И пришел Лесник! 6 (СИ) - Лазарев Василий

— Плохо дело? — спросил я папашу Каца, тот только кивнул. Из глаза его брызнули слёзы. Я даже себе представить не мог, какую боль он сейчас испытывает и не теряет при этом сознание. А почему? — Ты можешь снять боль? Не отрубайся, Изя.

— Не, сам себе не могу, — Изя Кац сморщился от боли как чернослив. — Я не знаю почему. Спек, у меня в левом кармане. Коли…

Не мешкая я вколол ему лайт-спек. Вокруг нас стали собираться остальные. Плакса не плакала, но стояла с каменным лицом над папашей Кацем. После укола ему полегчало и под его руководством Лиана с Коброй начали перевязку. Рана оказалась не сквозная, как мне показалось изначально, но всё равно выглядела она ужасно. Неизвестно, где скорпион ковырялся своим жалом и сколько бактерий на нём было. Папаша Кац чертыхался, но после того, как самая сильная боль ушла смог заняться сам собой. Замерев, он закрыл глаза и знаками попросил не трогать его. В таком состоянии он находился несколько минут, после чего очнулся и взглянул на мир по-новому. Мы выдохнули, ему стало легче. Вообще знахари самый живучий народ, ведь вылечить самого себя намного проще. Все твои директивы выполняются тут же, ресурсы тоже под рукой, а учитывая дарованную Ульем регенерацию у них это получается лучше всего. Папаша Кац после получасового лечения подкрепился красной жемчужиной и выпил литр крепкого живчика. Щёки его порозовели, и он впал в забытьё.

— Кайфует, старичок, — заключила Лиана.

— Не хочешь также покайфовать? — выкрикнула страдающая Плакса со слезами на щеках.

— Всё нормально, он жив. Вот увидите он через пару часов встанет и снова нажрётся в хлам, — заверил её Череп. Так, собственно, и произошло.

Глава 25

Благодать

Скорпион оказался весьма зажиточным и разродился четырьмя жемчужинами. Двумя красными и двумя чёрными. По местным меркам мы были богаты как Крез, но это ещё было не всё. Кобра нашла имплант, расположен он был также нестандартно. Зажав его в руке, она не поняла его действия. К этому моменту очнулся папаша Кац, его рана на животе из дыры, куда проходил кулак затянулась до размеров мелкой монеты. Улей позаботился, чтобы не начался перитонит выведя всю грязь из тела. Изя залепил себя пластырем и встал на ноги. Немного пошатываясь, он прошёлся до поверженного скорпиона и обратно. Плакса не сводила очарованных глаз со своего возлюбленного и искренне радовалась тому, что папаша так быстро встал на ноги. Мы тоже разделяли с ней радость, без папаши Каца наше путешествие становилось невозможным.

— Перепугались? — папаша Кац подбоченился и хитро прищурился. — Небось похоронили уже меня, а я живой!

— Изя, тебе ли не знать, что с нами было. Кобре, вон вообще новую шкурку натянули, — сказала Лиана, — все прекрасно знали, что с тобой ничего не случиться. Так покудахтали для вида! Теперь ты знаешь, что такое кесарево сечение, старичок. Добро пожаловать в клуб рожавших.

— Ну ты… от вас не дождёшься сочувствия, — обиделся папаша Кац.

— Ну почему же, держи, — я передал ему красную жемчужину для поддержания здоровья и имплант. Череп попробовал его после Кобры и однозначно определил, что он просто создан для знахаря.

— Так, так, — Изя Кац сжал имплант, и мы все сразу почувствовали прилив сил. — Чуете? Он же для группы предназначен. То, что надо, но откуда?

— Как откуда, оттуда, — Плакса показала на тушу элиты.

— Папаша Кац, насколько я понял, скорпион своим имплантом поддерживал всю стаю, — объяснил Череп, — нам сказочно повезло, что Лиана их всех сожгла. Об этом овраге слагают легенды, как о непроходимом. Я уж не стал вас пугать, Лесник, тебе же сказали вчера, по-моему, то же самое?

— Я такие вещи не воспринимаю, — ответил я. — Для кого-то он непроходимый, а для нас дел на двенадцать ракет. Меня другое беспокоит, как боекомплект ей пополнить?

— Я поменял ей ранец от нейроманта из Петушков, — сказал Череп.

— А дальше?

