Триумф непослушания (СИ) - Хрущёв Виктор

— Это точно то место? — спросил Алексей и принялся ходить взад-вперёд.

— Тут других полян нет, — ответил Вильгельм, опёршись об вековую сосну.

— Где же они тогда? — вздохнул Лёша. — Опаздывают.

— Они в таком положении, — Барон смахнула с себя упавший комок снега, — что могут позволить себе задержаться.

— Барон! — зашипела рация у блондинки. — Идут.

На другом конце поляны начали появляться люди, вооруженные разношёрстным оружием и преимущественно в солдатской форме. Среди них выделялась девушка. Одеть белоснежное платье в настоящее время мог только самый отъявленный безумец и Элизабет была из их числа. Охрана держалась на почтительной дистанции, словно боясь хоть мало-мальски навредить фаворитке своего господина.

— Если эта сучка — Гвин, — пробубнил Вильгельм, — я напрочь перестану понимать этот мир.

— Вилли, — Алексей положил ему руку на плечо, — держи свой острый язык при себе. Выслушаем их предложение, а потом будем думать, что делать.

Они двинулись навстречу и сомкнулись, как волны после бегства евреев из Египта. Слуги разложили стол, четыре стула и развернули карту. Элизабет жестом предложила сесть. Обе стороны молчали, испепеляя друг друга взглядом. Начать стрелять им не позволял только здравый смысл и страх за жизнь лидеров.

— Что же, — Лиза решила начать первой, — я очень рада, что вы согласились на эту встречу. Я уже начинала опускать руки.

— И поэтому опоздали, — мрачно заметила Барон.

— Этикет предписывает девушке прийти на пятнадцать минут позже условленного времени, — она обезоруживающе улыбнулась. — Господин Гвин сейчас занят, поэтому переговоры с нашей стороны возглавляю я.

— Стирает с лица земли очередное поселение? — отрезал Вильгельм. Алексей со всей силы наступил ему на ногу. — Что? — недоумевал Вилли. — Мне так много рассказали о его «подвигах», что хоть садись и пиши книгу. А ты, я так понимаю, его правая рука.

Вильгельм был в чём-то прав. Пока господин Гвин присоединял силой или хитростью всё новые и новые территории, госпожа Элизабет устанавливала на присоединённых землях относительную стабильность, порядок и лояльность режиму. Девушка была на редкость талантлива в организаторской и дипломатической деятельности, что стало для Гвина подарком судьбы. Лиза быстро стала любимцем публики, за свой острый ум, щедрость и милосердие, особенно на фоне жестокости Гвина. Она делала мечту своего лидера явью. Теперь ей предстояло выполнить одну из самых сложных задач — договориться с непокорным «Тёмным сектором».

— Вильгельм, верно? — обратилась к нему Элизабет, подавив волну гнева.

— Похоже «крыса» абсолютно обо всём доложила.

— Вильгельм, я готова ответить на все ваши вопросы, — говоря это, Элизабет сложила ладони на карте, почти полностью закрыв город.

Вилли обменялся взглядом с Алексеем.

— Раз уж такой умный, — прошипел тот, — то продолжай.

— Как мне к тебе обращаться? — немного подумав, спросил Вильгельм.

— Элизабет. Без фамильярности. Так устала от этого.

— В таком случае, Элизабет, кто вы? И почему напали на нас?

— Нас называют по разному и тем не менее название нашего молодого государства появилась совсем недавно. Хоть юридически оно всё равно никак не закреплено, — улыбнулась Элизабет. — Мы — Дивидеандская Хартия. Республика со своим парламентом, конституцией из пару десятков статей и лидером. Хотя парламент громко сказано. По факту это свора из пятнадцати головорезов, что беспрекословно подчиняются господину. Для меня это больше генеральный штаб, разрабатывающий план захвата всё новых и новых территорий… Но мы отвлеклись. Как вы уже могли понять, наше государство очень сильно делает ставку на милитаризм. И будьте уверены, мы в этом плане процветаем. Почти вся промышленность, что под нашем контролем, перестроена на выпуск оружия и боеприпасов. К сожалению, сейчас производство идёт медленнее, чем хотелось, в первую очередь из-за нехватки специалистов и сырья. И тем не менее мы решаем эту проблему. Под нашим контролем территория всего города и немного за его пределами, — она обвела карандашом кусок карты. — С начала мая прошлого года до сегодняшнего дня население увеличилось с нескольких сотен до почти пятидесяти тысяч человек.

