Замуж за орка, или Эльфы тоже плачут - Ирина Успенская

Ей вдруг стало обидно за орка, которого она и сама иногда поругивала за его несдержанный язык. Но она своя! А всяким выскочкам нечего на их Тургуна рот разевать!

Амадея на это только хмыкнула, но развивать тему не стала.

— Покажешь мне стойбище? — миролюбиво спросила она.

— Что ты хочешь посмотреть?

— В первую очередь — тотемы! — Глаза Амадеи загорелись предвкушением. — Расскажи мне, какие они, тотемные животные орков?

Они шли по тропинке вдоль шатров — больших и не очень, высоких, остроконечных, круглых и квадратных, разных — но все они объединялись украшениями в виде замысловатых орнаментов.

— У моих мужей это волки. Разумные волки. Огромные, черные, со светящимися глазами. Ми и Ши.

Элизабет опять вспомнила о мужьях и вздохнула. Быстрей бы наступило завтра!

— Богиня! А чем провинилось твое свадебное платье, за что его повесили?

Вот… пятнадцать! Она и забыла про это барготово платье! Амадея остановилась, как будто натолкнулась на стену, и, широко раскрыв глаза, вылупилась на платье, трепещущее на ветру. У! И что говорить? Платье за время висения слегка потрепалось. Дожди, пыль и ветер не сделали его чище и наряднее. Вид, откровенно говоря, у платья был жалкий. Точно такой же, как и пунцовое лицо ханым-бай.

— А это старинный обычай орков!

Элизабет ухватила Амадею за руку и потащила к тотемной площадке.

— Просто обычай!

— И что он символизирует?

— А я откуда знаю? — буркнула Элиза, представляя, как она сжимает шею Шеола. Отчего именно его, она не знала, но была уверена, что это сам хан придумал дурацкий ритуал!

— А это Сирена! Она Видящая!

Наконец-то можно было сменить нервирующую тему!

— Сирена, это жена посла людей графиня Амадея Сорес!

Красавица-зомбичка медленно поднялась с матрасика и изысканно поклонилась Амадее.

— Горячие ветра степей не принесут тебе радости, человек, — глядя мимо Амадеи, произнесла Сирена и повернулась к Элизе. — Завтра вернется орда, сделай свой выбор, ханым, время на исходе, он хочет вернуться.

Она опять села на матрас и прикрыла глаза. Как всегда — ничего не понятно, кто хочет вернуться, куда? Но спрашивать бесполезно, Сирена никогда не помнила о своих предсказаниях.

— Сирена, Шайтан ведь жив? Отчего бы тебе не вернуться в свой шатер? — мягко спросила Элизабет.

Зомби очень сильно похудела, осунулась, и ее красота начала увядать.

— Он жив, пока я держу его, — тихо ответила Видящая. — Все мы держим своих любимых. И ты держи. Держи обоих, иначе быть беде.

Амадея нахмурила брови и оглянулась.

— Я читала о том, что сердце мага может биться за двоих, но твое сердце не бьется. Ты мертва. Как ты можешь кого-то удержать в этом мире?

— За меня дышит и живет возлюбленный. Он знает, что, если он умрет, умру и я, — просто ответила Видящая и отвернулась, давая понять, что разговор окончен.

Амадея только головой покачала, но молчала всю обратную дорогу, Элиза тоже не спешила делиться мыслями. Совет Видящей совпадал с советом русалок и ее собственными желаниями, только вот как его осуществить? Страшно и стыдно даже думать об этом.

У шатра тетушки Сагхи было весело. Здесь собрались все. Мужчины рубили мясо, женщины ощипывали кур, чистили овощи, потрошили рыбу.

— Завтра возвращается орда, и нужно хорошенько накормить мальчиков. Мой последний муж всегда говорил, что путь к его сердцу лежит через желудок. Это он научил меня готовить.

Тетушка Сагха кивком головы указала Амадее на место за столом и водрузила перед ней огромную тарелку с пирожками. Элизабет стянула верхний пирожок и, жуя на ходу, побежала к группе зомбичек, с хохотом месящих тесто. Она уже несколько дней мечтала испечь мужьям пирог, и вот теперь выдался такой шанс!

Амадея так и застыла с открытым ртом и недонесенным до него пирожком.

— Это что, магия орков? Она передается вместе с замужеством? Все ханым-бай такие? — растерянно произнесла посольша, поворачиваясь к хмыкающей тетушке Сагхе.

— Ну, какая она будет ханым, мы пока не знаем. Сама видишь, платье до сих пор болтается на колу как символ неудачи моих мальчиков. Или их бестолковости.

Орчанка подозвала Витора и щедро плеснула в стоящую на земле миску сметаны. Кот благодарно мяукнул и, облизнувшись, неторопливо принялся за пиршество.

— А при чем здесь платье? — проводив кота задумчивым взглядом, поинтересовалась Амадея.

— Да чтоб оно уже сгорело синим пламенем! — в сердцах воскликнула тетушка и, подхватив со стола таз с яблоками, отправилась к костру.

— Платье — это символ невинности. Когда дева ее лишается, оно сгорает в магическом огне. И только после этого она получает благость степи, — пафосно пояснил невесть откуда вынырнувший Тургун и тут же добавил в своей манере: — Да только ханы никак не решат, кто жену первым оркать будет, вот и ходит она у нас неоркнутая.

— Неоркнутая? — растерянно переспросила Амадея и тут же широко усмехнулась: — Надо же, красотка Элизабет Рауль, которая отвергла всех женихов королевства, до сих пор не соблазнила даже Дри? Кому рассказать, не поверят!

А про себя подумала, что сегодня же напишет об этом брату, который не только успел «тролльнуть» свою избранницу, но уже даже ожидал наследника. Тролли с этим делом не тянут.

Амадея с довольной улыбкой ела пирожки и наблюдала за суетой вокруг. Она планировала написать трактат о жизненном цикле орков. Сам господин начальник тайной службы заинтересован в нем, хотя сразу предупредил, что если Амадея найдет что-то таинственное, то трактат не уйдет дальше библиотеки тайной службы. Но для Амадеи это было большой честью. И вот первая сенсация. Орки, оказывается, могут быть сдержанными.

«Или это Элиза им обоим до такой степени не нравится?» — хихикнула про себя графиня.

Глава 11

О КОВАРСТВЕ СИНЕГО ПЛАМЕНИ

Пирог вышел на славу: высокий, пышный, мягкий, украшенный подрумяненными завитушками и тонкой румяной сеточкой поверх яблочной начинки. И пах он умопомрачительно!

— Какое счастье мы имеем видеть своими собственными глазами, — одобрительно глядя на Элизу, произнесла тетя Сагха, когда пироги достали из печи. — Деточка, да в тебе гнездятся скрытые таланты!

Элизабет зажмурилась от удовольствия. Ей удалось! У нее получилось! Да, ей помогали, советовали, показывали, но большую часть работы сделала она сама. И похвала свекрови была так приятна, что Элизе хотелось мурлыкать от счастья.

— Я таки горжусь тобой, милая. А как будут рады мальчики!

Мальчики… Элизабет хихикнула, представив грозных орков в коротких штанишках на лямках, с деревянными мечами в руках.