Бог хаоса - Рейчел Кейн

Майкл выключил рацию; какой смысл слушать то же самое во второй раз.

— Сколько в городе специально оборудованных убежищ? — спросил Шейн. — В университетских общежитиях, в университетском центре…

— На площади Основателя есть два, — сказал Майкл, — но сейчас проникнуть туда невозможно. Они заблокированы.

— В библиотеке.

— И в церкви. Там в подвале разместится человек двести.

И это все. Другие, не решающиеся остаться в своих домах, устремятся в ратушу.

Дождь ударил сначала в переднее стекло, а потом устойчиво забарабанил, набегая яростными волнами. Старые стеклоочистители плохо справлялись со своей задачей. Клер порадовалась, что не сидит за рулем. Она и при нормальной погоде была не слишком умелым водителем, а сейчас просто не понимала, как Еве удается различать дорогу.

А может, она и не различала ее. Может, вела машину наобум в надежде на везение.

На дороге были и другие автомобили, едущие в том же направлении. Клер посмотрела на экран сотового телефона.

Половина шестого вечера.

Шторм приблизится вплотную меньше чем через час.

— Ой-ой-ой! — воскликнула Ева, в последний раз свернув за угол. Перед ними открылось море красных задних фар. Сквозь грохот грома и стук дождя прорывались автомобильные гудки. Машины продвигались, но очень медленно, — У ограждения всех проверяют! Черт-те что!

Потом что-то произошло, и красные огоньки начали гаснуть один за другим. Теперь машины быстро двигались вперед. Большой черный седан Евы проехал мимо двух полицейских машин с мигалками, в красно-голубом свете которых стало видно, что заграждения отодвинуты и полицейские машут руками, торопя проезжающих.

— Это безумие, — сказала Клер, — Мы не сможем быстро удалить отсюда такую уйму народу. Сначала нужно помешать людям входить, а потом сказать, куда ехать вместо…

— Я выйду, — перебил ее Майкл, — Я бегаю быстрее, чем мы едем. Разыщу Ричарда. Они не посмеют меня остановить.

Может, так оно и было, но Ева попыталась запротестовать.

— Майкл, не ходи…

Она смолкла, когда он выскочил под дождь. В ослепительной вспышке очередной молнии было видно, как он мчится, расплескивая лужи и огибая автомобили.

Да, и впрямь он бегал быстрее.

— Ох уж эти тупые, упрямые бойфренды, да к тому же еще и вампиры… — бормотала Ева, продолжая двигаться с потоком машин.

Внезапно сбоку вынырнул грузовик и преградил им дорогу. Ева вскрикнула, попыталась затормозить, но мокрая дорога расплылась и была в отвратительном состоянии. Клер почувствовала, что автомобиль скользит, набирая скорость.

«Хорошо, что я пристегнулась», — подумала она.

Машина Евы неслась прямо на грузовик. Шейн, видимо чисто инстинктивно, выбросил руку, чтобы удержать Клер, а потом их всех с силой кинуло вперед, в точном соответствии с законами физики.

Больно!

Клер, пытаясь облегчить боль, прижала голову к прохладному стеклу, которое треснуло, но не разбилось. Отстегивая ремень безопасности, Шейн спросил, как она. Клер взмахнула рукой и промямлила что-то вроде «все нормально», хотя оценить реальное свое состояние в данный момент не могла.

Водительская дверца распахнулась, и Еву вытащили из машины.

Шейну удалось открыть свою дверцу самому.

Клер попыталась сделать то же самое, но ее замок, похоже, заело. Она тоже отстегнулась и полезла наружу через дверцу со стороны Шейна.

И, оказавшись под удивительно теплым дождем, поняла, что им грозят по-настоящему серьезные неприятности, поскольку мужчиной, приставившим нож к горлу Евы, оказался Фрэнк Коллинз, отец Шейна, законченный мерзавец и яростный ненавистник вампиров. Он выглядел в точности, как ей помнилось, — крепкий, грубый байкер в кожаной одежде и разукрашенный татуировками.

Он прокричал что-то Еве, но Клер не расслышала ни слова из-за грохота грома. Шейн перегнулся через багажник машины и схватил отца за руку с ножом.

Фрэнк ткнул его локтем в лицо, заставив отступить. Клер зашарила в кармане джинсов в поисках серебряного ножа, но он исчез — наверное, выпал в какой-то момент. Шейн между тем снова сцепился с отцом. Ему удалось отодвинуть руку с ножом настолько, что Ева сумела освободиться и уцепилась за Клер.

Фрэнк швырнул сына на капот машины и вскинул нож. Дождь стекал с его подбородка, похожий на серебристую бороду.

— Нет! — завопила Клер.

— Где вампир? — закричал в ответ Фрэнк. — Где Майкл Гласс?

— Ушел. — Шейн закашлялся — в рот ему попал дождь, — Папа, он ушел. Его нет здесь.

Фрэнк, казалось, впервые заметил, кто перед ним.

— Шейн?

— Да, это я. Отпусти меня, хорошо? — Руки Шейна по-прежнему были подняты. — Мир.

Фрэнк отступил и убрал нож.

— Хорошо. Я искал тебя, мальчик.

И потом он внезапно обнял Шейна; тот так и стоял с поднятыми руками и даже не попытался прикоснуться к отцу. Выражение его лица заставило Клер содрогнуться.

— Да, я тоже рад встрече с тобой, — сказал Шейн. — Хватит, хватит. Нам с тобой эти телячьи нежности ни к чему.

— Да, но ты по-прежнему мой сын. Кровь есть кровь, — Фрэнк подтолкнул Шейна к грузовику, мало пострадавшему от столкновения с машиной Евы, — Полезай.

— Зачем?

— Затем, что я так сказал! — закричал Фрэнк. Шейн стоял, молча глядя на него, — Черт возьми, мальчик, хоть раз в жизни сделай то, что я велю.

— Я большую часть жизни делал то, что ты велел, — ответил Шейн. — В том числе и предавал своих друзей. Больше этого не будет.

Фрэнк расхохотался.

— Похоже, ты упился колы до того, что готов пойти на самоубийство! — Он покачал головой, и во все стороны полетели дождевые капли. — Просто полезай. Я стараюсь спасти тебе жизнь. Там, куда ты так рвешься, тебе делать нечего.

Странно, но Фрэнк Коллинз казался разумным.

— Нам обязательно нужно туда! — прокричала сквозь шум дождя дрожащая, насквозь промокшая Клер. — Это очень важно! Если мы не сумеем пробиться, погибнут люди!

— Люди погибнут, да, — согласился Фрэнк, — Знаешь эту старую поговорку? «Нельзя приготовить омлет, не разбив яиц».

Интересно, на чьей стороне Фрэнк Коллинз? И понимает ли он, что им манипулируют?

— Есть план, — продолжал Фрэнк, обращаясь к сыну, — Во всей этой неразберихе никто не всматривается в лица, и металлодетекторы отключены. Мы захватываем контроль над зданием и наводим порядок. Вышвыриваем этих гадов из города, раз и навсегда. Мы можем сделать это!

— Папа, сегодня ночью все люди в этом здании погибнут. Нужно вывести их оттуда, а не загонять туда. Если тебя хоть немного волнует судьба идиотов, которые покупаются на твое революционное дерьмо, ты оставишь эту затею.