— Надо искать ещё, — нашёлся генерал. — Что, папаша, имплант то будешь ставить?

— Замечтался, да, сейчас. Не знаю, как измерить прирост от него, это вы уже каждый сам решайте, но явно что не меньше двадцати процентов. По себе сужу.

— Тогда продолжим путь, нам до выхода на следующий стаб осталось пять километров и пока вулкан притих, предлагаю сделать марш-бросок, — я пошёл вперёд.

Через два часа пути по оврагу, засыпанного камнями, мы перешли границу кластера и оказались в Благодати. Хотя название стаба говорило само о себе, но такого я встретить не ожидал. По словам Лианы, побывавшей в прошлой жизни на Мальдивах, мы именно туда и попали. Ласковое солнышко над головой, мелкий песок, щебетание разноцветных птиц и тёплая прозрачная вода. Обилие пальм и других экзотических растений навевало мне что-то про райский сад. Яблок здесь не росло, зато были другие тропические плоды, их можно было просто срывать с ветки и есть. И это всё после угрюмых лабиринтов, холодных бункеров, тёплой тушёнки с сечкой и постоянной войны. Что здесь такое и почему спрашивать было не у кого, так как все наши здесь были впервые. По слухам Галатея никого отсюда не выпускала, обрекая на вечное блаженство. Какой нормальный человек побежит отсюда? Да, добраться сюда нереально трудно, но зачем бежать?

— Что, Лесник, думаешь зачем отсюда убегать? — спросил Череп. — Мысли я не читаю, если что, просто у тебя всё на лице написано. И об этом меня тоже предупреждали. О Благодати есть только крохи информации, и они все разнятся, но в одном сходятся. Здесь рай. А теперь подумай, кто может командовать в этом раю?

— Чудовище? — опередила меня Плакса.

— Вот именно. Да такое, что скорпион перед ней милый щенок. Не удивлюсь если он у Галатеи на полставки подрабатывал. Сейчас, пока мы ещё не пересекли границу города, можно повернуть назад.

— Не сгущай, лысый, — нарочито спокойно сказала Лиана. — Будет борзеть, расстреляю как заражённую.

— Я с вас хуею! Ты в курсе кто такая нимфа, тем более с двадцатилетним стажем? — уставился на неё Череп, как будто увидел в первый раз. — Она может просто поманить тебя пальчиком к себе, и ты с удовольствием вскроешься. Я уже говорил вам о Марго, так вот она была тоже нимфой, но только для заражённых. Её слушались такие экземпляры, которые могут вырезать Центр за полчаса полностью с его тремястами тысячами жителей. Противостоять ей могли на моей памяти только однажды и то его сразу порвала её свита. Галатея тоже самое только для людей. Но самое страшное не в этом. Марго была добра и без нужды никого не трогала, я имею в виду заражённых. Нолдов то мы крушили будь здоров! — Череп замолчал, видимо опять нахлынули воспоминания.

— Хорошо, а что известно о Галатее? — спросила Кобра.

— Ничего хорошего, — Череп продолжил, — она жила в Центре пока её не вычислили как нимфу. Галатея попала сюда сразу с Земли минуя предыдущие слои, что само по себе редчайшее явление. На втором слое много таких, но для третьего это уже сенсация. За два года у неё так и не открылся дар. Папаша Кац, наверное, встречал таких, когда дар застывает или никак не может проявиться?

— О да. Да что далеко ходить, у Лианы от сидения на одном месте второй дар застыл, — вспомнил знахарь. — Она мне сама рассказывала.

— Похожая история приключилась с Галатеей. Сам я, конечно, не был свидетелем тех событий, но в Центре стало происходить что-то странное. Один из ярусов полностью отказался подчиняться общему руководству, что само по себе непостижимо. До сих пор не вкурю, как можно жить в одном бункере и идти в разрез с остальными. Короче стали выяснять и докопались до первопричины. Им ещё повезло тогда, что нимфа только осознала себя. Пока это только были мелкие шажки, можно сказать проба пера. Галатея тогда была слабая и не могла командовать одновременно сотнями, а ведь именно столько понадобилось, чтобы утихомирить её. Но всё-таки нимфу скрутили и посадили под замок, назначив показательную казнь над ней через неделю. Но не учли, её с каждым днём возрастающей мощи. Она охмурила всю смену и её вывели за пределы бункера.