Петля - Сергей Александрович Арьков

и он вдоволь напился. Вода у людоедов оказалась удивительно чистой, без примеси грязи и ржавчины.

Помимо бутылки с водой Андрей прихватил небольшой моток проволоки, снял с одного из убитых ремень, а так же сменил свою лопату на трофейный топор. Тот был удобнее, острее, и куда больше походил на оружие, чем на сельскохозяйственный инструмент. Вырвав копье из людоедского тела, Андрей ветошью стер кровь с железного жала, и призадумался. Задерживаться на поле боя было глупо. В любой момент сюда могли нагрянуть товарищи перебитой им троицы, которые наверняка слышали крики. Следовало уходить, и чем дальше, тем лучше.

С направлением он определился быстро. Вверху поджидала пугающая неизвестность. Этот этаж был слишком опасен – здесь его станут искать в первую очередь. Путь вниз отдалял его от цели, но таил в себе наименьший риск.

Спустя секунду, Андрей шел вниз, перепрыгивая через две ступеньки. Нога все еще побаливала, но эту боль уже можно было терпеть. К тому же состоявшаяся победа окрылила его. Андрей никогда бы не подумал, что станет так сильно радоваться убийству, но вот, дожил и до этого.

Что интересно, не пришлось даже оправдываться перед самим собой, доказывать, что те трое точно были каннибалами. А если вдруг и нет, они все равно попытались бы убить его, в чем не было ни малейших сомнений.

Ни намека на угрызения совести или раскаяние Андрей не ощущал. Наоборот, ему хотелось похвалить себя за отлично сделанное дело. Кажется, впервые с момента попадания в лабиринт он поступил правильно. Прежде все выходило неловко, неаккуратно, криво, за что каждый раз приходилось расплачиваться собственным здоровьем. Но не теперь. Из напуганной жертвы неведомых сил, зашвырнувших его против воли в это ужасное место, он, наконец-то, превратился в полноценного борца за выживание.

– Акклиматизировался, – усмехнувшись, произнес Андрей, после чего покинул лестницу, углубившись в недра этажа.

Глава 19

Далеко от лестницы, в темном коридоре, в одной из его комнат, Андрей провел около часа, сидя на ворохе газет и прислушиваясь к тишине. Лабиринт вновь тонул в безмолвии, вновь казался абсолютно пустым. Андрей ждал, что с минуты на минуту услышит голоса и топот ног. Что товарищи убитых им людей неизбежно объявят на него охоту.

Но не произошло ничего.

То ли тела еще не обнаружили, то ли соплеменники любили своих погибших товарищей не настолько сильно, чтобы тратить время и энергию на месть за них.

При иных обстоятельствах Андрей предпочел бы отложить восхождение и вернулся в отвоеванное логово людоедов. Но судьба пропавшей Оли не давала ему покоя. Он прекрасно понимал, что если девушка угодила в лапы Племени, то ей не придется долго томиться в плену. Следовало на что-то решиться. Либо окончательно выбросить Олю из головы и забыть о ней, либо же предпринять некие действия для ее спасения. Инстинкт самосохранения больше тяготел к первому варианту, и еще недавно Андрей с удовольствием прислушался бы к нему. Но с недавних пор кое-что изменилось.

Прежде, при одной только мысли о загадочном и жутком Племени, его охватывал липкий ужас. Эта полумифическая банда людоедов внушала ему какой-то суеверный страх. Андрею она казалась неодолимой силой, от которой можно только прятаться или убегать. Но буквально час назад он опытным путем установил, что это совсем не так. Племя состояло из людей. Обычных людей. Возможно, во время большой облавы они представляли собой непобедимую силу, но застигнутые врасплох оказались относительно легкой добычей. Андрей вдруг понял, что Племя, стоящее на его пути к свободе, можно не только бояться. Его можно уничтожить.

Затея была достаточно дерзкой, но после недавней победы она не казалась невыполнимой. Пошарив рукой в рюкзаке, Андрей вытащил из него свой последний тюбик. Проверил тщательнее, дабы точно убедиться в том, что больше еды не осталось. И убедился. Его запас провизии подошел к концу.

Один тюбик. Он даст ему энергии часов на шесть. А затем за него возьмется еще один смертельно опасный враг. Враг, которого ни убить, ни запугать – голод.

Отсутствие пищи решило дело. Андрей даже не пытался тешить себя надеждой на то, что ему в скором времени повезет найти еще один контейнер. Он мог не найти клад и в течение месяца. Или вообще никогда. Поэтому следовало действовать решительно. И действовать сейчас, пока у него еще есть силы.

Андрей выдавил в рот содержимое тюбика, затем разрезал его ножом и вылизал изнутри. После чего поднялся на ноги, повесил на спину рюкзак, взял прислоненное к стене копье и направился обратно на лестницу.

Трупы лежали там же, где он оставил их. Не было заметно, чтобы кто-то прикасался к ним. Андрей миновал поле боя и остановился, прислушиваясь. Из его головы не шла мысль о возможной засаде. Но лабиринт был тих и казался безжизненным.

Он двинулся выше, по хорошо освещенным лестничным маршам, по пути не забывая посматривать под ноги и ворошить копьем мусор на ступенях. Этажи сменялись один другим, и в какой-то момент Андрею стало казаться, что он благополучно проскочит владения Племени, если уже этого не сделал. Но он не спешил расслабляться, и вскоре его бдительность оказалась вознаграждена.

Вначале он обнаружил первую ловушку, простую дощечку с набитыми в нее гвоздями. По причине своего примитивного устройства этот тип капкана был самым распространенным в лабиринте. Изготовить что-то более сложное и технологичное было затруднительно из-за нехватки материалов.

Дощечку Андрей не тонул. Он оставил ее на месте, аккуратно прикрыв той же газеткой, каковая скрывала ее изначально.

Через два этажа ему посчастливилось повторно – снова попалась доска с гвоздями. Андрея неприятно поразила частота ловушек. Как будто он приближался к чему-то. Возможно, к логову Племени. Даже после убийства троих местных и нахлынувшей на этой почве храбрости, Андрей не потерял голову настолько, чтобы прямым ходом идти в обитель плотоядной шайки.

И все же он продолжил свой подъем.

Через три этажа светлые пролеты закончились. Впереди вставала тьма. Андрей задрал голову, пытаясь рассмотреть вверху проблеск света, но там царила безнадежная чернота. Он не знал, сколь много этажей впереди погружены в темноту. Но зато отлично знал кое-что иное – в этой темноте его не ждет ровным счетом ничего хорошего.

У него не возникло ни малейших сомнений в том, что эта темная область образовалась здесь неслучайно. Кто-то намеренно разбил или выкрутил лампочки. А затем, и в этом тоже не было сомнений, устлал все верхние ступени сотнями ловушек.

Факел мог бы решить эту проблему, но старая