Дамочка с фантазией - Елена Арсеньева

– На самом деле она какая-то там Рукавишникова, – словно отвечая на ее вопрос, проговорила Людка. – Причем я только на нее посмотрела, так сразу и узнала! Хоть я ее ночью видела, в темноте, а все равно – сразу узнала. Следователь говорил, ее убили пулей калибра пять и шесть миллиметров, предположительно из пистолета «вальтер». Жаль, что не больше калибр, честное слово! Жаль, что ее не из пушки грохнули!

– Людка, да ты что?! – возмущенно прошептала Таня, и Валентина мысленно к ней присоединилась. – Она же тебе ничего не сделала, только твой паспорт украла, вот и все! Ну, это, конечно, пакость, но она ведь…

– Только паспорт украла? – яростно обернулась к ней Люда, которая была мало что возмущена – выпитое изрядно развязало ей язык и заставило забыть о сдержанности. – А ты не знаешь, как она его украла, а? Я никому об этом не рассказывала, потому что просто противно было. Стыдно! Интересно, как бы ты говорила про девку, которая тебя ночью остановила, ножом угрожала, заставила раздеться, все вещи отняла и потом принуждала этим парням… с этими парнями… Говорит, сделаешь им это, тогда вещи отдадим, а нет, иди голая. Я и пошла. Ночью, одна… Ты не понимаешь, что это такое!

– Что, голая пошла по улице?! – вытаращила глаза Таня. – Да брось! Не может быть! С ума сошла, что ли?!

– А как ты поступила бы на моем месте, а? – со слезами воскликнула Люда. – Неужели стала бы трем мужикам это самое делать?

– Ну, я не знаю… – замялась Таня. – Наверное, смотря какие мужики. Ну уж голая я бы точно не пошла!

– Практичная барышня, – послышался насмешливый мужской голос.

Валентина не поверила своим ушам. Повернула голову – и даже вздрогнула, увидев рядом Долохова.

Видимо, он подошел некоторое время назад (увлекшиеся разговором Люда с Таней и упоенно подслушивающая Валентина даже не заметили, что поминальный обед закончился, студенты расходятся, а официантки спешно убирают со столов) и услышал окончание пылкой Людмилиной речи.

– Что вы имеете в виду? – вызывающе закинув голову, спросила между тем Долохова Таня. Впрочем, наметанным взглядом она тут же оценила, что перед ней стоит не какой-нибудь студентишка или безденежный преп, а мужчина с несомненным достатком как денег, так и прочих достоинств – взрослый, сильный, уверенный в себе, – и сменила гнев на милость. Выразилось это в откровенно поощряющей улыбке, на которую Долохов, впрочем, не ответил. Прежде всего потому, что смотрел не на Таню, а на Люду Головину.

– Извините, девушка, как бы мне с вами приватно побеседовать? – спросил он сдержанно, без своей обычной очаровательной улыбки. – Важное дело, поверьте. Это касается похищения вашего паспорта.

– А вы кто? – глядя исподлобья и постепенно трезвея, недоверчиво спросила Люда. – Вроде бы эта девка все равно убита, да? Что еще от меня надо? Ее уже бог наказал.

– Ее-то наказал, это правда, – кивнул Долохов, – но ведь сами говорите, что она была не одна. Тех троих тоже надо найти. Поэтому я бы попросил вас…

– А вы что, тоже из милиции? – уже чуть менее настороженно спросила Люда.

Долохов, наклонившись, что-то прошептал ей на ухо, и у девушки стали круглые глаза.

– А это надолго? – спросила она. – А то у нас завтра зачет, а мне еще готовиться…

– Через час отвезу вас домой, слово джентльмена, – приложил руку к груди Долохов.

Люда начала вставать, но Таня схватила ее за руку.

– Нет! – воскликнула она. – Я ее одну не отпущу! Я поеду с вами! Мало ли кто вы такой, может, маньяк! Завезете Людку куда-то, а потом мне в морг придется идти ее опознавать!

Валентина покачала головой. Да… в таких случаях в застолье объявляют: «Этому (или этой) больше не наливать!» Быстро закосела девочка. Или она таким образом просто набивается в компанию, рассчитывая очаровать-таки Долохова? Ну и ну… Просто-таки штурм унд дранг. Долохову это определенно не понравилось, судя по его насмешливо изогнувшимся губам. Слишком уж эта Таня напористая. Неудивительно, что какой-то там всеобщий идол Гоша остался к ней равнодушен. Ну что тут можно сказать? Молодец, парень!

– Спасибо за комплимент, девушка, – хмыкнул Долохов. – Но я выразил намерение поговорить с вашей подругой достаточно громогласно. Здесь масса свидетелей, которые меня явно запомнят. Так что можете за нее не беспокоиться. Что характерно, домой к себе я ее не повезу, посидим часик в «Бригантине», в квартале отсюда, а потом я доставлю Люду домой. Так что чао, бамбино!

Люда вообще не удостоила зарвавшуюся подругу даже взглядом. Просто повернулась – и пошла вслед за Долоховым.

Что характерно, не одна Таня провожала их изумленно-обиженными глазами. С аналогичным выражением смотрели вслед Долохову и Валентина с подошедшим к ней Максимом.

– Это что, типа, мы пешком домой пойдем? – спросил он негодующе. – Ничего себе! Называется поматросил и бросил! Нас на бабу променял. С ума сошел, что ли?

– Говорят, седина в голову – бес в ребро, – попыталась пошутить не менее негодующая Валентина. Конечно, она привыкла к непредсказуемости своего соседа и приятеля, но не до такой же степени! Совершенно необъяснимо ведет себя! Неужели так уж запал на эту самую Люду? Вот уж нашел красотку, ничего не скажешь! Типичная инфузория туфелька, как говорил Максим.

Раздался звон. Пронзительный, занудный.

– Макс, по-моему, это ты звенишь, – сказала Валентина.

Максим вырвал из кармана мобильник.

– Точно, я. Алло! Слушаю! Ой, пап, привет!

Валентина обернулась.

– Где тетя Валя? Знаю. – Максим расплылся в улыбке. – Рядом со мной, а что? Ты ее потерял? Даю трубку.

Валентина приняла у него телефон:

– Алло?

– Слушай, ты меня извини, но что происходит? – послышался встревоженный голос мужа. – Где ты? Где эта женщина? Долохов о себе не давал знать? Анька говорит, что тебя не видела целый день, что тут в подъезде чья-то квартира выгорела… Это не бред?! Ты когда появишься? Не забыла: я сегодня в Москву еду?

– Е-мое… – простонала Валентина.

– И мое тоже, – ехидным тоном отозвался муж.

– Валечка, все, бегу домой, – затараторила она покаянным тоном. – Сейчас вскакиваю в трамвай – максимум через полчаса буду, честное слово, клянусь. Ну, пока!

Она протянула трубку Максу. Хорошо, что по сотовым телефонам не принято точить лясы и растабарывать тары-бары. Обменялись минимумом информации – и все. Ее раньше не больно-то радовало, что Максин мобильник оплачивает Валентин, а сейчас подумала – нет худа без добра. Залесский вынужден поберечь свои деньги и прекратить выволочку. А впрочем, муж не умеет сердиться долее пяти минут, так что, пока Валентина будет добираться до дому, успеет остыть. И как это ее угораздило забыть про эту Москву? Точно, Валентин упоминал про поездку и вчера, и сегодня. Господи, да с тех пор столько всякого случилось! Ничего удивительного, что Валентина все забыла.