Госпожа не-мертвых - Роман Г. Артемьев

становится исключительно выходец из обширного рода баронов Молинари. Исключения случались редко, хотя талантливые и ни с кем не связанные одиночки добирались до уровня начальников отделов.

Из глав департаментов назначались министры. Министры, в свою очередь, почтительнейше представляли список кандидатур, из которых Сын Моря выбирал канцлера, руководившего всем правительством.

Мог король назначить на пост канцлера персону, не фигурировавшую в списке? Запросто. Он, по букве закона, абсолютный монарх, обладатель безграничной власти, дарованной Ему богами. Поэтому канцлером он мог сделать кого угодно. Правда, новый глава правительства довольно быстро обнаруживал, что, хотя отданные им приказы со всем прилежанием исполняются, эффекта почему-то нет. По инерции телега государственного управления какое-то время ещё катилась, но с каждым месяцем всё медленнее и медленнее.

Пару раз получив управленческие кризисы, чуть не вылившиеся в полноценные гражданские войны, больше короли предпочитали не рисковать. Они действовали осторожно, при необходимости сначала проталкивая в министры лояльных лично им людей, а уже потом отправляя в отставку главу правительства. Таким образом, нового канцлера назначали из числа подходящих престолу кандидатур и в полном соответствии с традициями.

Не так давно Селеста пришла к выводу, что нынешний канцлер её не устраивает. До недавних пор больших претензий к нему не было — он не стремился вмешиваться в дела ночного рода или подконтрольных слугам вампиров структур. Сейчас ситуация изменилась. Госпожа старательно создавала условия, при которых крупнейшие религиозные организации будут вынуждены отправить своих представителей на запад, в идеале — на убой. Одной из помех на пути плана являлся канцлер. Значит, его надо убрать.

Господин Дарт занял свою должность по велению предыдущего Сына Моря свыше двадцати лет назад. С принятием властных атрибутов Валииром позиции канцлера несколько пошатнулись, но снимать его новый король не стал. По-видимому, посчитал, что рано. Поддерживающая графа Дарта разномастная коалиция из провинциальных дворян, ряда крупных торговых домов и религиозных сект, среди которых выделялись масштабами Святители Огня, могла организовать серьёзные неприятности молодому королю, поэтому тот решил не торопиться.

Валиира Второго Селеста прекрасно понимала, его нежеланию действовать резко симпатизировала. Но ей требовался канцлер, не связанный со Святителями крепкими узами. Не желающий оказывать им поддержку.

— Вы решительно настроены уничтожить Семиречье, госпожа, — заметил слушавший её выкладки Кальдеран. — Такая настойчивость удивляет и радует.

— Драконов надо давить, пока они ящерицы. В идеале церковники избавятся от наших безумных братьев. Если же вдруг не получится — подпортим репутацию крупнейшим сектам, ослабим их влияние на политику. Пока что мы не можем заняться Небесной Чистотой и Триадой, потому что к ним приковано внимание королевских служб. Радикалы вроде Марра-мечника или Белых Масок в данном вопросе несамостоятельны, они поступят так, как укажет «большая тройка». Зато ничто не мешает нам нанести удар Святителям, ослабив их поддержку на высших этажах власти.

— Это будет нелегко сделать. Канцлера не так-то просто снять.

Об убийстве речи не шло. Вампиры избегали совершать резонансные убийства, ведь после них всегда следовали облавы, гонения, стражники получали нагоняй от начальства и вспоминали о служебных обязанностях. На какие меры смертные пойдут, обнаружив труп представителя знати и когда следствие приведет к детям ночи, заранее предсказать вовсе невозможно. Поэтому, если дело касалось элиты, действовать старались деликатно.

— Понимаю, — согласилась Селеста. — Мы далеко не самый крупный хищник в лесу. Есть предложения?

— Ну, раз мы в сроках не ограничены, — с полувопросительной интонацией протянул разведчик, глядя на согласно опустившую веки госпожу, — и самим нам Дарта не скинуть, то можно помочь тому, кто скинуть может. Сын Моря наверняка желает поставить на должность своего человека.

— Безусловно. Сейчас из четырнадцати министров шестеро — люди короля.

— Ему нужно ещё самое меньшее двое, чтобы при голосовании получить устраивающий его список кандидатов. Процесс замены министров можно ускорить. Помните «Дело цветочниц»?

— Конечно.

К принятым на себя обязательствам Селеста относилась серьёзно, особенно если приняла их добровольно. Она не возражала, когда её называли аватарой темной богини, поэтому, исходя из её собственных понятий, должна выполнять приписываемые божеству обязанности. В частности, карать зло и вершить справедливость. Получалось не всегда, но она старалась.

Неверно считать, будто вампиры контролировали абсолютно всех поклонников Темного. Хватало сект, поклонявшихся наиболее разрушительным его ипостасям, действующих самостоятельно и в тайне от всех. Разумеется, их искали, находили, по возможности корректировали устав и включали в сплетенную ещё талейской разведкой структуру, при невозможности просто зачищали до единого человека. Однако иногда случались накладки.

Лет пятнадцать назад город всколыхнула серия исчезновений молодых девушек, торговавших цветами на набережной. Следствие велось не особо тщательно и закончилось бы ничем, не привлеки одна из цветочниц внимание довольно влиятельного лица, надавившего на городскую стражу. Те стали копать. Традиционно обвинили Ночную Хозяйку, чьи слуги в ответ негласно присоединились к поискам. Нашли кладбище с десятком обезображенных трупов, осмотревшие тела жрецы дружно подняли вой, обнаружив на коже символы темных культов.

Расследование перешло в руки «пауков».

Поймать верхушку секты так и не удалось. Даже Селеста, подключив свои ресурсы, не сумела узнать, кто входил в реальное руководство. Подозрения у неё, конечно, имелись, только проверить их было никак. Те, до кого она в принципе могла дотянуться, скоропостижно скончались, остальные либо бежали из страны, либо сидели настолько высоко, что им не посмели предъявить обвинения. Таким образом, пострадала только «мелкая рыбешка», после её показательных казней дело закрыли.

— Тогда под подозрение попал Гелиар Маталест, второй сын графа Улькона. Сейчас он руководит департаментом службы и кадров.

— Серьёзная должность.

Госпожа сразу поняла, на что намекает старейшина. В правительстве имелось несколько ключевых должностей, дававших огромное преимущество в аппаратных играх. Маталест занимал именно такую. Он, разумеется, принадлежал канцлеру с потрохами и выполнял его малейшие пожелания, помогая патрону осаживать конкурентов. Желая подняться вверх по карьерной лестнице, чиновники не чураются грязных приемов.

Положение канцлера неминуемо пошатнется, стань во главе департамента кадров чужой человек.

— Пять лет назад я сумел подвести к Маталесту агента, — продолжал Кальдеран. — Ничего компрометирующего тот заметить не смог. Вернее, кое-какой компромат есть, но для дворян это такие шалости, что на них никто внимания не обратит. Зато он обратил внимание, что примерно раз