Преобразователи (СИ) - Рэй Девур

— Какая приятная встреча! Вы предпочитаете полный протокол или сразу к делу перейдем? — Альхэ вглядывается в лицо Макху на этих словах и невольно кривится.

Алхимик заметно постарел, по меркам их расы — так вообще жутко, по меркам людей — лет на двадцать, если сравнивать его внешность в момент прошлой встречи. Вот только сейчас ее волнует не это — под ногами у Рея тяжелая плита, вынесенная из ее лаборатории. На ней даже разметка сохранилась.

От этого осознания Анктар-младшая начинает подрагивать, как от озноба. В храме сложно дышать от концентрированной магии, а потом она замечает на руках у Макху и пришедших с ним преобразователей знакомые кольца. Мактар тоже обращает внимание на их руки и шипит сквозь зубы: они посмели обнести запасы Культа! Он чувствует, как за спиной словно появляется кто-то еще, но не рискует оборачиваться.

— Давай без торжественных речей. Сразу к торгам, — Иттрэй вглядывается в спутников Макху, пытаясь понять, что тот задумал.

— Мне нужны записи по «выжиганию». Проводить его я вам не доверю, но у меня есть на примете подходящий специалист, так что, — алхимик разводит руками, на которых от возраста уже проступили пятна.

— Нет, — произносят три голоса.

Иттрэй, прекрасно понимающий, что цена неравнозначна. Мактар, имеющий представление о том, кто перед ними. И Рей, четко осознающий, что живым он отсюда не выйдет и успевший смириться со своей участью. Если бы стоящий за его спиной Ласс Майерс — Дженталь, поправляет он себя — держал бы нож поближе к его шее, то Рей бы и сам на него напоролся, чтобы у Анктар не было повода искать компромис. В конце концов, умирать ему не впервые.

Вот только Альхэ молчит. Смотрит на него поверх плеча Мактара и молчит. Жрец прекрасно понимает, что не удержит ее, если та попытается рвануться вперед, а потому пока просто не дает ей сосредоточить внимание на четверке перед алтарем. Пальцы Аль сжимаются на его локте так, что еще немного — и кости треснут, но она еще держится. Пока еще держится.

— А ты что скажешь, Альхэ? Это ведь твоя зверушка, — он как собаку потрепал Майерса по волосам.

— Странно слышать такое пренебрежение к людям от того, кто родился и рос среди смертных. Что же ты самого себя зверушкой не считаешь? — она сделала полшага вперед, оказываясь между отцом и Мактаром. — Очень невоспитанной зверушкой?

Мактар невольно выпрямился, слишком уж отчетливо в рычащем голосе послышались нотки Виттор Анктар, даже Иттрэй их уловил, покосившись на дочь. Жрец оставалось теперь только надеяться, что нового приступа одержимости не произойдет. Зато воздух в храме заледенел еще сильнее, заставляя даже преобразователей выдыхать пар, всех, кроме Альхэ.

— А давай проверим? — Макху кивнул на Рея. — Как думаешь, переживет он сейчас трансформацию или нет?

Хватка Ласса становится крепче, Альхэ напрягается как перед прыжком. Ей даже рассчетов провдить не надо, чтобы дать ответ — не переживет. Даже если случится чудо и он выживет, во многом благодаря отметкам из прошлой жизни, то процесс преобразования может превратить его разум в кашу из обрывков воспоминаний и инстинктов. Сейчас-то, с вылезшей памятью Энху, он не очень стабилен, а что с ним станет после вмешательства — предугадать сложно. И не хочется.

— Ласс, — неожиданно поворачивается она к нему. — Ты ведь должен был уже вспомнить, что сделал Макху в день твоего рождения. Ты никогда не задавал себе вопрос, почему он так стремится уничтожать одаренных? Не думал, что однажды такая же участь может постигнуть и тебя, м? Не думал о своей судьбе, Ласс Дженталь?

— Я Ласс Майерс, — произнес он, и Альхэ стоило больших трудов не вздрогнуть, услышав голос покойного Антара.

— Нет. Ты именно Ласс Дженталь. Я сама дала тебе это имя, взяв тебя на руки раньше выносившей тебя смертной. Ты должен был расти рядом со мной, раз уж твой отец из-за Макху отправился к предкам.

