В поисках ушедших богов - 2 - Тампио

урока фехтования. Обращаться за этим к Отто не хотелось, поскольку имелось обоснованное подозрение, что он и к преподаванию фехтования отнесётся без особого тщания. Если некто носит меч на поясе, то это ещё не значит, что знает как с ним обращаться и, тем более, может научить этому. А тёмные маги традиционно оружием не пользовались. Убивать, да умели, но не драться им.

На всё приходилось тратить деньги. Здесь они, кстати, почти такие же, как и в Дравгоне, с отверстием посередине, с тем лишь отличием, что золотые монеты имеют достаточно распространённое хождение.

Мастер меча, к примеру, брал за трёхчасовой урок одну серебряную монету. Если обучение представляло спарринг, то приходилось отдавать уже полтора кема. И никто не удивлялся подобным расценкам, поскольку без умения фехтовать и убивать прожить рядом с враждебными государствами и полубандитскими сообществами — довольно непросто. Тут или надо сидеть в своём поселении и никуда из него не выходить, надеясь на охрану господина, или платить деньги наёмникам, которые, может быть, и защитят на пустынной дороге от залётных головорезов.

О последнем Олегу рассказали уже на рынке, когда он возмутился ценой на хороший клинок. Оказалось, что самые лучшие кузнецы живут у подножий гор, завязывая на себя торговлю металлом по всей стране. Они и оружие могут выковать, они и слитками приторговывают. Вернее, не сами они, а кланы, которым принадлежат. Государство, конечно, разрабатывает руды своими силами, как и перевозит по стране готовые железные слитки, а вот частным лицам приходится иметь дело с кланами. Иначе… иначе тебя в один прекрасный день могут задрать даже волки в ближайшем лесу. И мало кого насторожит тот факт, что хищников там никогда и не было.

Не во всех предгорьях, конечно, была такая ситуация, но во многих. Поскольку чужаков-геологов там не любят, то Олег решил за лучшее отправиться туда, где руд немного, но и кланов нет. С чего-то же надо начинать… Таких территорий хватает, поскольку нет смысла держать десятки и сотни вооруженных людей в местах, прибыль от разработки которых не окупает даже содержание охраны.

Оставив Урта Вена заниматься своими (Олега, то есть) пчёлами, молодой маг уселся на мула, купленного у проверенного торговца, и неспешно, поскольку верхом ездил довольно посредственно, отправился к ближайшим горам, попутно нанося на карту, встреченные географические объекты. Здешние основные торговые пути, как и в Дравгоне, патрулируются довольно часто, по крайней мере, в столичном регионе. Но Олег всё равно, обвесил и животное, и себя, защитными амулетами, да и руны не забыл нанести на всё, что только было можно. Теперь маг чувствовал себя тяжело бронированным танком, едущим по земной Великой степи во времена, предшествующие владычеству Чингисхана.

Местные дороги немного отличались от тех, почти песчаных, что шли к побережью, и временами представляли собой чуть ли не лину, перемешанную с мелкими камнями. Человеку по ней идти по такому пути не очень комфортно, но и не так пыльно, а мулу… ему почти всё равно по чему ступать своими копытами. Главное для животного, — чтобы кормили и поили вдоволь. Хорошо, что летом с кормом дела обстоят хорошо.

Вот и ехал Олег по такой дороге, обсасывая положенный за щеку твёрдый сырный шарик, напоминающий куру́т, — и голод утоляет, и есть чем заняться. Довольно часто ему попадались встречные, с удивлением глазеющие на странного дворянина, едущего на муле в одиночку. Но делать неуважительные замечания, да ещё тому, кто выше тебя по социальной лестнице, здесь считается таким себе делом… опасным для долгой и счастливой жизни. Поэтому молодой человек и не понимал, насколько выбивается из образа беспечного путешественника, каким он хотел казаться.

Его сейчас интересовала жизнь наиболее распространённого класса местных жителей — земледельцев. И этому занятию Олег отдавался во время перерывов, когда отбитая в седле пятая точка просто вопила об отдыхе. Да и солёный сырный шарик тоже не самая желанная еда.

Была вторая половина лета, и многие овощи-фрукты находились в процессе созревания, и лишь некоторые уже можно было есть. Местные законы разрешали умеренно охотиться на животных, если лес или поля не принадлежат феодалам или ближайшим общинам. Вот только как молодой человек мог бы узнать, где заканчиваются или начинаются эти границы? Да и верить на́ слово любому случайному встречному не хотелось. Приходилось покупать мясо и фрукты в лавках, тратя и без того скудные денежные запасы.

Олег уже немного ориентировался в местных реалиях, которое его частенько удивляли. Он уже знал, что все земли в государстве имеют три вида собственности: коронные, дворянские и общинные, и налоги, которые платят проживающие на них люди, соответственно разнятся. Но интереснее было другое — местна система не благоприятствовала появлению городов. То есть, почти не могло случиться такого, что какое-то поселение начинало расширяться, поскольку общинные земли имели чёткие границы. Да, если в какой-либо общине желал обосноваться кузнец, к примеру, то он выкупить часть земли под дом, но поселиться там десяткам двум мастеровых уже не получится, поскольку земледельцам уже не будет хватать земли.

Дворяне бы и рады иметь на своей земле город, но это тоже будет означать уменьшение размеров феода, в котором всё уже разграничено и за каждым участком закреплён или арендатор, или крепостной. Выделять же землю под градостроительный проект тоже мало кто готов, поскольку на этой уйдут годы, и не факт, что дело окажется прибыльным. Мастеровые тоже не поедут на пустое место, даже если им и посулят в будущем процветание. Хорошо есть все хотят сейчас, а не через несколько лет. Получается, что новые города могут появиться лишь на коронных землях, да и то на малопригодных для сельского хозяйства, что плохо, поскольку горожанам придётся дорого платить за пропитание и начнётся отток людей в другие провинции.

День начал клониться к вечеру, когда молодой человек заметил всадников, постепенно догоняющих его на своих конях. Почти любая лошадь перегонит мула, если только двигается по прямой дороге, а не по извилистой горной тропе. Запас захваченных