После жизни - Vivian2201

нюансы. Например, я понимал, что женщины, да и подростки, бывают разные. Некоторые из них заслуживают даже не кинжала в сердце во время мистерии, а многочасовых пыток, ибо за их юной милой внешностью порой скрываются действительно омерзительные поступки, порой приводящие к серьёзным проблемам у вполне нормальных людей.

Подобный случай имел место во время одного из недавних дел, которым меня отправил заниматься Серый. В процессе расследования выяснилось, что якобы изнасилованная тринадцатилетняя девочка в действительности оказалась ещё тем «цветочком». Она «гуляла по рукам» с одиннадцати лет, а потом, когда её семья переехала в Тайко с западного побережья, спасаясь от кредиторов, с деньгами стало совсем туго. Тогда-то «милый ребенок», не оставив своих привычек, придумал гениальный ход – начать шантажировать молодого мужчину-учителя в собственной школе. Да ещё и обстоятельства оказались удачными – беременность малолетней шантажистки. Однако, педагог угрозы сопливой девочки всерьёз не воспринял и попросту послал. Если бы он знал чем всё обернётся… Возможно, ему удалось как-то подготовиться или скрыться на то время, пока малолетка не родит. Всё же, учитывая её тогдашнего дружка, возможность доказать свою невиновность просто ткнув пальцем в цвет кожи новорожденного была более чем возможна.

Увы, но всё произошло так, как произошло. Милая внешность, опущенный взгляд, слёзы и скромное платьице сделали своё черное дело. Парня двадцати шести лет попросту засудили. Присяжные не приняли во внимания ни репутацию, которой успела обзавестись девочка в школе, ни показания свидетелей, о том, что бедолага в ночь «изнасилования» вообще находился с друзьями в баре, ни характеристики учителей. Им было плевать на всё это. Итогом стали двадцать лет в колонии строгого режима.

Суд города апелляцию отклонил, оставив решение первой инстанции в силе, после чего вчерашнего учителя перевели из следственного изолятора в тюрьму. Это и стало для него окончательным приговором. Статья, по которой его осудили, не оставила бедолаге шансов.

Мать и жена парня обратились в наше агентство в поисках помощи. Собственно, мы смогли найти доказательства – собрали показания подростков из неблагополучных семей, с которыми постоянно крутилась девочка. Они достаточно цветасто и подробно поведали о том, чем занималась «жертва изнасилования» в ночь, когда её якобы совратил и растлил школьный учитель. Затем, адвокат парня добился пересмотра дела в суде штата, но…

К тому моменту как было назначено первое заседание было уже поздно. Парня нашли в его камере повесившимся. Его мать и адвокат добились независимой экспертизы и вскрытия, которые показали, что его неоднократно избивали и насиловали. Да и тюремные татуировки, говорящие о не самом лучшем его положении в тамошней иерархии, говорили сами за себя. В колонии он пробыл меньше полугода.

Спустя ещё полтора месяца у малолетней шантажистки родился сын… Темнокожий. Увы, но наказать её по закону не выходило – уголовная ответственность наступает с восемнадцати лет.

Тогда я впервые убил ребенка. Собственно, от моей руки лишились жизни не только эта малолетки, но и её родители, брат и сестра, а потом и сын. А мой Учитель, что обеспечил прикрытие расправы от ненужных свидетелей с помощью магии, только ухмылялся. В ту ночь и Даммен, на что принципиальный человек, не желающий марать руки в крови без веской на то причины, тоже участвовал в «деле».

Однако, подобные случае – редкость. Куда чаще скандалы в нашем небольшом коллективе возникают на почве «милых» привычек Серого. И если Даммен начинает протестовать, то я становлюсь на его сторону. Мои же слово и мнение для лича мало чего стоят. Данный факт и является причиной недовольства, периодически прорывающегося из меня.

Добравшись до особняка лича, я остановил машину и принялся ждать, наблюдая за тем, как лург неторопливо открывает ворота. По документам, это владелец здания, на которого оно оформлено, а сам Серый – арендатор. Увы, но ныне неживому хозяину особняка теперь уже плевать на то кто тут проживает. Своей воли у него не осталось, несмотря на то, что он является достаточно серьёзной и опасной нежитью, способной создать массу проблем не только простецам, но и достаточно опытным оккультистам. К тому же, некромант обвешал своё творение громадным количеством артефактов, благодаря которых лург сможет продержаться достаточно долго, чтобы отправить в могилу далеко не одного колдуна.

Въехав на территорию особняка, я осторожно повёл машину по мощёной булыжником узкой дороге. С двух сторон от неё росли высокие кусты самшита – больше человеческого роста. За ними уже были кроны пихт, а между деревьями – туи. Надо сказать, владелец особняка обил зелень и желал, чтобы его участок радовал глаз круглогодично, не взирая на погоду. Потому сейчас, несмотря на то, что в небе, неожиданно очистившимся от туч, была полная луна, я едва ли мог увидеть что-то за пределами небольшого круга света перед машиной, создаваемого фарами.

Лич ждал меня у входа в особняк. Мрачная ухмылка, не предвещающая мне ничего хорошего, заставила напрячься. Как правило, Серый вёл себя подобным образом в тех случаях, когда затевал нечто опасное для меня и весёлое для него.

Рядом с некромантом мрачной тенью стоял Ингвальд. В отличии от нашего Учителя, он выглядел напряженным и злым. Судя по всему, между старшим учеником и личем имел место некий неприятный разговор. А их, насколько я понимал, с каждым годом становилось всё больше и больше.

Стоило покинуть машину, как до слуха донеслась фраза Серого:

-В любом случае, назад пути нет. Или ты предлагаешь упокоить её? Только из-за твоих сомнений в Соле?

-Нет, - коротко ответил Ингвальд, бросив тяжелый взгляд на лича, - Но моё отношение ко всему этому ты знаешь.

-Ты допустил ошибку, за которую едва не расплатился своей жизнью. Сол в этом вопросе… несколько более осмотрителен, насколько я вижу. Во всяком случае, в вопросах магии, - отмахнулся некромант.

-Я что-то пропустил?

Мой вопрос вызвал кривую усмешку лича и демонстративно