— Каким образом? — перебил её Вильгельм.

— Многие добровольно соглашаются служить на благо государства. Это намного лучше, чем голодать в руинах. Некоторых заставляют силой.

— Нас тоже хотите заставить силой?

— Это уже зависит от вас. Скажите, как вы себя называете?

— Мы? — удивился Вильгельм. — Мы были слишком заняты, чтобы придумывать себе название.

— В таком случае позвольте называть вас Тёмным сектором.

— Знаешь, — ухмыльнулся Вильгельм, — мне даже нравится.

— Жители Тёмного сектора. Я предлагаю вам присоединиться к Девидеантской Хартии. У вас плодородные земли, что позволят нам всем не голодать. У вас опытные солдаты и умелые командиры, — Элизабет кивнула в сторону Барона. — Мы можем обменяться полученным опытом. Взамен я гарантирую вам полную защиту и свободу действий на ваших землях.

— Где гарантии, что нас не прикончат? — скептически спросила Барон.

— Если бы я этого хотела, — из глаз Лизы полетели искры, — то не тащилась сюда, вымазывая дорогой шелк, а послала несколько снайперов. А затем по вам катком прошлась наша армия. Вы даже не представляете, какая это огромная сила.

— Я тебя поняла, — Барон не привыкла уступать, но решила сделать исключение. — Что же, я согласна. Не знаю как другие, а я устала воевать. Хочется начать жить спокойной жизнью.

— Вы гарантируете нам всем амнистию? — спросил Алексей.

— Да. От лица господина Гвина я ручаюсь, что вас не убьют.

— Тогда я тоже согласен.

— Мы подпишем договор здесь? — поинтересовался Вильгельм.

— К сожалению, такого вида договоры имеет право заключать только наш господин. Он вернётся в конце этого месяца. Я могу взять с собой одного человека. Как раз посмотрите на нашу жизнь изнутри.

Троица переглянулась.

— Вилли, — сказал Алексей, — если уверен — езжай. Мы подождём. Не волнуйся — не пропадём.

— Только не начуди там, — толкнула его в бок Барон.

— Вижу, вы всё решили, — улыбнулась Элизабет.

Друзья

Приглушённый свет, льющаяся из радио музыка с блатными нотками, пьяный смех и громкая брань. Местный паб славился своими развлечениями. Однако зайти туда мог только человек из «высшего общества».

Вильгельм сидел за самым дальним столиком. Он полюбился ему тем, что за ним никогда не сидели, и сюда почти не падал свет. Идеальное место для наблюдения и изучения местных обитателей.

До его слуха то и дело доносились обрывки фраз:

— Да на третьем пальце стало ясно, что это был не он. Но ты же знаешь Бурбона. Он когда во вкус войдёт, то хоть на цепь сади.

—… этот идиот залез в генератор, никого не предупредив. Естественно нужно было тыкнуть на кнопку именно в этот момент. Пол дня потом стены отскребали.

— Говорят, что некоторых отбросов из штрафного батальона одевают в пояса из взрывчатки и посылают на укрепления. Прям настоящее смертники. Жуть. Лучше уж пулю, чем такая смерть.

Вильгельм наблюдал за эпицентром шума — игорным столом, где совместили рулетку, покер и бинго. Вилли ничего не видел общего с их вечерними посиделками. Чувствовалась какая-то необъяснимая наигранность и фальшь.

Играли в казино на патроны калибра 5,45×39. Вильгельм понял, что здесь это вроде местной валюты. Военные склады были забиты ими, поэтому и решили заменить раздачу пайков на выплату зарплаты.

За одну смену рядовой рабочий получал четыре патрона. Обычный солдат — десять. Бригадир — пятнадцать. Командиры и немногочисленные офицеры — двадцать пять.

За два патрона можно было сытно поесть или снять ночлег. За пять купить бутылку коньяка. Такая же стояла на столе у Вильгельма. Элизабет ежедневно снабжала его пятнадцатью патронами. Самым же дорогим, что для многих считалось роскошью, оказалось снять…