Ледяное сердце 2 - Ольга Романовская

Девушка встала, произнесла традиционные вежливые слова прощания, вызвавшие странную реакцию со стороны начальника:

- Ну да, чтобы было совсем по протоколу, осталось только добавить: да продлят боги годы главы Департамента иностранных дел и уберегут его от рук жителей сопредельных государств. Зара, это не официальный прием, поэтому Ваше

славословие не может вызвать ничего, кроме улыбки.

- А что, по-Вашему, я должна была сказать? - насупилась Зара; оттенок глаз качнулся в сторону цвета голубиного крыла. - С каких пор пожелание хорошего дня и выражения благодарности стали дурным тоном?

- Они и не стали, просто не к месту. Хватит препираться, Зара, до свидания. Можете вообще ничего не отвечать, -видимо, сочтя, что фраза прозвучала несколько грубо, граф поспешил добавить: - До свидания и по возможности приятно провести остаток недели. Уходя, будьте так любезны, позовите Сантора: он должен быть в приемной. Спасибо за детальный содержательный рассказ.

Остаток дня прошел за изучением эльфийского. Но глаза скользили поверх слов, поэтому дело не спорилось. Отложив книгу, девушка подошла к окну и уставилась на излучающий свет белый ковер на улице. В это время года темнело рано, и сумерки уже укрыли фиолетовым плащом крыши Айши.

Воздух был чист и свеж. Легкий морозец румянил щеки прохожих. Их тени змейками извивались по мостовым, постепенно сливаясь с окружающим пейзажем.

Краски угасающего дня блекли, уступая права черно-бело-синей гамме ночи.

Рэнальд Рандрин еще не вернулся, Апполина тоже припозднилась, возвращалась на обед и снова затерялась в пламени заката. Одна Зара бездельничала, слонялась по парадным залам дворца. Зимой в них особенно тягостно, порой кажется, что все люди на свете умерли, осталась только она.

Поняв, что с эльфийским сегодня ничего не выйдет, девушка решила прогуляться, навестить Бланш, справиться о ее здоровье. Они давно не виделись, подруге найдется, что ей рассказать, да и вряд ли у беременных много развлечений, на балы ее супруг точно не пускает. Зато у них другие радости.

Укутавшись в пушистых мех, Зара скользнула в ночь, ловя отблески уличных фонарей, прислушиваясь к звукам

погружающегося в темноту города. Снег приятно похрустывал под высокими сапожками на каблучке, пальцы переплелись в удобной муфте, заменявшей сумочку. Разумеется, она надела перчатки, но вечерние часы особенно промозглы, поэтому хотелось спрятать руки в чем-то теплом и мягком.

Скромный дом Мавери манил ровными квадратами света на мостовой.

Оглядевшись, девушка постучала молоточком в дверь и через пару минут уже сидела в гостиной вместе со школьной подругой.

Бланш немного изменилась: она немного пополнела, появился счастливый блеск в глазах, ну, разумеется, расплылась талия. Свой едва наметившийся животик сеньорита Мавери прятала под платьями с завышенной талией; Зара даже удивилась, что он у нее такой крохотный, но подруга с улыбкой просветила ее, что на четвертом месяце беременности главная примета 'интересного положения' едва заметна. Девушка кивнула и не преминула мысленно укорить Бланш за то, что та не спешила делиться с ней радостным известием. Значит, четыре месяца? Хорошо, допустим, неполных, но четыре! А подруга рассказала ей о грядущем прибавлении в семействе всего месяц назад. Да, об этом узнают не сразу, но не три же месяца пребывают в сомнениях! Слава богам, девушки давно не думают, что детей подбрасывают цветочные феи, так что Бланш даже чисто теоретически не могла не быть осведомлена о сути вопроса. В общих чертах, разумеется, но их бы вполне хватило, чтобы сделать верные выводы через полтора-два месяца. Или она боялась сглаза?

Не удержавшись, Зара спросила об этом Бланш.

- Просто я не была уверена, не хотела никого обманывать, -простодушно ответила сеньора Мавери. - У меня самой сомнения зародились только на исходе второго месяца. А потом я сходила к лекарю, и он обрадовал нас с Авестом такой замечательной новостью. Как ты думаешь, кто родиться:

мальчик или девочка?

- А ты сама кого хочешь?

- Девочку. Я бы наряжала ее в нарядные платьица, наняла бы ей разных учителей...

Сеньорита Рандрин отвернулась, чтобы скрыть выражение досады на лице.

И это говорит графиня Одели, с которой они некогда так весело проводили время? Дипломированная магиня! Все мысли вертятся вокруг мужа и будущего ребенка. Разом будто поглупела, превратилась в одну из тех женщин, которых она видела в деревне. Нет, как так можно: полностью растворятся в таких бытовых мелочах, ставить на своей жизни крест, неужели ей не хочется заниматься чем-то, помимо домашнего очага?

Неудивительно, что общение с Бланш теперь ей в тягость: они будто говорят на разных языках.

Нет, решено, сама Зара никогда не выйдет замуж и не опуститься до такого постыдного, с ее точки зрения, состояния.

Весь мир заключен в четырех стенах - это ли не страшный сон?

С трудом просидев у подруги пару часов и поужинав вместе с семейством Мавери, сеньорита Рандрин заспешила домой. На самом деле домой она вовсе не собиралась, просто нужен был предлог, чтобы уйти.

Девушка в задумчивости вышла к Шину, облокотилась о парапет моста, взглянула на блестящую ледяную полосу воды, впитавшей в себя лунный свет, и подумала, куда бы ей податься.

После этой истории с покушением всех интересует только одно...

Нет, ей нужен кто-то, с кем можно запросто поболтать о разных пустяках. Интересно, а Эйдан еще в городе? Безусловно, вампир - не лучшая компания для молодой девушки, но, по сути, у нее всего два варианта: Арилан или

Эйдан. До первого далеко идти, а второй - неизвестно где. Где вообще могут прятаться вампиры, наверное, на скотобойнях, но она не сунет туда нос даже под страхом смертной казни!

Прикрыв глаза, Зара мысленно позвала вампира, особо не надеясь на успех. Подождала минут пять - никакого отклика. Что ж, тогда она просто пройдется по Новому городу, на этот раз заранее заготовив парочку боевых заклинаний: печальный опыт многому ее научил.

Девушка углубилась в городские кварталы, радуясь тому, что темнота значительно сокращает процент приветственных поклонов со стороны прохожих, узнавших дочь Советника. Да и в Новом городе ее личность не столь известна. Она уже подумывала, чтобы повернуть обратно, когда заметила подозрительную тень, притаившуюся в сгустке мрака на перекрестке. Если бы на нее не упал отсвет открытой двери, Зара бы ничего и не заметила, никакого едва различимого контура фигуры.

Вариантов того, кто прятался в темноте, было немного: либо преступник, либо вампир. Проверить тоже было просто, особенно для магини: просто взять и осветить тот кусочек улицы. Раз - и всполох света прорывает густую вязкость ночи, выхватывая знакомый темный силуэт. Всего на мгновение, потому что в следующее он уже исчезает.