Глава 16

Песок вокруг неожиданностью не стал, храм должен был пострадать от такого потока силы, так что каменное крошево вокруг — наверняка следствие разрушений. Удивительно, что сама она до сих пор жива, после такого-то выброса. Странно только то, что весь этот мусор горячий, словно раскаленный на солнце. Надо бы открыть глаза и попробовать встать, но так не хочется. Потому что реальность явно окажется к ней немилосердна.

Руки касается что-то чешуйчатое, заставляя вздрогнуть и все-таки распахнуть глаза. Она была не в храме и даже не в Хиллоки. Вокруг был лишь песок, над головой светил раскаленный добела шар солнца, в стороне от которого висела удивительного темно-зеленого оттенка луна, напоминающая какой-то поделочный камень, будто гематит такого странного оттенка.

— Живучая, — произнес женский голос над головой.

— И с неплохим потенциалом, — ответил ей мужской, но похожий на нее.

Альхэ заставляет себя сесть и встречается взглядом с серебристо-серыми глазами беловолосых близнецов. Аль сразу вспоминаются две статуи в самых темных углах храма, поставленные там еще при Иррэй Прародительнице, и чем дольше преобразовательница на них смотрит, тем больше сходств замечает.

— Не думала, что кто-то из моих потомков сможет пробиться сюда. Как тебя зовут, ребенок? — слишком прохладной для такого места ладонью Иррэй стирает с виска Аль кровь.

— Альхэ. Альхэ Анктар.

— Ты все-таки поддалась на его уговоры? — Онна поворачивается к сестре приподнимая бровь. — Впрочем, лучший вариант из имевшихся, не спорю. И окраска интересная получилась.

— Это от потери контроля над силой… Я побелела… Пошла в разнос и… Из-за меня, — она неожиданно всхлипывает, но быстро загоняет слезы обратно, с силой кусая ладонь.

Иррэй опускается на песок рядом с ней, накрывая прокушенную руку, накрывая отпечаток зубов тонкими пальцами. Альхэ смотрит на слишком совершенное даже по меркам преобразователей создание, живую легенду по сути, и думает о том, что все это — ее предсмертный бред.

Где-то наверху хлопают мощные крылья, заставляя Аль запрокинуть голову, рассматривая огромного дракона, способного устроить на месте Хиллоки и окрестностей себе гнездо, причем оно явно будет скромным для такой зверушки.

— Смотри-ка, он тебя почувствовал! — мягко улыбается ей аирани. — Вот только познакомитесь вы потом. Тебе пора идти.

— Куда?

— Ты еще жива, Альхэ Анктар. Тебе не место среди теней. Но кое-что ты отсюда заберешь. Наш тебе подарок.

Иррэй поднимается на ноги, пока Онна помогает Альхэ встать. Руки у него тоже шестипалые и Аль ненадолго замирает, не разжимая хватку, рассматривая белые ладони, будто чуть светящиеся в ярком свете солнца. Ей столько хочется спросить, но предки ясно дали понять, что сейчас неподходящее для этого время. Да и Мактар… Мактар точно оставался еще живым! Вблизи она понимает, что волосы у аирани не белые, а серебристые, просто очень мягкого оттенка, даже платиновые. И не может не думать о том, что в полной потере контроля она будет похожа на них, даже сейчас не слишком любящая рассматривать себя в зеркале преобразовательница замечает общие черты.

— Пытаясь удержать силу в себе, ты только мешаешь ей развиваться. Тебе нужно научиться не загонять ее в рамки, а жить с этим потоком, не теряя себя.

— Когда закончишь все свои дела там — возвращайся сюда, — Онна гладит ее по волосам. — Надеюсь, ты к тому времени тоже станешь светлой.

— А сейчас тебя ждут, ребенок. И не пытайся тянуть на себе все наследие своего племени. Ты — его часть, но ты не все они. Иногда нужно выбирать себя. Я ведь оставила племя, чтобы попытаться спасти Онну.

— И породила этим кучу домыслов, — не удержалась Аль.

— А это уже исключительно семейные дела, не касающиеся некоторых любопытных! — улыбнулась Иррэй. — Тебе пора.

Близнецы по очереди поцеловали ее в лоб, а потом их фигуры начали осыпаться песком, таким же мелким, как тот, что составлял пустыню. Над головой взревел огромный дракон, и Аль пообещала себе, что обязательно вернется сюда, хотя бы ради этого зверя, почему-то проникшегося к ней симпатией.