчиво произнесла Микаэла.

Синтия тряхнула головой, словно хотела избавиться от наваждения и убедить себя, что она не спит.

— Микаэла, — взмолилась она, — не делай этого… Это ужасно! Это плохо… это грешно… безнравственно, наконец!

— Она и не собирается этого делать! — резко вмешался Роберт. — Я поговорю с Артуром Марриотом.

Он двинулся к двери, но Микаэла остановила его.

— Если ты это сделаешь, — сладко пропела она, — я расскажу Артуру правду о тебе и о себе!

— Что ты имеешь в виду?

Роберт повернулся, и Синтии показалось, что он похож на зверя, загнанного в угол.

— Думаю, мы с тобой отлично поняли друг друга, — медленно процедила Микаэла. — Я намерена выйти замуж за Артура Марриота, и тебе лучше не чинить мне препятствия!

К удивлению Синтии, Роберт сдался.

— Ладно, — произнес он. — Выходи хоть за дьявола, если хочешь!

Микаэла засмеялась, но отнюдь не радостно:

— Спасибо за благословение, от меня и от Артура. Свадьба будет через три недели. Ждать нет смысла. — Она направилась к двери и, подойдя к ней, уже оттуда пустила еще одну ядовитую стрелу: — Артур в гостиной. Уверена, вы захотите пожелать ему счастья!

Дверь за ней закрылась, и Синтия повернулась, чтобы взглянуть на Роберта. По нему было видно, как он страдает. Оставить его одного? Но интуиция подсказывала, что он в ней сейчас нуждается, как никогда прежде. Она подошла к нему. Он смотрел невидящими глазами в сад.

— Я сожалею, Роберт. — Голос ее был очень тих.

Роберт повернулся к ней.

— Полагаю, я это заслужил, — вздохнул он. — Но я верил, что смогу завоевать ее любовь, что смогу заставить ее доверять мне.

— Я сожалею, Роберт.

Синтия чувствовала, что больше ничего сказать не может.

— Я потерпел поражение, — продолжал Роберт. — Потерпел поражение там, где больше всего хотел преуспеть.

— Она слишком молода, — успокаивающе произнесла Синтия. Сев на широкий подоконник, она посмотрела на Роберта. Брови его были сдвинуты, лицо мрачное и злое. — Она слишком молода, — повторила она. — Думаю, всю свою жизнь Микаэла хотела любви, и теперь, когда ее отняли у нее, она в отчаянии…

— Да, она ненавидит меня, — кивнул Роберт. — Теперь я это знаю.

— Она так несчастна, — продолжала Синтия. — Она так же, как вы, очень глубоко чувствует, и, когда она чего-то хочет, она хочет этого всем своим существом.

— Да, она совсем как я, — согласился Роберт и добавил, как будто говорил сам с собой: — Я всегда хотел ребенка и, когда узнал, что он есть у меня, испытал счастье. Я не представлял, что все будет так… что у меня появится чувство одиночества и беспомощности.

— Она еще не вышла за Артура, — напомнила Синтия. — Может, мне поговорить с ним? Он должен понять, что Микаэла его не любит и что в ее обещании вступить с ним в брак есть на самом деле скрытый мотив.

Но, задавая этот вопрос, она ощущала, как сжимается сердце. Артур был упрям и тупоголов, и его упрямство не имело ничего общего с умом и мужественностью Роберта. Она чувствовала, как трудно будет заставить его понять истинную причину согласия Микаэлы.

Роберт покачал головой:

— Вы слышали, что она сказала. Если мы попытаемся вмешаться, она расскажет Артуру правду о себе и обо мне.

— Вы этого так боитесь? — удивилась Синтия.

Роберт беспокойно пошевелился.

— Есть вещи, которых вы не знаете, — ответил он, — и которых никто знать не должен. Они могут причинить зло… неизмеримое зло!

Синтии показалось, что она натолкнулась на каменную стену. В его словах была какая-то тайна. Она умоляюще взглянула на Роберта, но он не ответил на ее взгляд.

— Думаю, нам лучше пойти в гостиную повидаться с Артуром. Если они собираются пожениться через три недели, будет полно дел. Все нужно продумать заранее.

Слишком удивленная, чтобы ответить, Синтия последовала за ним в полном молчании.

Глава 19

Как будто мало было трудностей с Микаэлой, самодовольным Артуром и подавленным, совершенно непохожим на себя Робертом, так вдобавок ко всему вернулась Сара.

Когда Синтия получила ее телеграмму, доставленную всего за полтора часа до ее приезда на станцию, у нее вырвалось необдуманное восклицание:

— Это уж слишком! Она не может приехать сюда в такой момент!

— Кто не может, мисс? — спросила Грейс. Принеся Синтии телеграмму, она ждала, не будет ли ответа.

Поняв, что проговорилась, Синтия протянула телеграмму Грейс:

— Миссис Иствуд решила у нас погостить.

Служанка медленно, близоруко вглядываясь, прочла текст: «Прибываю в три часа сегодня. Надеюсь, будешь рада увидеть меня. Страстно жду встречи с тобой, дорогая! Сара».

— И нет времени, чтобы вежливо отказать, даже если найдется подходящая причина, — проворчала Синтия.

— Возможно, миссис Иствуд погостит недолго, — успокаивающе предположила Грейс. — Но это беспокойство для вас. Я только сегодня утром сказала Розе, что вам нужно хоть немного отдохнуть. Вы выглядите совсем измученной, мисс.

— Я в порядке, — рассеянно произнесла Синтия. — Вам лучше приготовить ей комнату, Грейс, и предупредите Розу.

Почему Сара захотела вернуться? Ее последнее письмо было полно восторгов о вечеринках, которые давались в ее честь в Лондоне, и она ни разу не упомянула, что хочет тишины и покоя сельской местности. Синтия чувствовала, что присутствие здесь Сары, беспокойной и жадной до развлечений, осложнит и без того напряженную обстановку.

Синтия бросила взгляд на часы — половина третьего! Она обещала Роберту, что будет в Бетч-Вейле около трех. Теперь же ей придется позвонить ему и сказать, что сначала она должна встретить Сару.

Она подняла трубку и назвала номер Бетч-Вейла. Через мгновение ее соединили, и дворецкий отправился искать Роберта.

Синтия с улыбкой подумала, какой дикой показалась бы ей несколько месяцев назад мысль позвонить Роберту Шелфорду вот так легко, так по-дружески. Но как изменился Роберт! Улыбка исчезла с ее губ, и она вздохнула.

Этот новый Роберт смущал и приводил в недоумение. Он был так спокоен, так не похож на себя самого, прежнего! Ей казалось, что безрассудное поведение Микаэлы лишило его уверенности, и он больше не бросал вызов всему миру, чувствуя себя, в глубине тайников своей души, побежденным и, возможно, даже униженным.