Ледяное сердце вкуса пряной вишни - Marfen

он, когда они въехали на лесную тропинку и замедлили ход, чтобы дать коню отдохнуть.

– Но куда же мы тогда направимся? – А-Яо повернула в его сторону голову.

Лань Мин взял небольшую паузу, чтобы подумать.

– Кажется, у нас с вами есть одно место, которое отыскать им будет сложнее, чем эту гостиницу, – наконец произнес он.

Путь к старому домику у подножия горы был не близок, поэтому они, как и в прошлый раз, ночевали прямо в лесу, греясь друг об друга. Пойманную мелкую дичь готовили очень быстро и на маленьком огне, чтобы дым не привлекал внимания. После остановок тщательно маскировали место пребывания. Лань Мин даже отлучался несколько раз, чтобы создать следы в других местах и пустить солдат по ложному направлению.

Лачуга за год успела ещё больше потрепать свои деревянные бока, но встретила путников закатным теплом, зазывая внутрь. В этот раз А-Яо со знанием дела принялась за уборку, ловко орудуя метлой и тряпками. Лань Мин возился на кухне, раскладывая заготовленную по пути еду.

Они вернулись к тому, с чего начали, будто и не было этих ужасных событий, а прожитый вдали друг от друга год не украл у них драгоценное время. Но, конечно же, в этот раз всё было иначе, оба чувствовали произошедшие с ними изменения.

Лань Мин видел, что А-Яо повзрослела. От той избалованной девчонки уже мало что осталось. Трагедия навсегда забрала у неё детскую взбалмошность, оставив печать не столько на внешности, ведь А-Яо была всё так же хороша, сколько на сердце, оставив неизгладимые шрамы.

А-Яо видела, что Лань Мин относился к ней сейчас не так, как раньше. Защищал не потому, что надо, а потому, что ему самому этого хотелось. А вечные льды, закованные в его глазах, наконец, подтаяли.

Они не знали, сколько пробудут здесь, но были благодарны старому дому за укрытие. Никто из них не думал, что вернётся в это место. Но оно само вернуло их, не спрашивая.

Глава 51

Весна в этом году задержалась в пути, поэтому вишня созрела позже обычного. Старое дерево в их маленьком дворике всё также плодоносило. Ягоды, как и прежде, были не такими крупными и сладкими, к каким А-Яо привыкла в отцовском поместье, поэтому она, поедая их из чаши, принесенной Лань Мином, слегка морщилась.

Лучи закатного солнца слали свой прощальный привет, окутывая слабым теплом и отражаясь золотым блеском в глазах. Тревога немного отступила и уступила место умиротворению. А-Яо и Лань Мин сидели на ступеньках крыльца, поедая ягоды и провожая этот особенный день.

Господин заботливо укутал её плечи в одеяло, она в ответ ему улыбнулась, согревая сильнее, чем полуденное солнце. Они были счастливы, что вновь, спустя столько времени, обрели друг друга. Сейчас у них было всё, а большего и не нужно.

А-Яо смотрела на Лань Мина, который рассказывал какую-то историю из своих приключений, но ничего не слышала. Внимательно рассматривая любимое лицо, отмечала в нем изменения, произошедшие за время разлуки. Новые морщинки вокруг глаз и небольшой шрам говорили куда больше, чем его слова.

Обычно такой сдержанный, сегодня он говорил, говорил… А-Яо смеялась над его шутками, даже если ничего не понимала. А он смеялся над А-Яо, когда она мило морщила свой носик, поедая кислые ягоды. Старая избушка, дерево с вишней и заливистый смех господина Чэня с госпожой Цзян заполнили целиком пространственно-временную материю этого вечера, оставив его в архивах вселенской памяти.

В какой-то момент рука А-Яо дотронулась до его лица, как будто желая удостовериться, что это был не сон. Лань Мин положил свою руку сверху, отчего по телу госпожи побежали приятные мурашки. Их глаза встретились где-то на перекрестке миров, заставляя взаимное притяжение томиться в ожидании. Тёплое одеяло упало с её плеч, а лед, разделявший их такое долгое время, наконец, окончательно растаял.

Лань Мин не выдержал первый, притянув второй рукой А-Яо к себе и прильнув своими губами к её, таким желанным. Она не стала сопротивляться, расплавившись в его объятиях, как восковая свеча. Их первый поцелуй был украден, поэтому сейчас они возместили его себе сполна.

– Госпожа Цзян, а давайте с вами поженимся прямо сейчас?

– Я согласна.

Без малейшего колебания он предложил, она без мгновений раздумий согласилась. Вечность должна была им обоим за время в разлуке. Сегодня они должны были собрать все долги.

В маленьком дворике под деревом вишни они поклонились небу, покойным отцу А-Яо и учителю Лань Мина, а затем друг другу. Она в свадебном платье, он в боевом ханьфу. С этого момента и во всех следующих жизнях они поклялись быть вместе, чтобы не случилось и кто бы им не мешал.

Подхватив свою госпожу на руки, Лань Мин занес её в их маленькое гнездышко. Для его могучего тела девушка ощущалась, словно лёгкое пёрышко. Он аккуратно вынул шпильки из её свадебной прически, освободив из металлического плена волосы, которые пушистым каскадом рассыпались по острым плечам.

Теперь уже супруг осторожно развязал пояс праздничного ханьфу, не спуская глаз с лица супруги. Алый румянец залил щёки А-Яо и она опустила глаза. Положив её аккуратно на кровать, Лань Мин снял с себя ханьфу и нательную рубашку. Его мускулы играли в свете закатного солнца, которое все ещё пыталось всеми силами оказать луне сопротивление.

А-Яо от волнения пробила дрожь. Ей было страшно и стыдно, но в то же время она очень хотела этого сама. Её тело пылало от вожделения. Лань Мин помог ей снять одежду, не торопясь, смакуя взглядом каждый новый открывающийся участок тела. Нежно дотрагиваясь до неё руками, поглаживал и целовал. Она расслабилась и отдалась во власть его рук и губ полностью, доверив всю себя.

Господин и госпожа Чэнь в этой маленькой старой лачуге делили не только кровать, но и общую любовь на двоих. Однажды потеряв, теперь были крепко связаны.

Ягоды вишни были такого же алого цвета, как и нити судьбы, скрепившие их сердца.

Глава 52

Солнышко ласково разбудило А-Яо своими лучами. Лань Мина уже не было в постели. Она зажмурилась и покраснела от воспоминаний о прошедшей ночи.

– Госпожа Чэнь, вы, наконец-то проснулись, – новоиспеченный супруг вошел в комнату. На нем опять была надета старая одежда из запасов предыдущих хозяев. – Жена, завтрак готов, – он слегка улыбнулся, когда назвал А-Яо женой.

Она сладко потянулась в постели.

– Будет лучше, если ты тоже наденешь что-нибудь из шкафа, – он сел на край кровати и дотронулся